Эта дубовая аллея растёт вдоль дороги, что идёт от станции Городея к районному центру. Я трясусь в рейсовом автобусе, колбосящем по вымощенной булыжниками дороге. Первый призыв офицеров запаса на военную службу. Неизвестность предстоящей жизни тревожат меня. Я смотрю на забрызганное дождём стекло: туман белой пеленой устилает землю, и деревья от этого кажутся подрубленными и зависшими в воздухе. «Кто их тут насадил?..» — восхищаюсь я коренастыми красавцами. Могучая крона образовала над дорогой подобие арки. И мы плывём по булыжной мостовой, как по волнам.
«Что такое?» — я впился взглядом в это чудо природы. Дуб-великанище проплывает мимо, а вокруг него гигантским питоном устремилась вверх медноствольная красавица-сосна! Кольцо за кольцом, бережно огибая корявое тело, сосна, будто в любовном порыве, прильнула к дубу. Я смотрю на уплывающую назад парочку. Сразу вспомнились песни о дубе и рябине, о берёзах, об ивах плакучих. Может, у деревьев тоже, как у людей, есть душа? Сомнения впервые закрались в моё сердце.
Два года, порой проклинаемых мною, но, пожалуй, самых незабываемых, пролетели мигом. Были и настоящая мужская дружба, и трусость, граничащая с предательством, и тяготы военной службы, и что-то не сложившееся по моей вине, моему недомыслию.
В тот день я навсегда снял военную форму и подошёл к зеркалу — незнакомый мужчина глядел на меня оттуда, тоненькая паутинка серебром проступала на висках, светло-русые усы топорщились над верхней губой. «Неужели это я?» — удивился мужчина в зеркале. Достал с балкона велосипед.
Через час я был на этой аллее. А вот и мои старые знакомые! Я опустился на усыпанную желудями и сосновыми шишками землю. Вокруг деревьев образовалась площадка в четыре метра шириной. Каждый день, из века в век, совершали свой ритуальный обход молодожёны: шесть кругов — столько раз обвила своего избранника сосна, — клялись двум великанам в верности и вечности своей любви.
А вот уродливые наплывы на теле дуба. До самого Гитлера дошла молва о дубовой аллее, посаженной Петром Первым в честь Полтавской победы. Этот знаменитый тандем из двух деревьев настолько поразил его больное воображение, что захотелось иметь их у себя дома. Из самого Берлина прислали специальную платформу. Но помешали здешние партизаны совершиться этому. Разгорелся бой за деревья! Осколки гранат и пули изранили могучее тело. Но выжил богатырь, зарубцевались раны. И снова таинственно шелестят листья, шепчут о бесконечной любви к своей подруге.
Вдруг заскрипели тормозами нарядные «Волги». В белопенных кружевах выпорхнула из машины невеста, приноровилась к шагу жениха, и торжественно, бок обок, направились в мою сторону.
«Прощай, дружище, – напоследок шепчу я. – Живи и здравствуй со своей спутницей ещё много лет. Несите людям надежду и любовь. Впереди была длинная дорога домой, печаль расставания и радость встреч с родными и близкими.
А было это у города Несвижа, в котором тогда стоял наш двенадцатый гвардейский Митавский полк. Давно это было.
Читать другие миниатюры, участвующие в конкурсе «Колибри» 2015





(
3 голос, оценка:
3,67 из 5)

Загрузка...
Живописные окрестности города Сумы знамениты тем, что в конце XIX века здесь любили отдыхать гении. В посёлке Низы в усадьбе помещика Н.Кондратьева в 1871-79 гг. каждое лето (кроме 1877- года своей женитьбы) жил П. И. Чайковский. В особняке помещиков Линтварёвых…
Украинский писатель–сатирик Остап Вишня (1889 — 1956) имел все шансы прожить завидную судьбу. Если бы не время, в которое ему выпало родиться. Со временем, однако, всё не так просто. Неизвестно, смог бы столь полно…
До недавнего времени в биографии известного коллекционера Оскара Германовича Гансена было больше вопросов, чем ответов. Однако снятие табу на «запрещенные» в советское время имена позволило опубликовать свои исследования научным сотрудникам Киевских музеев, в чьи…
Некто толстый вместо отражения в зеркале, плюс плохо сходящаяся одежда и признаки отдышки – в общем, с этим что–то надо делать. Самым первым из приходящих в голову и самым популярным видом оздоровления считается бег. Может с него и начать путь к здоровому и стройному долголетию? Возможно,…
Чем-то это напомнило дуб из романа «Война и мир», мимо которого Андрей Балконский проезжал…