Захід було організовано і проведено кафедрою образотворчого мистецтва, теорії, історії музики та художньої культури (завідувач – доктор мистецтвознавства, професор Зав’ялова О.К.) та кафедрою музично-інструментального виконавства (завідувач – кандидат філософських наук, доцент Тарапата-Більченко Л.Г.) Сумського державного педагогічного університету імені А.С. Макаренка за сприяння кафедри соціально-гуманітарних дисциплін ДВНЗ Української академії банківської справи Національного банку України (завідувач – доктор філософських наук, професор Мозговий І.П.)

Учасники Всеукраїнської конференції «Учитель – учень: ідея спадкоємності та новаторства в музичній культуріУкраїни»

Тема конференції, присвяченої творчості видатних українських композиторів ХХ століття – Рейнгольду Глієру, Борису Лятошинському та Івану Карабицю, обрана не випадково: в цьому році Глієру відмічається 140 років з дня народження, Лятошинському – 120, а Карабицю – 70.

Навчання Лятошинського в Глієра, а Карабиця – в Лятошинського обумовило духовний зв’язок цих митців і стало концептуальною основою конференції.

У конференції взяли участь близькі Рейнгольда Глієра та Івана Карабиця: доктор економічних наук, професор Кирило Новосельський (правнук Р.М. Глієра, Росія, Москва) та доктор мистецтвознавства, професор Національної музичної академії України імені П.І. Чайковського Мар’яна Копиця-Карабиць (Київ), а також представники України (Житомир, Київ, Переяслав-Хмельницький, Суми, Харків) та Швейцарії.

Пленарне засідання відбулося 23 квітня в приміщенні наукової бібліотеки ДВНЗ Української академії банківської справи НБУ, його блискуче провела кандидат філософських наук, доцент СумДПУ імені А.С. Макаренка Тарапата-Більченко Л.Г.

З щирими привітаннями до учасників звернулись перший проректор, кандидат наук з державного управління, доцент СумДПУ імені А.С. Макаренка Пшенична Л.В., завідувач кафедри соціально-гуманітарних дисциплін, доктор філософських наук, професор ДВНЗ УАБС НБУ Мозговий І.П., доктор мистецтвознавства, професор НМАУ імені П.І. Чайковського Копиця М.Д., доктор економічних наук, професор К. Новосельський.

З цікавими доповідями виступили кандидат мистецтвознавства, доцент СумДПУ імені А.С. Макаренка Зуєв С.П., доктор мистецтвознавства, професор Переяслав-Хмельницького державного педагогічного університету імені Г. Сковороди Мартинюк Т.В., кандидат мистецтвознавства, професор СумДПУ імені А.С. Макаренка Панасюк В.Ю., доктор мистецтвознавства, професор Харківської академії культури Польська І.І., доктор мистецтвознавства, професор СумДПУ ім. А.С. Макаренка Стахевич О.Г., кандидат мистецтвознавства, доцент СумДПУ ім. А.С. Макаренка Сулім Р.А., кандидат педагогічних наук, доцент ДВНЗ УАБС НБУ Туляков О.О., кандидат мистецтвознавства, викладач Сумської ДМШ № 1 Фоміна Н.П., доктор мистецтвознавства, професор Інституту мистецтвознавства, фольклористики та етнології імені М.Т. Рильського Юдкін І.М.

Яскравою подією конференції став круглий стіл «Іван Карабиць: портрет особистості», який відбувся в приміщенні Сумської обласної універсальної наукової бібліотеки. Його очолила доктор мистецтвознавства, професор СумДПУ імені А.С. Макаренка О.К. Зав’ялова.

Виставка нотних та наукових видань «Творчість українських композиторів» (Сумська обласна універсальна наукова бібліотека імені Н.К.Крупської)

Працівниками відділу мистецтв (завідувач Макаренко А.В.) була підготовлена виставка нотних та наукових видань «Творчість українських композиторів». Ключовим виступом стала доповідь доктора мистецтвознавства, професора НМАУ імені П.І. Чайковського Копиці М.Д. Різноманітні грані творчості композитора висвітлили кандидат мистецтвознавства, доцент Київського інституту музики імені Р.М. Глієра А.В. Ляхович та асистент-стажист, викладач кафедри камерного ансамблю ХНУМ імені І.П. Котляревського О.О. Копелюк.

Перший день роботи конференції завершився святковим концертом в приміщенні Сумської обласної філармонії.

В концерті взяли участь лауреат регіонального конкурсу оркестру старовинної та сучасної музики «Ренесанс» (художній керівник і диригент – Заслужена артистка України Людмила Стичук) та солістка Сумської обласної філармонії, лауреат міжнародного конкурсу Т. Ластовецька (концертмейстер – лауреат міжнародного конкурсу Олександр Желудков).

Твори Р. Глієра, Б. Лятошинського та І. Карабиця прозвучали у виконанні доктора мистецтвознавства, професора Олександра Стахевича (баритон), доктора мистецтвознавства, професора Ольги Зав’ялової (віолончель), кандидата мистецтвознавства, доцента Римми Сулім (фортепіано), провідного концертмейстера СумДПУ імені А.С. Макаренка Олени Галінської.

Прикрасою концерту стали виступи гостей конференції – лауреата міжнародних конкурсів, кандидата мистецтвознавства, доцента Київського інституту музики імені Р.М. Глієра Артема Ляховича, лауреата міжнародних конкурсів, асистента-стажиста кафедри фортепіано, викладача кафедри камерного ансамблю Харківського національного університету мистецтв імені І.П. Котляревського Олега Копелюка та студентки І курсу Київського інституту музики імені Р.М. Глієра Вікторії Кочубей.

24 квітня на факультеті мистецтв СумДПУ імені А.С. Макаренка були проведені секційні засідання за напрямами:

• філософсько-культурологічні основи комунікації «вчитель – учень» (керівник – доктор філософських наук, професор Мозговий І.П.);

• традиції «наставництва» у музичній культурі України (керівник –кандидат філософських наук, доцент Васюріна А.О.);

•  виконавські та композиторські школи в українському мистецькому просторі (керівник – кандидат мистецтвознавства, доцент Сулім Р.А.);

• концепт діалогу в системі «композитор-виконавець» (керівник – доктор мистецтвознавства, професор Зав’ялова О.К.);

• музично-педагогічний досвід в контексті ідей спадкоємності та новаторського пошуку (керівник – кандидат мистецтвознавства, доцент Зуєв С.П.).

Останній день роботи конференції завершився підведенням підсумків.

Бизнесменам дальше  читать не стоит, потому что  для них это потеря времени, которое  деньги. А деньги сейчас нужны не только для  себя и  поддержания бизнеса, но и  для участия в  благотворительном аукционе  сумских художников и  других  важных  мероприятиях, нуждающихся в поддержке меценатов. Поэтому  тем, кто умеет  их зарабатывать, мы, как никогда искренне,  желаем удачи и надеемся не быть забытыми при распределении той части прибыли, которую наши уважаемые предприниматели  выделяют на  благотворительность и   поддержку культуры.

Остальным же,  а согласно нашей классификации  те, кто не умеет зарабатывать столько, чтобы хватало на благотворительность – это поэты, так вот для вас уважаемые   укротители  и укротительницы слов, сообщаем,  что совсем скоро завершается конкурс урбанистической поэзии  «Суми є»,  который проводит Агенция промоции «Сумы».

Конкурс  увенчается изданием  презентационного сборника стихотворений и фотографий, посвящённых городу Сумы.  Последний срок подачи текстов  на конкурс – 2 сентября.   Напомним,  что в  сборник «Суми є» войдут также  и  лучшие  стихотворения  из тех,  что были заявлены в  недавно  завершившемся  на АТС конкурсе стрит-поэзии.

