Нина Мамедова (В. Шекспир) Ральф и Колька.

Ральф проснулся от холода. Сад был залит туманом. Деревьев не было видно. На земле, на жухлой траве, на сломанных стеблях растений серебрились прозрачные капли   росы. Ральф  стоял в молочном мареве, всматриваясь и вслушиваясь в тот край земли, за которым была пугающая пустота. Он  пошел в дальний угол сада, и, сделав свое  утреннее дело, вернулся назад. Где-то недалеко по очереди кукарекали петухи.

Вокруг становилось яснее: дальше было видно землю с кое-где валявшимися мелкой бессортицей яблоками, кряжестые стволы старых яблонь росли из земли и пропадали в молочной бесконечности.

Ральф снова лег.

Проснулся он, когда  где-то рядом со стуком  упало яблоко.  На низком, почти у самой земли, тонком стебельке, неподвижно висела малюсенькая божья коровка с двумя  точками на оранжевой спинке и маленьким  хвостиком из сложенных крылец под панцырем. Ральф хотел ее потрогать, но  красоту защищал терпкий горький запах, и он прошел мимо.

У забора росли кусты малины. Осыпавшиеся последние красные ягоды лежали на земле. Теплело. Он сел, и щурясь на яркий свет расцветающего утра, всматривался в раскрывшиеся привычные дали оврагов, разноцветные поля. Поскрипывали калитки, двери, визжали поросята в сарае, корова мычала в хлеву, и  слышен был звон струи о ведро, теплый, ласковый запах молока разливался по саду и манил. Ральф побежал, но так и остановился, словно вкопанный и  смотрел в сторону, откуда шел запах.

Послышался шум и шорох колес. Ральф рванул к штакетнику. В калитку вошел человек.

-Ральф, — ласково и негромко назвал его человек, — Ральфик мой. Постой, дорогой, смирно. Молчи! Постой! Вот так, Ральфик, вот так. Стой, тебе говорят! Стой смирно! Стой!

Пух.

Глухо раздался выстрел. Ральф залился в голос и побежал к забору, натягивая изо всей силы цепь.

Пух.

Последовал второй.

Ральф, высоко подпрыгнув, завертелся  волчком,  завизжал, пытаясь ухватить себя за бок, не удержал равновесия и упал подле забора. Задние ноги его дрожали, он мотал головой, как будто с чем-то не соглашаясь.

Человек подошел и выстрелил ему в  голову.

Ральф замер. Густая, рыжая с черным и желтым шерсть дыбом стояла на нем, вместо глаза была заполняющаяся черной кровью дыра.

— О-ох! — человек присел на корточки и рассматривал шерсть, подмоченную снизу кровью, перепачканную мокрой землей и ягодами малины.

— Ты защем это сделал? — услышал Колька и поднял голову. За штакетником стояла хозяйка — тетка жены, старая, в красном шерстяном платке, криво повязанном под подбородком,  в  накинутым на плечи выцветшем ватнике. В руке она держала миску, из которой шел пар.

-Ты меня напугала.

-Тьфу! Щаво ты наделал, дуращок ты этакий? Защем ты яво убил? Шо он табе, мешал?

— Я ж на шапку, теть Дусь.

-У тя- ж денег- куры не клюють, а ты собаку…

-Ды-к  шерсть у нее хороша. Ты ж еще прошлый раз мне ее показывала. Ну ладно,  не говори никому. Слышишь? Я ж на шапку…

-Тьфу, — тетка выбросила из миски на землю и пошла прочь, в дом.
Перейти к голосованию

Читать другие миниатюры, участвующие в конкурсе «Колибри»

---

---