Геннадий Трохин. (Черемша). Окуниная стая

окунь, рыбалкаВечером тёща сообщила всем новость: в субботу должна приехать её закадычная — не разлей вода — подруга, а теперь москвичка Лиза Козлова. Да не одна, а с мужем-полковником. По этому случаю, она попросила меня с сыном завтра наловить к ужину рыбы.

Сын всегда скептически относился к моим рыбацким способностям. Поэтому утром мы разошлись в разные стороны: он отправился за висячий мост — там жирнющие пескари буквально одуревали при виде наживки, а я — за деревню, где в густых ивняках притаились краснопёрые сорожки, ленивцы-лини да лопухи-караси. А про окуня… я и не говорю. Что-то редко он стал в последнее время попадаться. А хороша рыба! Особенно в сметане.

Выбрал омуток, скрытый от посторонних глаз высокой травой, и под коренастой берёзой разложил складной стульчик. Бережок — обрыв, в метр высотой, под ним — камышовые островки, а на той стороне — сплошной стеной ивняк, под который от жары любят прятаться караси.

Тишина… Словно не живое всё, а нарисованное. И поплавок… Нет, шевельнулся чуток. Карась… Это только он так пробует наживку: «Позавтракать или нет?» Я затаил дыхание, готовый в мгновение ока рвануть удилище. А сердце, что воробей, вот-вот выпрыгнет из груди. Нет, не по вкусу пришлась наживка моему мучителю, а может, заметил среди зелёной листвы мою белую фуражку. Снимаю — утренняя прохлада медленно остужает вспотевшую голову.

Часа полтора прокуковал так — три ельца да заморыш-пескарь. Даже коту на завтрак не наловил. Снялся с места. Побрёл на быстрину… Тут пошло дело: пескари бабочкой запорхали. Дно ровное, надёжное — песок с галькой. Прошёл немного по течению. За поворотом — знакомый омуток. И туда, где в омуте гаснет быстрина, закидываю удочку. Удилище едва не выдернуло из рук. Только он — больше некому! — так жадно хватает наживку. И вот мой лупоглазый засверкал на солнце. Тигр полосатый!

Солнце высоко — печёт нещадно. А у меня работа кипит на всю катушку, да всё там же, где быстрина впадает в омут. Видно, накрыл стаю матёрую, жадную до нежного пескариного мяса.

Клёв кончился также внезапно, как и начался. Скучно стало. Заглянул в бидон, а они, бедненькие, стоймя один к одному сгорбились — тесно им. А бидон — пятилитровый, пузатый. Подлил свежей водицы. Напоследок ещё подёргал пескаришек. Пошёл к берёзе: взять стульчик и свернуть донку. А поплавок под берегом на боку полёживает себе. Вздохнул сердито и выдернул удочку, а там — живое золото, линь! Хвостиком повиливает, словно извиняется за свою ленивость. Подивился я и пошагал обратно в деревню. Впереди ещё ждал ужин: уха из пескарей да линя, жареные окуни в сметане и, конечно, за чашкой чая с клубничьим вареньем нескончаемые разговоры о Москве, о нелёгком нашем житье.

Читать другие миниатюры, участвующие в конкурсе «Колибри» 2014

1 балл2 балла3 балла4 балла5 баллов (4 голос, оценка: 2,25 из 5)
Загрузка...

Читайте ещё по теме:


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


2 + 9 =