В субботу 6 сентября  в Сумской городской галерее  пройдут поэтические чтения, подытоживающие конкурс «Суми є». Все желающие принять в них участие должны предварительно зарегистрироваться  у куратора  проекта  «Суми є» Эльвиры Мамонтовой лично или по телефону  099 396 31 77.

]]> https://creativpodiya.com/posts/24564/feed 1 https://creativpodiya.com/posts/23383 https://creativpodiya.com/posts/23383#comments Thu, 07 Aug 2014 12:59:33 +0000 https://creativpodiya.com/?p=23383 Произошло это во время творческого вечера  поэтессы из Белополья Людмилы Калиновской, который назывался «Сходами нагору».

Но по порядку. 

В Сумах уже  третий месяц продолжается   областной  музыкально-поэтический марафон  «Поэтические среды», придуманный Агенцией промоции «Сумы». Куратор проекта – Эльвира Мамонтова. В рамках  «сред»  практически каждую  неделю, начиная с 14 мая,  в Сумской городской галерее выступают сочинители  со всей Сумской области.

Даже удивительно,  как много оказывается  на Сумщине  интересных  и таких разных творческих личностей.

6 августа   в  проекте был белопольский день.

Порадовать публику областного центра приехала  руководитель белопольского литературного объединения «Выр»  Людмила Калиновская. Она не  только поэт,  но и автор текстов к песням. Поэтому в качестве  поддержки  (и надо сказать — очень мощной поддержки)  в  её выступлении принимали участие профессиональные музыканты: певец, композитор и  аранжировщик Олег Бут и солистка  сумской областной  филармонии Елена  Обозная.

«Живые» выступления поэтов отличаются  от чтения их книг тем, что тут стихи оживляются самим автором,  а не фантазией и воображением читателя. «Живое» выступление  —  это редкий случай, когда  можно услышать  аутентичные  авторские интонации, проследить какой мимикой, жестикуляцией (а ведь это тоже язык)  и какими комментариями он это всё сопровождает и  почувствовать  его человеческую энергетику.

В этом смысле выступление  Людмилы Калиновской произвело самое что ни  на есть позитивное впечатление.  Мы шли на вечер с желанием, кроме всего прочего,   получить  дополнение к ответу на вопрос, который уже был  задан поэтессе во  время  нашего прошлогоднего интервью:  «….люди тебя любят… как искренне многочисленные друзья поздравляли тебя на юбилейном вечере, литобъединение активно работает… В чём фокус?»

Вот что тогда ответила Калинвская: « Не знаю… Вы лучше спросите у людей. Видимо, что-то притягивает их… Может, имя Людмила, его значение, может быть, что-то другое. Говорят, что во мне много искренности и какой-то непонятной наивности. Иногда даже ругают за это! Но… один Бог знает, что это…

Может, это и есть основная причина. Фактически литобъединение  начиналось как женский поэтический клуб. А сейчас у нас уже 14 человек, много мужчин, причём не только из Белополья – многие специально приезжают на наши собрания из окрестных сёл.»

Во время своего  «поэтическисредошного» выступления,  наша бенефициантка   в этом вопросе всё окончательно расставила по местам.

Во-первых, она  со сцены передает в зал позитивную энергию,  которой по ходу наполняешься. День 6 августа выдался сложным (погода, дела, в общем, многое наложилось)  и мы  боялись как бы  не  стало скучно, потому что сил на активное сотворчество  вначале практически не было.  А без сотворчества слушать поэта смысла нет.

Однако, всё получилось, напротив, так живо, что   по завершению показалось  будто мы тут все отдыхали и набирались сил.

Во–вторых,  —  и это  важное  качество человека, вокруг которого собираются люди —   у Людмилы Калиновской практически отсутствует  момент  самолюбования. А организаторские её способности проявились  даже в том, что в конце своего выступления  она умудрилась   организовать массовое сочинение  публикой  стихов по особой французской схеме, что вызвало весёлое оживление в и так не скучавшем зале.

Несколько слов о  поэзии Людмилы Калиновской. Её стихи не эффектные и не броские,  но с каждым новым стихотворением  поэтическое присутствие автора всё расширяется и углубляется. И под конец у слушателя остаётся ощущение, что он узнал и услышал что-то очень важное для себя,  и это прошло  мимо ума, без обработки и адаптации заселившись прямо в душу, и оставив после себя приятный привкус  разумного, доброго и вечного.  В качестве  иллюстрации к сказанному  приведём только одну строчку из стихотворения про осень:

«Вже нема нічого на гілках, крім тиші»

Как много можно достать из этого образа! – тут  и визуальная картинка последних дней листопада, и  запах облетающих листьев,  и шуршание их под ногами,  и предчувствие приближения иных,  уже зимних,  времён,  и  умиротворение,  и призыв услышать  окружающий мир…

В целом, и так было всё  хорошо, но  тут ещё и два замечательных  музыканта подключились.  Елена Обозная спела песню на стихи Людмилы Калиновской,  написанную в прекрасных  классических традициях украинской песенной поэзии –  просто,  душевно, трогательно и  очень мелодично.

А Олег Бут… Ну, тут отдельно. Он тоже пел песни на стихи  героини вечера, но при этом сам  являл собой такое  яркое и талантливое явление, что всё это в сумме  выглядело, как  чего-нибудь крепкое от торговой марки Hennessy с чёрной икрой.  Напиток  и сам по себе деликатес, а тут ещё и икра… И вместе радость, и отдельно  удовольствие.

У Олега Бута фантастический голос. Диапазонный, объёмный, богатый тембрами, очень мужской  —  одновременно сильный и нежный, с природной (или высокопрофессиональной) постановкой —  такое впечатление, что он  не поёт,   а запись звукорежиссёрскую включает.  Настоящий  голос, не ресторанный, как у многих наших хороших вокалистов, вынужденных шабашить по кабакам.

И хотя  в это раз  певец  жаловался на простуду и  выступал без галстука, скромно подчёркивая таким образом неформальный характер своего присутствия, тем ни мене голос его царил и  восхищал.

В целом,  выступление  гостей из Белополья оставили массу позитива, порадовало  вкусом и качеством  и,  на наш взгляд, вошло в число лучших  творческих программ проекта.

Хэдлайнером программы стала молодая сумская поэтесса и талантливая фотомодель Виктория Калашникова. Ей помогала фотохудожница Вероника Нечепорук. Также, по ходу программы пару музыкальных номеров исполнила пианистка Юлия Игнатьева.

Мы не случайно назвали этот поэтический вечер «шоу». Может быть впервые за все «поэтические среды» участницы не ознакамливали присутствующих с результатами своих прошлых творческих трудов, а пытались создать отдельное творческое событие — спектакль со всеми атрибутами театра: декорациями, костюмами, сценографией и музыкальным оформлением. Особенно  здорово это смотрелось в окружении замечательных работ известного сумского театрального художника Леонтия Костур-Шаргородского, выставка которого открылась в галерее за день до этого.

В программе звучали стихи и философские размышления, служащие подводкой к ним. Всё это подавалось на четырёх языках: украинском, русском, французском и английском. Этот литературно-лингвистический салат в интерпретации Виктории Калашниковой оказался на удивление свежим, вкусным и органичным.

В итоге, всё звучавшее слилось в единый музыкальный поток речи, в котором было больше намёков на мысли, чем, собственно, самих мыслей, то есть вообще не было такой чуждой искусству дидактики. Как известно, функция женщины (как и поэзии) — вдохновить мужчину на подвиги во имя любви. И хозяйка вечера с этим прекрасно справилась. По окончании шоу в глазах  большинства присутствующих мужчин светилось  желание совершать подвиги и воспевать своих любимых. По крайней мере, нам так показалось

Надо сказать, что сама Виктория Калашникова гармонично сочетает интеллект и классическую женскую красоту, являя собой очевидное доказательство того, что современная женская красота – это не всегда гламур, то есть  попса.  В сумме, она создает образ, ассоциирующийся с морем, в котором есть не только  внешняя прекрасная сторона — волны, блики, чайки, парус одинокий, но и очевидная, всеми чувствуемая, населённая чем-то загадочным глубина.

