В Сумах открылась выставка картин черниговских художников

Во вторник 7 июля в Сумской городской галерее открылась выставка работ художников — членов Черниговского областного союза художников Украины.

Фото-0085

Владимир Матвейцев «Триптих»

Экспозиция расположилась в двух залах галереи. Картины из левого зала достаточно привычны для сумского зрителя — тут пейзажи и виды на архитектурные объекты. В принципе, такой живописью, в основном, радуют жителей областного центра и члены Сумской организации СХУ.

Ранее мы писали: Благотворительный аукцион сумских художников. Все лоты

А вот в правом зале расположились картины из несколько иного ряда. Тут много фантазии, образности, неожиданных сюжетных поворотов. Сразу привлекает внимание триптих Владимира Матвейцева под названием «Крестный ход». На нём изображёны: поцелуй Иуды, путь Христа на Голгофу и  Христос уже после снятия с креста. Сложная библейская тема, безусловно, раскрыта с должной глубиной и вызывает в зрителе соответствующие чувства. Лица на картинах выписаны в традициях древнерусской иконописи. В частности, вспомнились лики с икон Феофана Грека.

Полотна, представленные в правом зале, радуют разнообразием тем, техник и жанров.

Для примера, остановимся на картине Алексея Потапенко, названой автором «Кормилица».

Фото-0084

Алексей Потапенко «Кормилица»

Замечательно, как одним поворотом сюжета показана наша зависимость от материального мира. И в том смысле,  что огромная часть нашей жизни идёт на то, чтобы добывать хлеб насущный с маслом, то есть, фактически, на обслуживание и ублажение той коровы, которая нас кормит. И в том, что если нас кормить некому, то никакой свободы не надо, потому что голод —  злее любого хозяина. Ну и много ещё чего можно сказать, размышляя на тему того, что первично и кто находится внутри кого – мы в корове (то есть в материальном мире) или она в нас. В любом случае давать ответы — не работа художника. Его задача — создать гармоничный философско-эстетический образ, вызывающий работу мысли и чувства, и призывающий к сотворчеству. И автор картины «Кормилица» блестяще справился с вышеназванной задачей.

В целом, правый зал выглядит очень по-европейски: содержательно и разнообразно. А сама идея такой выставки представляется весьма удачной. Ведь древний Чернигов с одной стороны, вроде  как тоже провинция, а мы привыкли ориентироваться на столичные  образцы. А тут такая вот вполне столичная живопись, которая вполне могла бы и не попасть на глаза сумскому зрителю.

Выставка называется «Барви Придесення» и продлится до 26 июля.

P.S. А в художественном салоне (ул.Петропавловская ,47, напротив ЦУМа) можно познакомиться с выставкой графики авторов из Чернигова. Если вкратце, то по силе это как правый зал галереи.

1 балл2 балла3 балла4 балла5 баллов (оценок ещё нет)
Загрузка...

Читайте ещё по теме:


комментария 23

  1. Сергей Тихенко:

    Хороші роботи, хороша виставка. Всі роботи досить пристойного рівня. Мені теж сподобалась «Кормилица». Нешаблонно. Деякі роботи перегукуються з роботами сумських художників. Я налічив п»ять прізвищ наших митців, які по стилю дуже схожі з чернігівськими. Хороша ідея, і взагалі обмін думками, картинами, емоціями- то добре…

  2. Евгений Фулеров:

    Не хочу плохого писать. А как не напишешь, глядя на эти две картинки и читая эту статью. По-прежнему не могу покинуть одр больничный. Может, оно и к лучшему. Живьем такое видеть? По силам ли будет?

    Картина «Кормилица». Прямоугольная, чуть ли не под линейку, корова на разномерных костылях и с дефектной резиновой перчаткой вместо вымени. А внутри − жирные крестьяне. В память о Шагале, корову подвесили на воздушные шарики. Художник − со всей очевидностью маляр знатный, не хуже Вакулы из «Вечеров». Куда там Поттеру с Кейпом да и всей средневековой западноевропейской живописи с ее коровами!
    Чтобы дрянь, при всей ее очевидности, не была сразу признана таковой, нужно отправить работу на выставку. И тут за дело возьмутся специалисты, патологически опасающиеся потерять статус специалистов. Мне терять нечего, поэтому лучше я прослыву тупым неандертальцем, чем признаю в этой работе «гармоничный философско-эстетический образ, вызывающий работу мысли и чувства, и призывающий к сотворчеству»,− как написано в статье.
    А хлеб насущный с маслом? Это для философской значимости написано?
    Под хлебом в священной книге подразумевался и хлеб, как таковой и хлеб духовный.
    Если говорить о хлебе как таковом, то главный смысл был в том, что хлеб просился только на сегодняшний день, только по минимуму. Будет день завтрашний, будет новая молитва. Никакие запасы впрок здесь не нужны. Тем более, масло.
    Если говорить о хлебе духовном, хлебе небесном, без которого человек не способен провести ни одного дня в духовной жизни, то масло здесь более, чем не уместно. К сведению, слово «насущный» означает, что этот хлеб по своему свойству выше всего существующего хлеба.

