Виктор Суворов. Выбор (отрывок. Глава 21/12)

- Гость · 26.06.2013

Синим шелком занавешенную картину выносят из хранилища и устанавливают
на возвышении. Разговоры гаснут. Тишина. Два служителя, как бы не
сговариваясь, по какому-то им одним известному знаку разом сдернули шелк. И
зал замер.
Такого Париж не видел.
По серому холсту - две красные полосы. Одна над другой. А поперек,
перечеркивая их, две черные.
Ошалел зал, обезумел. Такого не было.
И вдруг взорвало почтеннейшую публику. Вдруг затопали, засвистели.
Вдруг заржали, заголосили, завизжали. Ах, до чего же французский народ умен
и находчив! Под самый занавес хозяева аукциона решили шуткой гостей
повеселить. Шутка удалась. Почтеннейшая публика сползает с кресел. Смех
заразителен. Смеховая индукция иногда поражает сразу всех. Это и случилось.
Люди валятся под мягкие плюшевые кресла, слезы смеха душат, смех - до икоты,
до нервного вздрагивания. Смех может быть убийственным. Смех может довести
до смерти. Это опасно! Можно захлебнуться смехом, как водой Ниагарского
водопада. И в этой ситуации служители в белых перчатках должны бы разносить
воду со льдом, которая одна только и может успокоить смеющихся. Но не могут
служители спасать почтеннейшую публику от смеха - они сами по полу катаются.
И возопил элегантный:
- За такую картину я не дам франка, а десять су - самая ей цена!
- Помилуйте, - вырываясь из давящего смеха, возразил длинный с
молотком, - десять су надо отдать за раму да тридцать за холст, если за
картину вы платите десять су, то получается целых полфранка.
И снова волна смеха навалилась, народ поприжала, всех голоса лишив.
- Итак, цена предложена. Медам, медемуазель, месье! Полфранка, раз...
полфранка, два.
- Даю франк! Повешу эту картину в своем сортире! В ответ - смех до
икоты.
- Два франка! Буду спрашивать своих гостей, что в этой картине не так.
Я просто повешу ее вверх ногами, и пусть кто-нибудь догадается!
- Три франка!
- Четыре.
- Пять франков! Смех стихает. Насмеялись. Одна и та же шутка,
повторенная десять раз, не смешит.
- Семь!
- Восемь. Когда из заднего ряда хохмы ради прокричали десять франков,
было уже совсем не смешно. Это звучало уже неприлично. Потому больше не
смеялись. Но цена названа, и длинный с молотком должен довести представление
до
конца - таковы правила аукциона:
- Итак, медам, медемуазель, месье, предложена цена в десять франков.
Цена неслыханная на нашем аукционе. Но что ж. Десять франков, раз...
И тут в правом дальнем углу поднялась рука.

От: И.Проценко ( продолжение тут)