Это качество нашей бенефициантки особенно  хорошо видно на мастерских снимках фотохудожницы Вероники Нечепорук.

]]> https://creativpodiya.com/posts/22597/feed 23 https://creativpodiya.com/posts/22440 https://creativpodiya.com/posts/22440#comments Mon, 21 Jul 2014 08:01:43 +0000 https://creativpodiya.com/?p=22440

Ярославна 

Смердки рыдают, а я проверяю затворы.
Стражи суровы, и в поле не видно ни зги.
Княжич — твой старший — ушел за ворота с дозором.
Княже, беги!

Братья и небожи делят уделы и троны,
Дева Обида простерла зловещий покров,
Рыскают волки у стен, чуют пищу вороны,
Рдеют зарницы кроваво за цепью холмов.

…Стадо визжало, клинками звеня оголтело;
Князю запястья стянули ремни за спиной.
Ладо в полоне — вовек небывалое дело.
Очи потупивши, вестник стоял предо мной.

Нежные руки ломала бы слабая Альда,
Сильной Брунгильде уже снаряжали б коня.
Тяжек венец, и не взвыть мне по милому ладо,-
Дети и старцы с тревогой глядят на меня.

Раны омыть бы, рукав разорвавши шелковый
Меч был искусно откован и ворог удал.
Твой вороной по оврагам теряет подковы,
Путы разгрыз и раскосых юнцов разметал.

Мутные воды струятся в извилистом русле,
Рыба плеснула — дробятся тревожно круги.
Княжич — твой средний — украдкою пробует гусли.
Княже, беги!

Ханской наложницы злые умелые ласки,
Смех и монисты, кармин подведенного рта.
Ей извиваться под бубны в неистовой пляске
Велено было на черной кошме неспроста.

С кем она шепчется по вечерам за шатрами?
Что за питье на зловонном кипит очаге?
Видишь ли, князь, как деревни пылают кострами?
Смотришь ли в степь, передавши поводья слуге?

Луков змеиный изгиб и гортанные речи.
Зорко следит за тобою почетный конвой.
Камнем упал в разнотравье подстреленный кречет, —
Ранен, и пойман, и в клетку посажен, живой.

Послан гонец. Затворилась тесовая дверца.
Светлое солнце, укрой, осени, помоги!
Княжич — твой младший — тепло шевельнулся под сердцем.
Княже, беги!

***

Июньский жаркий ветер – это ты,
С пучком кувшинок, влажный от купанья.
Ты разбросал моих стихов листы
По комнате, смеясь и хулиганя.
То ты поёшь, то куришь и молчишь,
Примял траву, швырнул по стёклам градом,
То спутал карты, то забыл ключи, –
Как трудно, милый, быть с тобою рядом.
Вот нынче: дверью хлопнул и ушёл,
Со мной переругался, как навеки,
И гордо заявил, включив футбол,
Что никогда не станешь человеком,
Что лучше быть холодным, чем немым,
Что тучи гнать – нелёгкая работа,
Что надоели пыль, возня и дым, –
Залаял пёс, и скрипнули ворота.
Мы не сожгли, мы развели мосты
И раненых убрали с поля битвы.
Декабрьский ветер – это тоже ты,
Усталый, раздражённый и небритый.

* * *
Не приведи Господь играть с огнем:
Сожжет и душу, а не только пальцы.
Влюбленные, поэты и скитальцы,
Ваш выход — там, а тут пойдут конем
Или слоном. Ферзем не станет пешка:
Холодный взгляд и вороненый ствол.
Не выпадет семнадцатый орел,
Когда шестнадцать раз упала решка,
И двадцать два — не дважды два четыре;
В нокаут джокер уложил туза;
Пасьянсы врут в глаза и за глаза,
И мышь мечтает о бесплатном сыре.

Когда сердца заключены в кавычки
И не поспоришь с мятою зимой,
Шестая незажегшаяся спичка
Не оставляет шанса для седьмой.

***
Слова — безмерны. Рифмам не до правил,
Тут все всерьез, до края и сполна:
Сквозь три границы вздрогнула она,
Когда он в телеграмме точку ставил,
И двери распахнула до звонка,
Будь там хоть почтальон, хоть просто ветер;
Ей пары слов хватило для ответа
Наперекор шестнадцати векам.

Словам дана нешуточная власть
Казнить, прощать, повелевать и рушить,
Решать, кому на счастье ляжет масть,
А кто заложит трон, часы и душу,
Кому дрожать при слове ”невпопад”,
Кому не дрогнуть при словах “с вещами”.
Летит листва по слову “листопад”,
У слова “сорок” — вечность за плечами,

Слова обрывком скомкались в горсти,
Слова с небес обрушились грозою,
И в серебре повинной бирюзою
Окаменело тихое “прости”.
Игра в слова поэту и ребенку
Зачтется и простится. Прочим — нет.
И свет погас на слове “гаснет свет”,
И я не допишу строки в потемках…

* * *
Я научилась отводить глаза
От журавлей в высоком поднебесье,
Гулить ребёнку и прощать повесе,
И различать, где слёзы, где роса,
И обходиться без звонков и песен;
И выглядеть уверенной и злой:
Каблук – повыше, макияж – поярче,
И отличать Кардена от Версаче,
И просто открывать заветный ларчик
(Отмычкой, автогеном и пилой…);
Внутри души растить не ад, а сад,
Молиться не в киот, а просто в небо,
За смехом прятать стон, за словом – взгляд,
И надевать вечерний свой наряд,
Чтобы пройтись до булочной за хлебом;
И твёрдо верить, что придёт зима
Своим чредом, как рифма в третьей строчке,
И серьги отдавать подросшей дочке,
И точно знать, как не сойти с ума:
Каблук – повыше, юбку – покороче.

****
На последней, бесследной, бесслезной, ночной электричке,
Громыхая на стрелках, качаясь на стыках, бранясь,
В тамбурах, продуваемых ветром, при гаснущей спичке,
При бегущих столбах и огнях, матерясь, и клянясь,
И кляня президентов, погоду, соседей и цены,
Укрывая котенка платком и таранкой хрустя,
Посреди жигулевской тоски и черниговской пены,
На скрежещущих, пыльных, несущихся вкось скоростях,
На последней, бесследной, бесслезной, ночной и беззвездной,
Разводя расстояния, соединяя мосты,
На ходу, на бегу, на лету, полминуты — и поздно,
Еле-еле успев, задыхаясь —
обнять и застыть,
И к ладони ладонь — с двух сторон на замерзшем вагонном,
На двойном, еле слышном, прощальном вагонном стекле,
Невпопад отвечая нашивкам, ремням и погонам,
Отпустив повода из-под ног уходящей земле…

***
Пылает берёза сквозь спутанный ельник,
И пахнет листвою и терпкою хвоей.
Сгущается осень. Октябрь. Понедельник.
На солнечной просеке встретились двое.

Грибами и сыростью веет с болота,
Надменно и колко алеет шиповник.
Ложится на травы легко позолота,
Оставили птицы остывший терновник.

Полынный ли запах, иль шорох еловый,
Крадутся ли тени путями лесными, –
А двое недвижны, а двое безмолвны,
А двое согреты лучами косыми…

***
Где мой город, вечный Город?
Смят цилиндр, распахнут ворот,
Пляшет улица кривая,
Не догнать коту трамвая.

Где мой ангел, белый ангел?
В синем Ниле, в желтом Ганге…
Крылья ломко содрогнулись,
Волны темные сомкнулись.

