Юрий Совенко (Georg). Мусорка

— Па-а-а-звольте, это что еще за новость — в чужих бачках копаться! — обратился человек с испитой наружностью к молодой паре, которая рылась в мусорном контейнере. Не выявив в действиях чужаков абсолютно никакой реакции, он окликнул товарища:

— Это наша территория, правда, Толян?

Анатолий в ответственный момент работал кадыком, как помпой, проталкивая в глотку портвейн. Оторвав губу от «фугаса», товарищ громко икнул, затянулся беломориной, смачно сплюнул на снег порцию коричневой слюны вместе с окурком, и тоном, не терпящим возражений, промолвил густым осипшим басом:

— Убирайтесь отсюда, крохоборы, живо! Не то мы вам ноги переломаем!

На что мужчина, одетый вполне прилично для известного занятия, ответил:

— Жрать всем хочется! А территория эта ничейная, Барыга не внес в реестр новый объект — не было раздела собственности, не было… Тендер не объявляли, микрорайон на торги не выставлялся. Отвали, бомжара!

На всякий случай говоривший схватил бутылку из-под шампанского и резким, вероятно, привычным движением отбил дно у сосуда. Женщина, не обращая внимания на перепалку, продолжала возиться со стеклом — битые и щербатые бутылки отставляла в сторону, а годные аккуратно размещала в ячейки.

Отойдя на безопасное расстояние, мусорные короли потягивали сделавшийся вдруг невкусным портвейн, исподлобья наблюдая за дамой. Та, заполнив пивными бутылками последний ящик, сняла перчатки и закурила Marlboro. Затянувшись, набрала номер на мобильном, сказала абоненту, что они скоро подъедут, как и договаривались. Возможно, задержатся, если доведется устранять конфликт силовым методом. А трупа будет два, уточнила она спокойным голосом. Затем захлопнула створки престижной модели Nokia, неторопливо пересекла пустырь и свернула во двор шестнадцатиэтажного дома.

Через минуту к бакам подъехал новенький джип, за рулем которого сидела знакомая женщина. Изящно соскочив со ступеньки могучей машины, дама подняла дверцу багажника — напарник играючи забросил ящики и уселся на пассажирском месте, не испытывая интереса к посрамленным коллегам.

Из-под колес рванувшего автомобиля синусоидой вылетела порция снега и грязи, окатив коктейлем задумчивых бродяг. На лицах друзей запечатлелось крайней степени удивление, сделавшее их физиономии глупыми и несимпатичными. У Толика ветер свистел во рту, который раскрылся, как у взнузданной лошади, и не думал захлопываться. Его соратник, оставшийся, по задумке автора, безымянным, направил в небо указательный палец и остолбенел; чувствовалось, что в непокрытой голове происходит потрясающе сложный процесс.

Почесывая немытые затылки, приятели так и не разгадали — работа это у приличных господ или все-таки хобби…

Читать другие миниатюры, участвующие в конкурсе «Колибри» 2014

(4 голос, оценка: 2,50 из 5)

Загрузка...

Читайте ещё по теме:

Сергей Рахманинов. Прелюдия для фортепиано No.5 Соль минор op. 23

Живописные окрестности города Сумы знамениты тем, что в конце XIX века здесь любили отдыхать гении. В посёлке Низы в усадьбе помещика Н.Кондратьева в 1871-79 гг. каждое лето (кроме 1877- года своей женитьбы) жил П. И. Чайковский. В особняке помещиков Линтварёвых…

Коллекционер – это стиль жизни…

До недавнего времени в биографии известного коллекционера Оскара Германовича Гансена было больше вопросов, чем ответов. Однако снятие табу на «запрещенные» в советское время имена позволило опубликовать свои исследования научным сотрудникам Киевских музеев, в чьи…

Джоггинг или бег трусцой — достоинства и недостатки

 Некто толстый вместо отражения в зеркале, плюс плохо сходящаяся одежда и признаки отдышки – в общем, с этим что–то надо делать. Самым первым из приходящих в голову и самым популярным видом оздоровления считается бег. Может с него и начать путь к здоровому и стройному долголетию? Возможно,…

Любовь и прочие европейские ценности

Любовь — одно из самых загадочных чувств, которые способен испытывать человек. Древние греки  говорили, что боги прощают влюбленным любые безумства, потому что сами и лишают их разума. Каждый, кто испытывал это чувство (а его,…