Из жизни «Черного квадрата»

Автор — Татьяна Пелипейко

В юные годы Казимир Малевич успел поработать чертежником в управлении Курско-Московской железной дороги. Конечно, выводить из этого его склонность к геометризации в живописи было бы – простите за каламбур – слишком прямолинейным. Но – все же констатируем.

«Черный квадрат» — самое известное произведение Малевича. Его знают даже те, кто ни одной другой его картины не вспомнит.

«Черный квадрат» — самое известное произведение русского художественного авангарда. Его знают даже те, кто не вспомнит и имени автора.

Между тем это далеко не единственная у Малевича геометрическая абстракция. «Квадрат» (который сам автор именовал «четырехугольником» — и вообще-то был в этом прав, ибо, строго говоря, геометрически точным «квадрат» не является) представлял собой лишь часть из большой серии — 39 полотен — так называемых «супрематических» работ. И внутри самой этой серии «Квадрат» был частью триптиха, куда входили также «Черный круг» и «Черный крест». Всю серию автор готовил к выставке с названием «0,10», открывшейся в конце 1915 года в Петербурге (полное ее название — «Последняя кубо-футуристическая выставка картин 0,10», что предполагало некоторое подведение итогов футуристического этапа в искусстве). Работал над серией в течение нескольких месяцев того же 1915 года.

К этому времени Казимиру Малевичу 36 лет. Он успел поучиться в юности в Киевской рисовальной школе Николая Мурашко (вполне академиста по манере, но способного оценить таких разных своих учеников как, например, Серов или Врубель). Поработать, как уже сказано выше, чертежником в Курске, одновременно организовав там с друзьями-единомышленниками художественный кружок. Несколько раз – безуспешно – пытается поступить в МУЖВЗ (Московское училище живописи, ваяния и зодчества). С 1906 по 1910 год посещает занятия в московской частной студии Федора Рерберга. Выставляется в таких разных компаниях, как достаточно традиционалистское Московское товарищество художников и лихие «Бубновый валет» с «Ослиным хвостом». Отдает дань импрессионизму, неопримитивизму, кубизму и прочим «измам» той эпохи. Придумывает и свой собственный – «супрематизм».

Собственно, сам этот термин появился одновременно с выставкой «0,10»: к ней Малевич приурочил выпуск брошюры «От кубизма к супрематизму. Новый живописный реализм». Здесь речь шла уже не просто об упрощении и геометризации форм, которые и ранее наблюдались как у самого Малевича, так и у его современников. От натуры не оставалось даже тех раздробленных осколков природных форм, которые были свойственны футуризму и кубизму. Чистая геометрическая форма, чистый, без нюансировок, цвет, белый фон как пространство, вмещающее и динамику, и статику – таковы были первые супрематические работы.

2.jpg

На сам термин, скорее всего, повлиял родной язык Малевича – польский. Слово «супремация» (suprеmаcja) означает в нем «главенство», «доминмирование». И речь тут прежде всего о главенстве в живописи цвета, а не формы как имитации форм природных. Супрематические композиции ничего не представляют – они суть результат творческой воли художника.

Но лучше привести несколько цитат из самой малевичевской брошюры: «Вся бывшая и современная живопись до супрематизма, скульптура, слово, музыка были закрепощены формой натуры и ждут своего освобождения, чтобы говорить на своем собственном языке и не зависеть от разума, смысла, логики, философии, психологии, разных законов причинности.

Искусство живописи, скульптуры, слова — было до сей поры верблюдом, навьюченным разным хламом одалиск, египетскими и персидскими царями Соломонами, принцами, принцессами с их любимыми собачками и блудом Венер. До сих пор не было попыток живописных как таковых, без всяких атрибутов реальной жизни».

«Наше передвижничество раскрашивало горшки на заборах Малороссии и старалось передать философию тряпок. Ближе к нам молодежь занялась порнографией и превратила живопись в чувственный, похотливый хлам. Не было реализма самоцельной живописи, не было творчества».