    Триптих с овощами. Там вроде бы изображены люди, но рисовались они с кабачков. Возможно, перед этим автору снился летающий гроб с Модильяни. Хотя Модильяни работал скорее со сладким перцем. Называется работа «Крестный ход». У меня одна надежда, что на триптихе изображены события 1-2 веков до нашей эры. Крестные распятия у римлян тогда были в ходу. Если изображены более поздние события, то это просто несуразица, рожденная отсутствием страха Божьего.

    • Игорь Касьяненко:

      Евгений, спасибо за комментарий! Мы очень ценим твоё мнение. Особенно в сфере изобразительного искусства.
      Выздоравливай скорее!

  3. Евгений Фулеров:

    Игорь, спасибо. Даже, если ты меня подкалываешь, а именно это я подозреваю, все равно, спасибо.
    Поверь, не было у меня желания просто что-то написать. Удручен был.
    «Кормилица» еще туды-сюды, а «Триптих» — это совсем не то.
    «Триптих» стал воплощением художником самого себя, своего стиля, своей мастеровитости. Страдания послужили только материалом для личностной реализации мастера. Мастер в них виден, страдания — нет. Опасное дело — видеть в Писании брендовую тему. Опасное дело — отходить в писании от точности в сюжете. Это не античный миф, с которым запросто можно развлекаться, как угодно и присочинять любую самобытную трактовку.

    И еще один вопрос? Ради чего были страдания?- Ради воскресения!
    Для меня приемлемы и «Поцелуй» и «Крестный ход» и «Снятие», но как отдельные картины. Но, если речь о триптихе, то он не может завершиться одними страданиями. Нужен квадриптих с Воскресением. Иначе художника можно сопричесть к тем, которые поставили печать на камне гроба, которые хотели утаить от нас Воскресение — главный смысл и суть всего произошедшего. Но это моя субъективная точка зрения.

    • Игорь Касьяненко:

      Тоже согласен.Но тут такая дилемма возникает. С одной стороны, вроде бы в голове у каждого библейская тема трактуется как -то по своему и редко художнику удаётся попасть в адекват со всеми.
      А с другой стороны, настоящий художник должен всегда пытаться дотянуться до неба, то есть касаться высоких тем. В этой связи мне кажется, что автор сознательно обрекал себя на критику, дотрагиваясь до такого огромного, что заведомо не объять …

  4. Евгений Фулеров:

    Игорь, не сочти за занудство, но хочу слегка поправить твое письмо.

    1. Об этих событиях нельзя говорить, как о библейских. Хотя формально возражений быть не может, поскольку Евангелие − составная часть Библии. Однако говоря о страданиях Спасителя, как о библейской теме, мы косвенно уравниваем Ветхий и Новый Заветы. Но Ветхий завет уже исполнен, все прообразования совершились и потеряли свою значимость с приходом Спасителя. Христианин живет только в свете Нового Завета. Соответственно и тема должна обозначаться более конкретно − не как библейская, а как евангелистическая.

    2. Библейские темы не могут трактоваться как-то по-своему. Это воспрещено! Какое может быть уважение к Писанию, если кто как хочет, в зависимости от уровня своей порочности, сам его трактует? Написано Святым Духом и прочтено должно быть Святым Духом. Для этого существует святоотеческие толкования. «Божьего никто не знает, кроме Духа Божия» − послание к Коринфянам.

    3. Художнику надо попадать не в адекват со всеми, а в адекват со священным Писанием.

    Полностью согласен с тем, что ты написал: «настоящий художник должен всегда пытаться дотянуться до неба, то есть касаться высоких тем».
    А вот с тем, «что автор сознательно обрекал себя на критику» не согласен. Думаю, что здесь тот случай, когда автор недодумано отнесся к своей работе.