Где мой рыцарь, черный рыцарь?
Небылицы: птицы, лица,
Млечный Путь — коню уздечкой,
Гул копыт умолк за речкой.

Где мой Мастер, бедный Мастер?
Бросил страсти — служит власти.
Впрочем, жив, и слава Богу,
Впрочем, пишет понемногу.

Мне ли имя — Маргарита?
Шито, крыто, позабыто,
Лишь луны пятак незрячий,
Лишь зеленый взгляд кошачий…

* * *
…Рощей – наощупь, наотмашь – песчаником,
Нищим огнищем – к прощенью дождя.
Росчерк и высверк меча половчанина
Туча полощет над кущей вождя.

Линии ливня – лавина жемчужная,
Лилий библейских белее ладонь.
Логом, лощинами, нежными лужами,
Влагой лугов убегу от погонь.

Ломкие ландыши – шёпотом, лепетом,
В лето – по следу – в седые сады.
В облаке белом – влюблённые лебеди,
Белым по синему – тают следы…

СКАЗКИ  ШАХРАЗАДЫ

1.

Послушай:

Яхта, танго ежевечернее. Бросили якорь.
Лагуна, южный берег. Ленивый юнга.

Послушай:

Яблоко тёплое ем, белое яблоко.
Лето, юг, бледно-лиловая юбка…

Послушай:

Ясная, тихая, едва брезжит янтарным
Лучом юная безмятежная луна… юная…

Послушай:

Ящерица, тонкая егоза, болотную ягоду
Лизнула – юркнула, блестящая, лаковая, – юркнула…

Послушай:

Явно, тайно, ежеминутно благословляю, язычница,
Леля юного, белорукую Ладу – юность…

2.

Послушай:

Январь, тайна, еловый бархат. Январь,
Ледяной ювелир. Бриллиантами любуюсь ювелировыми.

Послушай:

Ямб торопливый, единоборство, бессильная ярость.
Лжёшь, юнец. Барьер лучше, юнкер…

Послушай:

Язык трепетных Евангелий благовествует явление
Лика. Юродствуя, бьют литавры юдоли…

Послушай…

В среду 16 июля в Сумской городской  галерее в рамках проекта «Поэтические среды» пройдёт творческий вечер Николая Гриценко.

Николай Гриценко известен в Сумах как журналист, один из основателей центра искусств «Собор», который сегодня стал арт-кафе «Сумка». Также он идеолог и координатор проекта «памятник Сумке», автор текста гимна города Сумы, лауреат всеукраинских литературных премий: имени Леонида Глебова, Александра Олеся, Ивана Кошеливца и международного литературного конкурса «Гранослов».

С 2000 года Николай Гриценко живёт и работает в Киеве, является членом центрального аппарата Национального совета Украины по вопросам телевидения и радиовещания, руководителем пресс-службы Национального совета, главным редактором журнала «Вісник Національної ради України з питань телебачення і радіомовлення», главным редактором альманаха сумського землячества «Земляки» и главой Недригайловского регионального землячества.

Возглавляет Благотворительный фонд содействия культурологическим и просветительским инициативам газеты «День».

Приведённого списка регалий вполне достаточно, чтобы у читателя создался образ некоего деятеля, хорошо умеющего двигать себя по служебной лестнице. Начав свою биографию в селе Тимченки Недригайловского района Сумской области, Николай Гриценко, в итоге, комфортно устроился в столице (или, как говорили несколько лет назад его земляки на презентации сборника стихов поэта в сумском ТЮЗе, «пробывся»).

Однако,  при всём этом, тот, кто прочитает или услышит стихи Николая Гриценко с приятным удивлением обнаружит их принадлежность перу прекрасного поэта –тонкого, вдохновенного, со своеобразным метафорическим мышлением и мелодикой.

Место, откуда растут корни жизненного мировозрения и где бьют источники, питающие творчество поэта, называется Самар – это одна из частей его родного села Тимченки. Но какая-то особая часть. И там живут другие люди, не такие  как в остальных частях села. И мир там другой. До такой степени,  что Николай Гриценко даже написал о нём книгу прозы, называющуюся «Самар-І-Я». Вот что он сам говорит об этой книге:

«Мы живем в исторический момент: по сути, в этой книге зафиксированы последние крестьяне, после которых подобных им людей уже не будет. Они пережили смены власти, систем, политические строи, но умели передавать что-то невидимое друг другу, нечто неисчезающее — тот дух людей села.

А мы сейчас переживаем время его полного уничтожения и исчезновения. Здесь в определенной степени влияют и цивилизационные моменты. Когда я вижу спутниковую «тарелку» под крышей сельского дома, я с ужасом представляю, что туда проникает через телеэфир, и что творит современный информационный продукт в головах жителей села.

С одной стороны — это цивилизация, а с другой — мощное разрушение не готового  к восприятию индивидуума, который даже не в состоянии проанализировать, чем «заражается» — будто какой-то болезнью убивает былую мораль.

Украинские села «дебилизуються» и спиваются не менее российские «деревни». Создается впечатление, что с разных сторон (а прежде всего, через телевидение) идет целенаправленная «зачистка» территории очень быстрыми темпами. И еще на нашей с вами памяти она может завершиться.»

 В  Сумах Николай Гриценко планирует презентовать  новую книгу стихов «На зелених іконах дерев». Начало  события в 17.30

Ещё про поэтов: В Сумах загубили»Ленінську правду»

Уже несколько лет одной из  ярких сумских достопримечательностей являются картины на стенах домов. Появились они во время фестивалей стрит-арта и, несомненно, украсили город.

Надо сказать, что  наши края имеют далеко не самое последнее отношение к возникновению стрит–арта как явления. Одним из подписантов знаменитого первого Декрета футуристов «О демократизации искусств (заборная литература и площадная живопись)», считающегося первым манифестом стрит-арта, вместе с Владимиром Маяковским и Александром Каменским был  уроженец Сумщины Давид Бурлюк.

В этом году, как нам сообщили в «Агенции промоции «Сумы»», в областном центре так  же пройдёт фестиваль стрит-арта. Сейчас идёт подготовка. В сравнении с прошлыми фестивалями ожидаются некоторые новинки. Одна из них — настенная поэзия. Организаторы планируют, что  сумские поэты найдут время сочинить (или отыскать среди уже написанных ими) четверостишие, прямо или ассоциативно связанное с городом Сумы. 

Затем компетентное жюри отберёт пять наиболее вписывающихся в концепцию сумского стрит-арта четверостиший, и во время самого фестиваля эти стихи украсят улицы нашего города. Единственным условием «публикации» на городских стенах является отказ от указания авторства. Таким образом, стихи становятся  народными, вполне в традиции кобзарства, где, как известно,  песня разрешается к исполнению всеми кобзарями только в случае, если имя автора забывают.

Приглашаем сумских сочинителей принять участие в отборочном туре конкурса «Настенная поэзия». Ваши четверостишия публикуйте прямо тут, в комментариях к этому тексту. Язык  публикации — любой. В отличие от стихов на стенах, здесь лучше   публиковать стихи с указание имени автора (надо же дать шанс будущим исследователям Вашего творчества 🙂  ). Времени у нас немного – неделя с момента публикации. Всем удачи и вдохновения!   

P.S. Кстати, в городе Лейден (Нидерланды), в рамках культурного проекта «Wall poems», на стены домов уже нанесены стихи Вильяма Шекспира, Марины Цветаевой и стихотворение  Александра Блока «Ночь, улица, фонарь, аптека» (см.иллюстрацию  к этому материалу). А так как Сумы  культурно дружат с Нидерландами, а собираются дружить ещё больше, то сумская поэтическая акция автоматически становится частью этого международного содружества.     