«Творчество лишь там, где в картинах является форма, не берущая ничего созданного уже в натуре, но которая вытекает из живописных масс, не повторяя и не изменяя первоначальных форм предметов натуры».

«Я преобразился в нуле форм и вышел за нуль к творчеству, т. е. к Супрематизму, к новому художественному реализму — беспредметному творчеству».

Ну, а под конец стиль становится совсем уж похожим на современников-поэтов (со многими из которых Малевич приятельствовал, а некоторых, как Хлебникова и Крученых, и иллюстрировал):

«Я говорю всем: бросьте эстетизм, бросьте чемоданы мудрости, ибо в новой культуре ваша мудрость смешна и ничтожна.
Снимайте же скорее с себя огрубевшую кожу столетий, чтобы вам легче было догнать нас.
Я преодолел невозможное и пропасти сделал своим дыханием.
Вы в сетях горизонта, как рыбы!
Мы, супрематисты, — бросаем вам дорогу.
Спешите!
— Ибо завтра не узнаете нас.»

Но тексты текстами и теории теориями, а широкую публику обычно интересуют два вопроса:

— сколько всего было «Черных квадратов»? — когда они все-таки были написаны?

Самый первый – вместе со всей «супрематической» серией – был написан в 1915 году. Но тогда возникает резонный вопрос: почему же во многих источниках упоминается 1913 год?

А потому что так датировал эту картину сам Малевич. Имея в виду при этом не физическое ее исполнение, а зарождение идеи.

Предтечей живописного «Черного квадрата» стали элементы оформления постановки оперы Михаила Матюшина «Победа над солнцем». Диссонансная музыка композитора, «заумные» тексты либретто Алексея Крученых – все это логично требовало и нестандартной визуальности. Стилистика Малевича не просто пришлась кстати – он фактически создает еще одну единую партитуру из гротескно искаженных форм костюмов и декораций. И тут в некоторых картинах возникает прообраз «Квадрата» — еще дробного, разделенного на части диагоналями, составленного из фрагментов разного цвета. Переосмысление и окончательное упрощение формы придет позже – но самому автору оказалось важным поставить именно ту дату, к которой относятся его первые супрематические шаги.

1.jpg
Брошюра Малевича

Этот первый квадрат, размером 79,5 на 79,5 см, был приобретен в 1918-1919 годах отделом ИЗО Наркомпроса (к слову, закупочную комиссию возглавлял тогда Василий Кандинский). Работа попала в недолго просуществовавший Музей живописной культуры, а уже оттуда — в Третьяковку, где находится и по сей день. Отличается эта работа от других трещинами красочного слоя — кракелюрами.

Второй «Черный квадрат» появился на свет в 1923 году. Причина оказалась банальна: музей не пожелал предоставить картину для экспонирования на выставке (а речь шла не много, не мало как о венецианской биеннале). И Малевич повторяет свой супрематический триптих — и квадрат, и круг, и крест, — причем в увеличенном формате: 106 на 106 см. (Есть версия, что к изготовлению этих полотен приложили руку ученики Малевича – что вполне не исключено). В дальнейшем эти работы хранились у автора, а после его смерти в 1935 году были переданы вдовой в Русский музей, где опять-таки и находятся.

Третий «Квадрат» появился на свет в 1929 году по настоятельной просьбе Третьяковской галереи в момент подготовки там персональной выставки Малевича. Изначальную, первую работу автор повторил в том же формате – потрескавшаяся первая, по мнению дирекции, для экспонирования не годилась. Таким образом, в Третьяковке «Квадратов» стало два. (Дату на обороте автор при этом проставил все ту же – 1913 год. Вообще с авторскими датировками у Малевича все непросто – верить им без перепроверки особо не следует). И казалось бы, на этом все. Но нет. Уже в 90-х годах выныривает еще один «Черный квадрат», размером меньше всех предыдущих: 53,5 на 53,5 см.

Внимание широкой публики этот «Квадрат» привлек после кризиса 1998 года, когда с молотка должно было пойти имущество обанкротившегося «Инкомбанка». Которое (имущество) включало и корпоративную коллекцию. А та, в свою очередь – несколько работ кисти Малевича.