    Ну, и, между прочим, для справки. Во время снятия Иисуса с креста жен-мироносиц не было. Они стояли поодаль. Святые жены были свидетельницами Его страданий, присутствовали при Его погребении, но с креста не снимали.
    1. От Марка: Были тут и женщины, которые смотрели издали: между ними была и Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова меньшего и Иосии, и Саломия.
    2. От Матфея: Там были также и смотрели издали многие женщины, которые следовали за Иисусом из Галилеи.
    3. От Луки: Все же, знавшие Его, и женщины, следовавшие за Ним из Галилеи, стояли вдали и смотрели на это.
    4. Иоанн о них в этом событии вообще не упоминает.

  5. Игорь Касьяненко:

    Я, с твоего позволения прокомментирую только пункт второй. Речь идёт не о трактовках смыслов — они безусловны, а о форме изображения чувств. Сто людей поставь рядом и пусть они плачут или смеются — и все они будут это делать по-своему и по-разному. То же и при изображении чувства — каждый художник материализует такую идеальную субстанцию как чувство индивидуально.
    Теперь вопрос: Вера — это чувство ? Или это некое внутреннее состояние, лишённое чувственности ?

    • Евгений Фулеров:

      Ну, вот! Доболтался! Теперь меня к ответу. Деваться некуда.

      1. Я не знаю, что такое вера. Не дорос еще до этого понятия.

      2. Могу лишь сослаться на то, что читал у человеков, которым было доступно духовное видение. Хотя и здесь сомневаюсь, хватило ли у меня ума понять то, о чем они писали.

      2.1. Понялось мне, что вера — не совсем «чувство» и не совсем «внутреннее состояние, лишённое чувственности».
      2.1.1. Не совсем чувство, потому что чувственность — явление душевное, а не духовное. А в душевных проявлениях можно забрести куда угодно, вплоть до дьявольских сетей.
      2.1.2. Не совсем «внутреннее состояние, лишённое чувственности», потому что ощущение и знание веры вроде бы должны быть. Тут же к самому себе вопрос: «чувство знания» может быть или «чувство» и «знание» — это взаимоисключающие слова?
      2.1.3. Вера ближе к истинному знанию.

      2.2. Точно можно сказать, что вера — это дело. Это действие. Это не чувство, а жизнь в действии.
      Вера без дел мертва, — сказал Апостол. Речь шла не о добрых делах вообще, а о делах веры.
      Самый яркий пример веры, веры как дела — это принесение жертвы Авраамом.
      Чем он руководствовался? Чувствами? Вряд ли. Не стал бы он тогда отправлять на заклание родного сына.
      Но разве можно сказать, что он был лишен чувств и делал жертвоприношение с холодностию? Тоже вряд ли. Сердце его не могло не трепетать.
      У него было знание. Он производил действие, действие веры. Он верил.

      Думаю, что если осознать и понять и принять поступок Авраама, то тогда можно приблизиться и к пониманию «Веры».
      Сознаюсь, мне это пока не совсем под силу.

  6. Игорь Касьяненко:

    Замечательный ответ! *THUMBS UP*
    Однако из него, кроме многого прочего следует, что вера и дела веры малообъяснимы на уровне неких фраз, выстроенных по законам формальной логики. Потому-то библейские сюжеты и влекут людей искусства, у которых другие способы и инструменты понимания

    • Евгений Фулеров:

      Совершенно верно! У художника другой способ и инструмент понимания. Художник — избранный человек. Данный ему талант дает возможность находить особый путь к познанию.
      Мне кажется, художник, успешно отобразивший новозаветный сюжет, должен стать немного другим человеком после создания своей картины. Если в нем после работы изменения не произошли, пусть самые малые, то что-то не так он сделал. Тут он сам себе судья.
      Причем, речь не об иконописцах — тут будет совсем другой разговор — речь о светском художнике, речь о жанровых работах.
      И мне кажется, художник работая в этом направлении должен думать, думать, думать.
      Должен постоянно сверяться с Евангелием и по содержанию и по духу.
      Должен быть постоянно в страхе впасть в самообольщение.
      Должен в некотором смысле отказаться от себя, как от творческой личности, и стать скромным слугой своего таланта, чтобы на картине был не он, а именно то, что на ней изображено. Узнать его индивидуальность — дело искусствоведов и зрителей и они с этим делом справятся.