Своему  выступлению автор дал название «Prima sera. Ранній вечір». Слушая его, поймала себя на мысли о том, насколько же многозначно и красиво это словосочетание: «ранній вечір». Вот  уже за окнами солнце позолотило облака, летний воздух и душа стали мягче и грустнее… Они уже готовы впитывать ту красоту слов и  мыслей, которые льются из открытой, ранимой души автора.

Тем более, что Сергею Коровенко, есть чем поделиться. Его душа настроена на самый высокий и подлинный камертон:

«Господи! Путь наш меж камней и терний, /Путь наш во мраке. Ты, Свет Невечерний, /Нас осияй!»,  –  

эти строки из стихотворения поэта и философа Алексея Степановича Хомякова «Вечерняя песня» очень точно отражают смысловое наполнение творческого вечера Сергея – его прозы и поэзии, ведь вот строки уже из его стихотворения:

«В этот час на краю земли/ в иудейском пустынном селенье,/ преклоненные в страхе волхвы,/ принося от Вселенной дары,/  прославляют Мессии рожденье»... 

Так торжественно и радостно, автор принимает Красоту Божьего замысла – рождение Мессии!

Но глубина мысли и осознание человеческой природы не дают покоя верующему человеку. А потому,  в другом стихотворении Сергея – смятение и тревога:

«В полуразрушенной церкви без крестов и икон,/ вместо ликов святых – блудни страшных теней./Я пришёл здесь отдать свой смиренный поклон/о спасеньи заблудшей души моей…»

Однако, не только духовная лирика звучала из уст автора. Разве поэт может не тосковать по земной любви? В подтверждение приведу слова Ф.И. Тютчева: «Чтобы поэзия процветала, она должна иметь корни в земле». В стихотворении Сергея Коровенко  «Ливадийские сумерки» звучит нежность,  а в ней –  предгрозовое предчувствие  страсти:

«Небо цвета увядших глициний/, трели цикад, предчувствий пора/… из-за букета сиреневых лилий/ негою бледной  сияет луна/. Южной той ночи – сладостный сумрак–/  милой моей любовный наряд. / Миг… и стыдливо нахмуренный облак / бархатной тенью кутает сад»...

А вот удивительная по своей обнажённости мольба о прекрасном и простом в стихотворении «Просьба»:

«Расскажи мне как ветер гудит, / как склоняются травы покорно, / как  чинар одиноко скрипит, / опираясь на старые корни»…

Но, к сожалению, время безмолвно и жестоко уводит поэта все дальше и дальше от самого дорогого, что было в его жизни:

«Не тоскую  больше я по дому – / что в цветущих утонул  садах,  / не спешу к родному я порогу, /как в прошедших молодых годах. / Лишь коснётся вздохом кротким/ вдалеке горящий огонек,/ и встревожит лаем звонким, / приблудившийся щенок»...

Но поэту не удаётся обмануть самого себя, а потому воспоминания о детстве становятся якорем в поисках любви. Об этом в новелле Сергея «Дід Рижов»:

«Як кінутий до річки навіть невеличкий камінець, неминуче призводить до збурень на її поверхні, так і ледь помітний дотик до лагідної, тендітної течії  струмка часу, пробуджує пам`ять, яка хвилями спогадів інколи добігає до самих віддалених берегів прожитого, до його першоджерел, до дитинства.»

Вспоминая детство, автор с любовью вписывает в круг вечности деда Якова Семеновича, и то чувство, которое называется любовью к родной земле:

«Ти стоїшь і бачиш, як за течією проплив на човні колишній твій сусід дядько Білоус, як з крутих піщаних берегів вилітають говірливі чхури, а ось там раптово розсікла зі свістом повітря легендарна вудка діда Рижова, який сховався у густих кущах від цих невгамонних, докучливих дітлахів». Заканчивает автор свою маленькую новеллу надеждой на то, что человеческая жизнь, протекая в потоке времени, и потом, выходя из него, устремляется к познанию «вищого стану буття, – стану Любові до Творця, до ближнього, до своїх первісних джерел.»

Упомянутые мной, в качестве примера, произведения – маленькая крупица стихов и новелл, которые прозвучали на встрече с их автором – человеком большого творческого напряжения и истинного поиска смысла и красоты жизни.

]]> https://creativpodiya.com/posts/20845/feed 7 https://creativpodiya.com/posts/20221 https://creativpodiya.com/posts/20221#comments Wed, 18 Jun 2014 20:03:00 +0000 https://creativpodiya.com/?p=20221 В среду 18 июня в Сумской   городской галерее  в рамках проекта «Поэтические среды»  состоялся   сольный авторский  вечер  поэта Андрея Катрича. Два предыдущих сумских   выступления  Андрея прошли в сценическом содружестве  с  поэтессой Ольгой Бражник.

В этот раз  Андрей выступал с оркестром, точнее с инструментальным дуэтом  в составе Татьяна Костенко (скрипка) и Ольга Линник (фортепиано).  В их исполнении прозвучала музыка  Франца Шуберта, Иоганна Себастьяна Баха,  Михаила Огинского, Мирослава Скорика и Акилле Симонетти.  Музыка звучала как  отдельным номером, так и в качестве фона  во время авторского чтения стихотворений.  Выбор   именно  этих музыкальных произведений, по словам Татьяны Костенко, принадлежит  Андрею. Музыкантам, к слову, событие понравилось, чему, вероятно, есть две причины: творческий подход  к построению программы и  благодарная публика, собравшаяся в этот  вечер в зале  Сумской городской галереи.

Описываемое действо происходило в том зале галереи,  где  на момент написания  нашего репортажа  расположилась выставка  студентов и преподавателей Национальной академии изобразительного искусства и архитектуры «Академия». Таким образом, в этот вечер в одном месте удачно сошлись поэзия, музыка и живопись.  В стихах Андрея Катрича, кстати, много живописи. Моментами они вообще превращаются в живопись словами.  

 Перед  началом чтений  вступительное слово признесла куратора проекта «Поэтические среды» Эльвира Мамонтова. По ходу выступления Андрей  тепло отзывался о Марине  Цветаевой,   Габриэле Гарсиа Маркесе  и, конечно, о своей большой многодетной и очень дружной семье.  Вот,  собственно, и все кто участвовал в сольном  вступлении  Андрея Катрича.  

 Андрей вообще  обладает феноменальной способностью окружать себя людьми. Он мягок внешне,  но очень хорошо знает на чём стоит —  как в мире материальном, так и в духовном. А ещё он  замечательно талантлив. А люди всегда к таким тянутся.

Благодаря творческому содружеству с ещё одним интересным   и творческим человеком Еленой Мизиной,  Андрей за последние два года сделал серьёзный шаг  вперёд в совершенствовании своего поэтического голоса. Сегодня он  вполне состоявшийся поэт. Практически каждое его стихотворение  не отпускает слушателя до конца, потому что именно в финале, как правило,  сообщается нечто такое, что  превращает только  что озвученный автором набор строк и образов в поэзию.

 Мы уже подробно писали  о  серебряновечных  стихах Андрея Катрича в материале «Подсолнух и ёлочный шар» и  знакомили читателей  с его  миром в интервью с поэтом.  Так что  прошедшая встреча была для  нас наполнена тёплой радостью узнавания любимых произведений автора, поданных по-новому, в ином антураже и,  наверное, другим человеком. Ведь мы   все непрерывно меняемся.   И выступающие и слушающие. А значит,  каждый раз встречаемся заново. И тем  приятнее узнавание того  индивидуально талантливого и неповторимого, которое есть всегда только в этом человеке и поэте – Андрее Катриче,  как бы он не менялся  со временем…  

                

 Оконный пейзаж

Отмахнулась, до двери дойдя,
От летящих вдогонку признаний.
И ушла. И стоят между зданий
Частокольные струи дождя.