Что, откуда? Открывающиеся подробности и вовсе повергали в недоумение. Нет, сама работа в таком формате действительно существовала – вместе с парным к ней «Красным квадратом» экспонировалась на выставке «Художники РСФСР за 15 лет», прошедшей в Ленинграде. Сохранились фотографии экспозиции. Различные экспертизы тоже подтверждали авторство.

Но вот история… Работа проявилась в начале 90-х в Самаре, где некий владелец предложил ее «Инкомбанку» – то ли на продажу, то ли в качестве залога для получения ссуды. Экзотические подробности пересказывал впоследствии искусствовед Георгий Никич, приглашенный в качестве эксперта: принес картину некий молодой человек, причем принес в обычной спортивной сумке завернутой в какую-то тряпицу.

Самарские владельцы оказались дальними родственниками вдовы Малевича, его третьей жены Натальи, скончавшейся много позже мужа, в 1990 году. К ним же попал еще ряд произведений художника, а также часть семейного архива – и всему этому они настолько не придавали значения, что архив в придачу к сделке отдали «Инкомбанку» вообще безвозмездно. Не говоря уже о том, что картины хранись одно время в ящике с картошкой.

Итак, работы готовились к продаже на аукционе – и позже глава аукционного дома «Гелос» признавался, что торги могли стать очень горячими: предварительный интерес высказали несколько серьезных претендентов. Но тут — новый поворот: в дело вмешалось государство, и с аукциона работу сняли.

Министерство культуры приняло решение о реализации права на приобретение произведения в государственную часть Музейного фонда Российской Федерации (такая возможность оговаривается в одной из статей Закона РФ о культуре). Правда, реализовали решение за чужой счет – миллион долларов за «Черный квадрат» номер 4 выложил не бюджет, а бизнесмен Владимир Потанин (аукцион-то мог принести куда большую сумму, так что кредиторы «Инкомбанка» имели все основания быть недовольными). Картину передали в Эрмитаж, где она теперь и находится.

Таким образом, достоверных «Черных квадратов» выходит четыре. Появятся ли еще новые? С одной стороны, вроде бы таковых не просматривается. Но разве с таким художником, как Малевич, можно в чем-то быть уверенным?

 

От: * * *

1 балл2 балла3 балла4 балла5 баллов (1 голос, оценка: 5,00 из 5)
Загрузка...

Читайте ещё по теме:

Не найдено похожих записей...


комментариев 14

  1. * * *:

    «Я говорю всем: бросьте эстетизм, бросьте чемоданы мудрости, ибо в новой культуре ваша мудрость смешна и ничтожна….»
    ОДНАКО….. %)

  2. Медведев:

    Старнным был мир искусства в начале прошлого века. Хотя не страньше, чем в начале нынешнего….

  3. Зина:

    А кто скажет, Хлебников тоже призывал поэтов сбросить вализы с жуковщиной, пушкинщиной, гомеровщиной и пр. недвижимостью в Лету? sad
    А то я не знаю про это…

  4. Игорь Касьяненко:

    «…. в России одна за другой произошла две революции. Советская власть казалась Шагалу “новой античностью”, питомником, где обновленное искусство расцветет в небывалом великолепии. Сам Луначарский выдал ему мандат: “товарищ художник Марк Шагал назначается Уполномоченным по делам искусства в Витебской губернии. Всем революционным властям предлагается оказывать тов. Шагалу полное содействие”.

    Шагал даже издавал декреты… Вот один из них, от 16 октября 1918 года: “Всем лицам и учреждениям, имеющим мольберты, предлагается передать таковые во временное распоряжение Художественной комиссии по украшению г. Витебска к первой годовщине Октябрьской революции”. Это был невероятный, почти сюрреалистический праздник: дома покрашены белым, а по белому разбегаются зеленые круги, оранжевые квадраты, синие прямоугольники. Горожане в широкополых шляпах, с бантами в петлицах, несут плакаты: “Да здравствует революция слов и звуков!” Какие-то дамы вышли на парад на ходулях. А над официальными учреждениями развивается знамя с изображением человека на зеленой лошади с надписью “Шагал-Витебску”.

