В Сумах в доме–музее Чехова ожили его персонажи

В пятницу 22 мая во дворе мемориального дома-музея А.П.Чехова театр-студия  «Город С» показывал спектакль по повести Чехова «Каштанка».  

Театр

«Город С» создан и работает под руководством профессионального театрального режиссёра Натальи Черкасенко. И хотя в спектакле в этот раз участвовала только младшая группа актёров театра, но всё было по-настоящему: с костюмами, музыкальным оформлением и выходами на поклон в конце действия.

Спектакль решён режиссёром в стилистике древнегреческого театра времён Софокла и Эсхила, где за спинами одного или двух рассказчиков-солистов обязательно располагался хор, в задачу которого входило комментирование событий с помощью аудио-визуального выражения соответствующих эмоций.

В нашем случае солисты периодически менялись местами с кем-то из хористов, так что, в итоге, в качестве хедлайнеров выступили практически все актёры.

«Каштанка» как аллегория для взрослых

По личному убеждению автора этого репортажа, «Каштанка» у Чехова – это аллегорическая притча о преданной и безрассудной женской любви. Хозяйский садюга-сынок Федюшка издевался над нашей героиней, сам хозяин —  пьяница-столяр Лука Александрыч — кормил её плохо, а однажды вообще потерял по нетрезвому делу.

Но Каштанка жестоко предала пригревшего её клоуна Жоржа, – конечно, клоуна, ведь он столько ухаживал за той, которая любила другого — и по первому зову, сломя голову побежала туда, где жила голоднее и неуютнее, зато там был он – любимый хозяин.

Впрочем, тут, как и в случае любого аллегорического текста, возможны самые разнообразные трактовки и аллюзии, вплоть до политических, где Каштанка – это народ, пьяница-столяр –  мрачное прошлое, а клоун Жорж – светлое будущее. 

«Каштанка» в детской версии

Дети аллегорические пласты, разумеется, не играли.Они, как и следовало, выразительно пересказали внешнюю «животную» фабулу повести. В целом, получилось душевно, трогательною и правдиво — ведь юные актёры проживали то, что им близко и понятно. По ходу действия во двор музея вошла местная лучанская собачка, вполне бы сошедшая за Каштанку. Зашла, посмотрела, ободрительно кивнула и ушла далее по своим собачьим делам.

Актёрскую труппу, в основном, составили девочки. Из представителей сильной половины был только молодой человек по имени Борис, который взял на себя роль первопроходца. Он начал, задал тон и заставил публику включиться в действие. А далее уже солировали юные актрисы.  И это было прекрасно. Действительно прекрасно без всякого взрослого умиления талантливым детством.

О роли места действия

Спектакль ставился во дворе дома-музея Чехова. Тут всё дышит творчеством и личным присутствием великого писателя. В подобном контексте становится искусством, приобретая дополнительные краски и смыслы, даже то, что в иной ситуации выглядело бы просто милой художественной самодеятельность.

Собравшаяся на спектакль взрослая и достаточно искушенная публика действительно верила и сопереживала актёрам, а не только умилялась красивым детками, изображающим театр.

К слову, похожее ощущение у нас возникало в Ботаническом саду, где двумя днями ранее проходила художественная акция «Сиреневый блюз». Там тоже огромную роль играл природный антураж, возвышающий и подчёркивающий игру артистов.

Отдельно отметим то, как говорили дети. Когда солисты наизусть читали достаточно длинные отрывки из повести, подумалось, что они же больше и не имеют возможности так долго, красиво и правильно разговаривать на литературном языке. В быту мы общаемся междометиям или на полуслэнге. А где же детям услышать и усвоить правильную речь? Только в театре, получается….

 

 

 

 

---

---