Застят прошлое, словно былье,
Приглушают все краски, и даже
Вдруг поблек на оконном пейзаже
Ослепительный плащик ее.

И мизинцем вожу по стеклу,
Но уже не исправить картину,
Потому что нельзя, как гардину,
Отодвинуть в сторонку судьбу.

Эти струи плотнее травы…
Я бы стер их и спас положенье,
Но, густые, они продолженье
Настоящего ливня, увы.

А его невозможно стереть!
Я пытался не раз, право слово,
Но разлучный наш дождь на стекле
Не с моей стороны нарисован.

х х х

– Я навсегда! – сказала ты,

                                             на стул бросая плащик.

И на пол капелька дождя

                                         не успевает стечь, 

А ты уже стоишь в дверях,

                                         а ты, прощаясь, плачешь – 

Вот все, что остаётся мне

                                          от наших частых встреч.

Ну как же, как тебя вернуть,

                                         чтоб никогда не думать,

Не знать, что сходит мир с ума,

                                         умом своим кичась,

Не ведать ни прозрачным сном,

                                        ни затемнённым духом,

Что для любви даётся нам 

                                       не век, не год, не час?

Так память за ошибки мстит,

                                      навек сливая вместе

Со счастьем, верящим в себя,

                                     прощальную печаль.

Полгода длившейся весне

                                     с лихвой хватило места

В той самой капельке дождя,

                                     стекающей с плаща.

И расщепить её нельзя.

                                    Пытался, но от боли

Я умирал, я тотчас быть

                                   переставал собой…

Вот так же за века слились

                                  все наши нелюбови

С любовью нашею земной

                                  в небесной капле той. 

х х х

                           Человек – и капля, 

Человек – и море…

                           Капля – если радость.

Море – если горе.

                           Мне сегодня нету

Ни конца, ни краю –

                          Сам в себе теряюсь,

Сам себя теряю.

                         Отыскалась буря,

Но пропал мой парус.

                        И глубин своих же

До смерти пугаюсь.

                       Что мне остаётся?

Вера твёрже камня:

                       Где-то в море-горе

Есть и радость-капля. 

х х х

В права октябрь вступает не спеша.

Опять в природе смена настроенья,
И клонит в эти дни ко сну растенья,
И к терпкой грусти клонится душа.
И, засыпая, знаю наперед,

Что снова будешь сниться до рассвета,
И в этом нет особого секрета…
А может быть, как раз наоборот?
А вдруг во сне, событья торопя,

Обычное я вижу в невозможном?
Ведь снится то, что было –
было в прошлом,
А в этом прошлом не было тебя.

…То жизнь моя, не прожитая мной,
Аукается в поисках начала
Самой себя – с высокими ночами
И с высоту теряющей листвой.

Но я не существую, а живу,
Пока надеюсь вырваться из круга,
В котором двое, видя в снах друг друга,
Не узнают друг друга наяву.

Творец, как говорят святые, прост,
Да все непросто в нашем мирозданье:
Ну как находит спящее сознанье
Твое лицо среди листвы и звезд?

х х х

Под этим небом человек
Не может не любить.
Я ждал тебя, тянулся вверх,
Стремясь приметней быть.

Как молния высокий ствол,
Ты выбрала меня,
И вспыхнул я, и пеплом стал,
Изнанкою огня.

Но больно, больно мне порой,
Когда смотрю на то,
Как птица ищет надо мной
Сгоревшее гнездо.

Пасхальное

Так ночь ясна, что все углы,

                                             все прошлое – наружу.

                            Что там, обида ли, беда?

                                             Да нет, вертеп сплошной.

                            Но ветры взвоют за стеной,

                                             и в дрожь бросает душу,

                            И страх берет… Какая связь

                                            меж ветром и душой?

И что-то вечное в груди,

                                          как вопленица, плачет,

                            И что-то тленное во мне

                                          насторожило слух…

                            Неужто близки, при дверях?

                                          А курочка кудахчет

                           О золотом своём яйце –

                                           пугаться недосуг.

Есть у хохлушек свой устав,

                                           свои грехи, свой постриг.

                           Кто поклянётся, что у кур

                                           не храмовая стать?

                           И не на всякое яйцо

                                           есть свой мышиный хвостик,

                           Иначе б не было кого

                                          по осени считать! 

Следы на траве

В каждой капле росы под ногами
Чуть дрожат иероглифы звезд…
Не бродите ночными лугами!
Не топчите мерцающих рос!
Я бродил, но, любуясь росою,
Ощутил за незримой чертой,
Что следы за моею спиною
Неземною молчат чернотой.
Я бродил. По нетленному – тленный.
И подумал (уже на тропе):
Может, чёрные дыры
вселенной –
Это просто следы на траве?

  ххх

Выдохлось лето, как будто вино:
Цвет сохранило, а вкус потеряло.
И за полгода впервые в окно
Трезво гляжу, не хмелея нимало.

Веткой прильнуло к стеклу деревцо,
Листья взъерошил полуночный ветер.
Каждый листок – незнаком, как лицо
Женщины той, постаревшей за вечер.

Юной, цветущей – входила в мой дом,
Вышла – увядшей и жалкой некстати,
Словно мы с ней скоротали вдвоём
Целую жизнь, а не час на закате.

Вянет листва – и не день, и не два,
Счастье людское – в мгновение ока.
Выбрал же, выбрал помягче слова!
Не помогло: потускнела, поблекла.

Что же за власть разлюбившим дана?
Господи, я не хочу этой власти!
Ну почему не того, чья вина,
Испепеляют остывшие страсти?

Неразбериха сплошная… В чем соль
Этой – не нами заваренной – каши
Встреч и разлук? Понимаю, на все
Воля Твоя, но страданья-то наши.

Веткой прильнуло к стеклу деревцо.
Что тебе, вишня? Тепла захотела?
Каждый листок – незнаком, как лицо…
Хоть бы скорее листва облетела!

Объяснение 

Где был до ночи? На краю земли.
С кем был? Со степью. Солнечные блики
Лежали скифским золотом в пыли,
И о былинах думали былинки.

Курган, дымясь в полынном серебре,
Напоминал, что болен мир враждою,
А я, забывшись, думал о себе,
Невесть о чем тоскующем душою.

Прочесть пытался, что на облаках
Под осень пишут клинописью птицы,
И думал о забытых языках –
Листвы и ветра, неба и криницы.

О чем еще? О родине – но той,
Откуда мы приходим в жизнь земную,
Чтоб испытать себя в судьбе людской…
А вдруг об этой родине тоскую?

Наверное, идя за солнцем вслед,
Я думал вслух, переходил на шёпот,
И, словно ворожея, степь в ответ
Шептала неразборчивое что-то.

Тоску врачуя, в душу мне трава
Текла, как будто кровь из вены в вену.
…И знаешь, ты не так уж не права,
Твердя, что сердцем чувствуешь измену.

 ххх

Спи, ангел мой! Спи ласточка моя!
Лети во сне в те дальние края,
Которые доступны только спящим
И не родившимся ещё на этот свет,
Где жизнь сулит в грядущем столько бед,
Что грех не примириться с настоящим.

Спи медленно! Не торопись назад,
В грядущее, откуда, сея смрад,
Уста змеиные в полночное сегодня
Шипят, что мы друг другу не чета
И что любви алтарные врата
Ведут порой в подвалы преисподней.

Спи, ласточка моя! Спи, ангел мой!
Мы слишком любим, чтобы нас с тобой
Не попыталась разлучить та нежить,
Та нечисть, что владычит на земле,
Топча, как будто искорки в золе,
Свет в наших душах, чистоту и нежность.