    Через несколько лет Малевич – автор “Черного квадрата” — вытеснит Шагала из Витебска, обвинив его … в консерватизме. Мол, Шагал напрасно до сих пор возится с изображением каких-то вещей и человеческих фигур, тогда как подлинное революционное искусство должно быть беспредметным. Целый год после этого Шагал еще проживет в России, с увлечением работая … учителем рисования в детских трудовых колониях “Малаховка” и “III Интернационал”….» smile

  5. Я:

    Так и хочется «а поговорить» на тему «Черный квадрат»:

    «Черный квадрат Малевича — голая идея без искусства-мастерства или идея без формы, точнее, форма (черный квадрат на белом фоне) и есть идея, ничего кроме идеи. Ничего не говорит ни уму, ни сердцу.
    Далее, разве может быть искусство без искусства, т. е. без мастерства, профессионализма, знаний и умений?! Этот черный квадрат на белом фоне может написать практически любой. Не нужно учиться живописи, рисунку, не нужно оканчивать школу живописи, не нужно вглядываться-вдумываться в природу, в жизнь, в человека.
    Почему, однако, этот «Черный квадрат на белом фоне» стал рассматриваться некоторыми ценителями как произведение искусства? Здесь, как мне представляется, возникла примерно та же ситуация, что и «новом наряде короля» сказочника Андерсена. Правда, Малевич не был лжехудожником как лжепортные-мошенники у Андерсена. Он просто экспериментировал, как многие в его время. В числе полотен Малевича «Черный квадрат» был показан на выставке в 1915 г. Этот «Черный квадрат» оказался самым эпатирующим-шокирующим «творением» Малевича. А в то время весьма благосклонно относились ко всему эпатирующему-шокирующему-анормальному. В итоге сыграл эффект нового наряда короля. Любители всего анормального восхищались экспериментальными работами Малевича, а другие, чтобы не показаться глупыми и невежественными, поддержали этих любителей. Вот и возникла цепная реакция признания так называемого произведения искусства.»

    • Ирина Проценко:

      Да, так и было. И те неглуподругие суприматически заявили: Малевич магически сфокусировал в квадрат всё ранее человечеством созданное, показывая пустотой (космической! заявлено) предел как начало всех начал *PARDON*
      А кто не узрел в этом произведении магии величия, тот неуч и профан :-|
      … тогда я, чур, узрела 8)

  6. Медведев:

    Чёрный квадрат мне кажется стал родоначальником логотипов, дающих узнаваемость брэнду. Это такое гиперабстрактное искусство, которое может существовать только при серьёзной рекламной поддержке.

    Предположим, проходит тысяча лет и археологи находят «Черный кввдрат» «Джаконду» и просто рисунок школьника в тетради по геометрии. Думаю, они вряд ли смогут отличить первое от последнего… Как и рисунок на фирменных кроссовках Пума,от тех же детских рисунков. Хотя логотип «Пумы» тоже миллионы стоит…

    • Ирина Проценко:

      Если серьёзно, то и Кандинский, и Малевич, и Филонов, разрушая прошлые идеалы «пережитки эстетизма «, свято верили в то, что делают. Они были яркими теоретиками и вели за собой массы художников. Они высвобождали цвет от рабства форм реализма, вполне здраво полагая, что цвет имеет право на самостоятельную жизнь. А Малевич пошёл ещё дальше, он освободил цвет в геометрические плоскости и назвал этот вид абстракции Супрематизмом. Мне же видится наоборот-загнал цвет в геометрию… Филонов — да, высвободил. Гений…
      А вот кто действительно эпатировал шутя после своих голубо-розовых шедевров это- основоположник кубизма Пикассо. Потом признался: я слышал восторги и поверил сам, что это гениально. Может, скромничал ))
      А логотип- это детище давнего подвида искусства шрифта+плаката — промграфики smile

  7. Я:

    …….классический пример — как из ничего (черный квадрат- пустота), можно сделать «все» smile

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


7 + 9 =