      Если к такому напряжению ума и к такому самоотречению художник не готов, то не стоит ему браться за библейские сюжеты. Пусть его прекрасная кисть остается на земле и радует тем, чем может. Да хоть бы «Кормилицей». В ней, по крайней мере, совершенно правильно отображено, что у коровы 4 рабочих соска.

      • Евгений Фулеров:

        Надо бы жизнь Брюллова посмотреть. Изменился ли он после «Последнего дня Помпеи»?
        Хотя чего ему меняться? Картина вполне католическая — плотских страстей или, как сейчас говорят — сексуальности там хватает.
        Что-то мне вспоминается, что Брюллов вообще был, кажется, другого вероисповедания. Как бы не протестант. Но точно не помню.

  7. Игорь Касьяненко:

    Это ты очень здорово заметил, что творец выходит из мира своего произведения,после завершения работы над ним другим человеком. Ну если, конечно, произведение случилось.
    Интересно, а Бог стал другим после того как создал мир? )

    • Евгений Фулеров:

      Бог неизменен и непостижим.
      Лучше этой темы не касаться, чтобы случайно не сморозить чего-нибудь.

  8. Игорь Касьяненко:

    Непостижимость не означает запрет на постижение. На этом практически всё великое искусство основано…

    • Евгений Фулеров:

      Конечно, нет запрета на постижение. Для этого и существует катафатический метод в противовес апофатическому. Если бы люди не постигали хоть что-то, они бы слова не могли молвить о Боге. И мы бы с тобой вообще ничего не знали.
      Именно уже постигнутое подсказывает художнику, что к этой теме надо относиться с трепетом и страхом. Так, как относился к этому Рублев, но не так, как относился к этому Рафаэль.

      • Игорь Касьяненко:

        Но Рублёв же иконы писал, в отличие от Рафаэля…
        Относительно трепета и страха согласен. Мне кажется, что в обсуждаемом триптихе страх как раз присутствует…

  9. Надія Юрченко:

    Рафаэль писал удивительно духовные творения, и не надо сравнивать с Рублевым, а то и Врубеля заодно вспомним. Все это разные и одновременно гениальные мастера. Иконопись и религиозная живопись это разные виды искусства. И нельзя ставить приоритеты, потому как все творчество идет от Творца и имеет место быть, собственно, так же как и Библия, добротолюбие, святоотеческая религиозная литература и размышления светских писателей о Боге.
    Нравится читать Ваши диалоги, очень интересно, призывают к размышлениям.

    Что касается работ современных художников на библейскую тему, то практически таковых произведений ооочень мало, потому как люди стоят еще за порогом, а уже хотят выразить себя в этой теме, и получается, к сожалению, ложь. Без стяжания веры, смирения, милосердия, прощения и воцерковления сложно создать или написать высоко духовное. Это большой труд над собой. К примеру современные иконы — сплошное «золото» и блеск, а образа то нет, и тут же старенькая, темная, потертая иконочка, написана простым богомазом в 19- нач. 20 вв., в кот. открывается удивительный образ, цепляет за душу и уже не забудешь. А потому, что писал истинно верующий человек, по благословению, милосердствуя и постясь, это его молитва, писанная душой, а краски и доски это уже подсобный материал.

    • Евгений Фулеров:

      Отчего же Врубеля не вспомнить? Это полезно знать живущим. Плохо он со своими демонами кончил.

      О гении Рафаэля можно писать сколько угодно. Вряд ли кто будет возражать. И я не буду возражать.
      А что до духовности Рафаэля, так мне от себя неловко писать. Лучше процитирую достойного автора, к мнению которого присоединяюсь полностью:

      1. С кого итальянские живописцы писали изображения святейших жен? − со своих любовниц. Знаменитые Мадонны Рафаэля выражают самое утонченное сладострастие. Известно, что Рафаэль был развратный человек, желал выразить идеал, действующий на него наиболее сильно, и нередко кидал кисть, чтоб кинуться в объятия предстоявшей ему натурщицы.
      2. Все движения, позы, физиономии на картинах — чувственны, страстны, притворны, театральны; ничего в них нет святого, духовного. Так и видно, что живописцы были люди вполне плотские, не имевшие ни малейшего понятия о состоянии духовном, никакого сочувствия к нему, и потому не имевшие никакой возможности изобразить человека духовного живописью.
      3. Не имея понятия о том, какое положение принимают черты лица углубленного в молитву мужа, какое положение принимают его глаза, уста, руки, тело — они сочиняют в воображении своем произвольную мечту, и сообразно ей устанавливают натурщика или натурщицу. В результате отличная кисть изображает на полотне совершенную нелепость.
      4. Святых нужно изображать свято − простыми, спокойными, радостными, смиренными, в таких одеждах, какие они носили, в положениях и движениях самых скромных, исполненных благоговения, основательности, страха Божия. Изображению святого должны быть чужды изысканная поза, движение, изображающее восторженность, положение лица романическое, сентиментальное, с открытым ртом, с закинутою кверху головою или с сильно устремленными кверху глазами. Последнее положение, к которому обыкновенно прибегают для изображения молитвенного состояния, именно и воспрещается иметь при молитве святыми Отцами. Также не должно изображать святых жен и дев с опущенными книзу глазами: дева начинает тогда опускать вниз глаза, когда явится в ней ощущение греховное; в невинности своей она глядит прямо.

  10. Надія Юрченко:

    Мастера высокого возрождения никогда не писали канонических образов, это удел иконописцев, а что касается святости и красоты это разные понятия . Мадонны Рафаэля это высшая гармония красоты и совершенства, по этому поводу есть множество мнений выдающихся искусствоведов и литераторов, Данилова, Алпатов, Лазарев и т.д. и т.п.

    • Евгений Фулеров:

      «Мастера высокого возрождения никогда не писали канонических образов»

      Ой!
      Надежда, римский понтифик никогда вам не простит этого заявления. Вы же всей латинянской росписи инкриминировали неканоничность.
      Мне остается только радостно согласиться с вами.
      Правда, Джотто с Боттичелли и другие Леонарды расстроятся. Да и фиг с ними!

  11. Надія Юрченко:

    Евгений, не мне Вам напоминать, что православная и католическая живопись имеют одни корни, идущие от Византии. В православии сохранялись традиции, а западноевропейские художники писали то, что им заказывали Папы и ксендзы. У католиков главными в декоре храмов были фреска, витраж, скульптура и картина на религиозную тематику, как правило с культом Распятия и Мадонны. Художники писали так, как диктовала Римская, Болонская и Венецианская академии искусств. Если у нас доминирует смирение, то там на первом плане чувственность, страсти, словом одни эмоции, от чего и проторенессанс, возрождение перешло в маньеризм, а затем в барокко. Уже Джотто и Чимабуе нарушают традиции средневекового иконописания. Не случайно Феофану Греку ближе была православная идеология, потому он и уехал в Россию, хотя его суровые аскетические образы так и не прижились. Католические мотивы были очень популярны у нас, оттуда их везли иконописцы. И не случайно батюшка Серафим Саровский молился перед Богоматерью молящейся с опущенным долу взором, (потому, что этот образ был принят не умом а духом и сердцем, и это выше нашего понимания), и завтра церковь празднует нашу Чудотворную Ахтырскую, тоже со сложенными в молитве руками, как у католиков, и Христос — Новая Паска — это тоже привнесенный из запада библейский образ Себастьяна художника Мантеньи, а «Коронование Богородицы» — этот сюжет полностью повторяет католический извод, распространенный с известной картины Веласкеса для церкви в Мадриде. В русской иконе очень сильно прижились фряжские традиции (красивенькие) привнесенные Ушаковым. К примеру Наш Спасо-Преображенский собор, за исключением Св. Лаврентия и Ап. Архипа, несмотря на 19 век они написаны очень духовными авторами.

    • Евгений Фулеров:

      Чи-ма-буе! Я такого и не знаю. Он что, негр что ли? Из африканского племени?
      Эх, Надежда, Надежда… Веласкес никогда не обманывал своих ближних. А вы?
      Вчера не пришли… А я вас ждал. Все бегал и бегал за калитку — высматривал. Обещали же! И не пришли.

  12. Надія Юрченко:

    Женя, простите, видит Бог не судилось. Очень хотела быть на Вашем вечере, но головная боль меня не пустила, и знаю, что на таких встречах больше работаешь, чем отдыхаешь. Мне всегда интересно читать и слушать Вас, есть о чем подумать. Замечательно, что у нас есть такие интеллектуалы, мир становится наполненным, спасибо Вам.

    Ченни ди Пепо (Чимабуэ) Флорентийский живописец (1240-1320). Прозвище Чимабуэ означает «Быкоголовый». Он был последним итальянским художником, работавшим в византийской манере.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


7 + 1 =