И деньги есть у нечисти, и власть,
Она во время бед пирует всласть,
Красивых вовлекая в дикий танец,
Суля им, юным, славу, благодать…
И ты не устоишь, но тосковать
О чистоте небес не перестанешь.

А я – кто я? Одни долги в судьбе.
Богат я только нежностью к тебе
Да трудной верой в таинство причастья.
Мне будет утешение дано,
Я обрету покой и волю – но
Не перестану тосковать о счастье.

Спи, ангел мой! Спи, ласточка моя…

***

Одним из событий празднования стала эстетская акция с необычным названием «КлошArt (у)лицедейство «Небо под мостом»».

Организаторами перформанса выступила группа сумских поэтов, известная своим стремлением к  созданию необычного в обычных ситуациях. Ими в своё время были организованы такие поэтические манифестации как: символический суд на стихотворением «Процесс», вавилонские чтения стихов одновременно на нескольких языка «Терра Поэзия», «Шоу одной картины» и другие.

На этот раз поэты читали стихи под одним из городских мостов. Акция символизировала бедственное материальное положение людей, посвятивших себя созданию нематериальных ценностей. Поэты были одеты соответственно. А кроме того – и это главное — под мостом   чудесная акустика и в жаркий летний день в его тени у реки, где свежий воздух и пение птиц, было прекрасно слушать поэзию.

Во время события прозвучали стихи самого Александра Сергеевича, а также тексты поэтов-участников: Льва Скрынника, Ольги Бражник, Ольги Беляевой, Игоря Касьяненко, Ярослава Склабинского и Анны Кириленко.  В телефоном формате, к акции присоединился, находящийся в это время в Ахтырке, поэт Андрей Катрич, сделав, таким образом, событие междугородним.

Наряду со стихотворениями сумских поэтов и виновника торжества, звучали стихи и песни на стихи Булата Окуджавы, Иосифа Уткина, Давида Самойлова, Юрия Левитаского и Вячеслава Ладогина.

В ходе акции было сочинено традиционное коллективное стихотворение и проведена  символическая дуэль, победителю которой было присвоено звание «Пушкин 2014». Обладатель звания и, соответственно, победителем всех дантесов стала прекрасная леди и такая же поэтесса Ольга Беляева.

Известной художницей Надеждой Белокур в соавторстве с Денисом Курдитом был  изготовлен урбанистически ленд-арт объект «Пушкин». В завершение, поэты, художники, музыканты, фотографы и зрители расписали стихами стены под мостом, к немалому удивлению последних, привыкших  видеть на себе надписи совсем иного рода..

Участники – и творческие, и  со-творческие получили огромное удовольствие от происходящего. А главное, в этот день ещё раз прозвучали стихи великого Пушкина и его имя.

Ещё много по теме: Пушкин

В  середу 21 травня в Агенції промоції «Суми» відбулася презентація конкурсу урбаністичної поезії та фотографії «Суми є».

Партнерами «Агенції промоції» у  конкурсі виступають: «Агенція творчих подій»,  літературно-мистецька студія «Орфей», обласна організація Національної спілки письменників України та  обласна організація Національної спілки фотохудожників України.

Кінцева мета конкурсу полягає у виданні збірки віршів та фотографій про Суми. Мова книжки — українська. Стартує проект з 1 червня і буде продовжуватись до  20 вересня.  Для того, щоб взяти в ньому участь, треба зайти на сайт Агенції промоції «Суми» presume.biz, знайти відповідний розділ, присвячений конкурсу і розмістити там три поетичні твори про Суми або 10 фотографій на цю ж тему, які було зроблено протягом останніх двох років.

Літературне журі конкурсу: Василь Чубур, Людмила Ромен, Сергій П’ятаченко,  Олег Романенко, Алла Федорина, Ельвіра Мамонтова (куратор  всього проекту)

Фотожурі: Ельвіра Мамонтова та Олександр Миколенко

Переможці конкурсу отримають право надрукуватись в збірці «Суми є».

Декілька слів відносно  книжки. Конкурси поезії про Суми  регулярно проводяться між поетів ще з радянських часів.Як правило, всі вони завершуються виданням підсумкової збірки, доля якої потім мало кому відома.

Родзинка конкурсу «Суми є» полягає в тому, що підсумкову збірку «Агенція промоції» планує презентувати гостям міста. Таким чином, ця книжка обов’язково знайде своїх зацікавлених читачів і завжди буде мати свою промоцію. Тому брати участь в  цьому конкурсі престижно, тим більше, що склад журі і список авторитетних співорганізаторів проекту дозволяє сподіватись на відповідний художній рівень збірки.

У цьому зв’язку відзначимо,  що організаторам конкурсу хотілося б  бачити у представлених творах менше парадного  пафосу і рим на кшталт «калина – Україна» і більше ліричного погляду на різні куточки Сум, котрі викликали у авторів поетичне або фотографічне  натхнення. Бо справжній патріотизм – це любов до місць, де нам було добре.  Власне, змістом всієї збірки  «Суми є» і стануть розповіді про такі місця нашого  міста.

В моём городе Сумы живёт более 260 тысяч человек, потенциально способных воспринимать искусство и заниматься творчеством.

Если верить, что на это реально способны только 5% от всего количества – всё равно выходит 5200 человек. Разных возрастов. Меня сегодня интересуют молодые. Недавно я был в Сумской городской галерее на открытии выставки членов местного Союза художников. Молодых я там не увидел.

С музыкантами сложнее. Я вообще не очень понимаю кто музыкант, кто лабух, кто тапёр, кто рокер, кто хипхопер с рэпером и можно ли их всех связать в одно. Зато я примерно ориентируюсь в поэтической жизни города и даже  немного – области.  И тут передо мной открывается грустная картина.

Поэт –  не  тот, кто пишет тексты, имеющие внешние признаки стихов. Поэт (по Блоку – и это идеальное определение) –  тот, кто живёт как поэт, как дитя гармонии. Всё, что происходит с ним и с миром, он пропускает через призму своего поэтического бытия. Поэзия – самое неремесленное из искусств. По большому счёту – это чистое состояние души.

Согласно известной шутке, до 20 лет стихи пишут все, от 20 до 30 — только поэты, а после 30 — одни сумасшедшие. По нынешним временам возраст можно смело сдвигать на 10 лет. Психами будем считать всех стихотворцев старше сорока. Да, сорока. Дети сейчас позже взрослеют. Если взрослеют вообще. Исходя из этих соображений, я с грустью думаю о сумской поэтической пустыне ….(«сумасшедших» и «всех» мы договоримся не считать).

Среди тех, кому около условных тридцати, назову: Андрея Катрича (Ахтырка), Ольгу Беляеву (Малая Ворожба), Ольгу Бражник (Белополье). Были потенциально очень талантливые Олег Романенко и Юлия Бурковская. Что сейчас делают в поэзии – не знаю. Уехали в Киев. Есть Конотоп, где поблизости, в тиши деревни Карабутово, творит угрюмый гений Худенко, стихов которого я не читал, но верю на слово Ирине Козловой. Ну, и Саша Скорук, приехавшая со столиц. Она, конечно, звёздочка  в авторской песне. И всё. Не густо

Список со временем могли бы пополнить пока сумчане –  Макс Эдель и Настя Котляр. Увы, они ушли в СМИ. А современная журналистика, особенно в сумских реалиях, для молодого  поэта – как  алкоголь для чукчи. Думаю, что ребята для поэзии уже пропали. Особенно Макс. У Насти сохранятся шансы, если она останется в теме арта.

Есть ещё двое очень талантливых, на мой взгляд, сумских ребят: Анна Кириленко (но у неё  всё время искания и личная жизнь) и Ярослав Склабинский, который  периодически появляется из ниоткуда,  удивляет и опять исчезает. Последние четверо из перечисленных ещё  находятся в категории «все».

Таким образом, на миллионную область мы насчитали  около десятка поэтов Вывод: поэт – явление уникальное.  Таких – один на сто тысяч. И тут возникает несколько резонных  вопросов. Кому это надо? Нужны ли обществу поэты? Почему  при всех гособразованиях в школьных учебниках много хорошей поэзии?  Зачем детей заставляют учить стихи наизусть? Следует ли отсюда, что поэзия является частью необходимых  для воспитания государственного человека знаний?

Если так, почему государство никак не поддерживает взрослых поэтов? А как оно их может поддержать? Возможно ли создать такую ситуацию, когда бы любая помощь государства не перехватывалась ловкими завхозами от искусства, а поступала на поддержку действительно талантливых и достойных?

Думаю, что организация такой системы поддержки невозможна в принципе. Государство это давно поняло и пользуется  плодами трудов поэтов, так сказать, «на халяву», не помогая им. Действительно, а как?  А никак.

Тогда следующий вопрос. Нужна ли вообще людям поэзия, как часть мира?  Нужна? Зачем? Как происходит контакт стихотворения с читателем?

Ещё по теме: Семь первых шагов к Парнасу, или Как правильно седлать Пегаса

Тут мне отвечать проще. Я сначала увлёкся чтением стихов  и только потом стал сочинять их сам. Меня в поэзии, прежде всего, увлекла отточенность формулировок. Так, как сказал о моих чувствах поэт, как он описал переживаемое мною высокое душевное состояние, так я на своём обыденном приземлённом языке сформулировать не могу. И никогда не смогу. Всем, наверное, знакома картина, когда на пляже группа молодых людей, купаясь, громко матерится от восторга и наслаждения. Это у них  слов не хватает человеческих…  Вот они и корчатся безъязыкие, как улица у Маяковского…

Итак, мы приходим к следующему выводу. Поэт – служитель, жрец поэтической речи. Он избранный. Предназначение поэта – поддерживать огонь особого, высокого языка в людях, тот огонь, который разгорается в моменты переживания нами лучших чувств.

Широко известный коммерческий оздоровитель всего и всех Мирзакарим Норбеков основал свою методику на следующем  посыле. Когда человек здоров – он счастлив и улыбается. Следовательно, когда он улыбается (сам, усилием воли) – к нему приходит целебное ощущение счастья, и как результат – организм выздоравливает.

Следуя этой логике, делаем вывод: поэт создает такой язык, что если бы на нём все заговорили, то все бы стали жить только лучшими чувствами, возвышенными и прекрасными. И на земле  наступил бы рай. А поэт был бы садовником этого рая. Хотя нет. Рай – на небе. А на земле рай – это  коммунизм в описании Ивана Ефремова. Или имеются другие варианты? Назовите! Ну, хоть кто-нибудь, назовите же!

Есть такой замечательный,  интереснейший человек Сергей Шиш. Его можно  встретить в сети, и для меня он – одна из самых ярких и важных встреч последнего времени. Сергей – убеждённый антикоммунист.  Так вот, во время одной из наших дискуссий он сказал, что основная проблема строителей светлого будущего состояла в том, что они не смогли построить коммунизм в головах людей. А ведь и правда. Иначе откуда, из каких табакерок бы в 1991 году сразу выскочило столько разнокалиберных мародёров, лживых политиков, взяточников-коррупционеров и мелких воришек? Они же (мы же) все родом из СССР!

Честность, порядочность, бескорыстие, самопожертвование во имя других, уважение к ближнему, любовь к человеку как к космическому явлению и одновременно трепетному смертному существу – всё это качества  гражданина ефремовского коммунистического будущего. А в настоящем как весь этот список называют? Правильно – «поэзия» Так барыги-негоцианты и говорят: ладно, это поэзия. А жизнь другая…

Всё правильно. Только наоборот. Настоящая счастливая жизнь человека описана в стихах хороших поэтов. А их и самих мало, и тех, кто их способен слышать – всего 5 %  от мятущегося, дерущегося и вечно хамящего самому себе человечества. А пока поэзия сдерживает всемирное зло, создавая в душах людей островки добра и высоких (настоящих) человеческих чувств.  Пока сдерживает…

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

В пятницу 27 сентября, «Сад сходящихся тропок» Ирины Проценко мок и дрог за окном, в то время как её гости, уютно устроившись на кухне,  слушали поэта Василия  Чубура.

На протяжении примерно 2-х часов он читал стихи Арсения Тарковского, Николая Рубцова, Юрия Кузнецова, Александра Чернова, Олега Чухонцева, других и, совсем немножко, — свои. Эпизод, посвященный тому или иному поэту, он называл «узёлком», при развязывании которого открывается некий фрагмент мироздания. Ниже мы, присутствовавшие на событии, будем делиться впечатлениями и рассказывать, кто что увидел и услышал.  И таким образом завяжем в ответ свои узелки на память для Василия Чубура.

Лариса Ильченко

Вечер–встреча с Василием Чубуром начался интереснейшим монологом, который затронул души каждого из присутствующих. Это был гимн СЛОВУ. Василий звучал как журчащий ручей, который бежит по камушкам и освежает все живущее вокруг. И с каждой фразой ручей набирал силу, потому что к нему присоединялись другие поэтические и философские течения в виде стихотворений Юрия Кузнецова, Александра Чернова, Марины Цветаевой…

При этом они сливались в единый поток, но в тоже время оставались индивидуальностями, как говорил Чубур, — читалась «карта мира» каждого. Все это завораживало. И невольно вспомнилась одно из воспоминаний о Мартине Хайдеггере, где говорилось: «Многие студенты специально переезжали из университета в университет, чтобы слушать лекции профессора Хайдеггера. Он умел не просто увлекательно изложить основы философии, но ещё и так настроить мозги слушателей, что те часто продолжали начатый им разговор и за стенами аудитории».

Именно такое ощущение осталось у меня после этой встречи с Василием Чубуром. Интересно было бы прийти на его лекции, чтобы слушать и слушать, возможно, даже не вступая в дискуссию, потому что в монологе Чубура одновременно звучат вопросы и ответы. Зато потом сказанное им увлекательно обсуждать с другими слушателями. И выстраивать собственную карту мира. 

Римма Миленкова

Сто лет не было мне так приятно слушать… Василий все-таки прекрасно читает стихи, в его исполнении я по достоинству оценила строки, которые казались мне раньше банальными. Пришла, что вспомнила — перечитала, потом вслух, но даже не приблизилась к тому, что слышала. Спасибо.

Сергей Тихенко

Василий Чубур-проповедник. Глядя на него в фас во время выступления в «Саду…», на бритый череп, на уверенную, но тактичную, манеру общения, на перебирание логических узелков, которые как четки в руке буддистского монаха, плавно ходили по кругу, хотелось спросить — господин Чубур, где ваше оранжевое покрывало?

И проповедь была составлена по всем канонам: обещание райского наслаждения в сложных сочетаниях музыки слов и притчи для того, чтобы заставить не сколько понять, сколько задуматься и припугивание не гееной огненной, а фатальными сочетаниями того же слова. СЛОВА, которое и крест и терновый венец одновременно.

 Было интересно и необременительно. И то, что поэт, которому есть чего прочесть из своего багажа, читает и чужие стихи — тоже заслуживает уважения. В общем- Харе Кришна!!!

Ольга Бражник

Василий Чубур — человек абсолютно феноменальный, обладающий способностью говорить часами, не повторяясь и самое главное — не сбиваясь на менторство и нудную начитку. Результаты проведённых им копаний-исследований мира, творчества, индивидуальности настолько колоссальны, насколько и доступны при желании, в этом ещё один авторский феномен. Филигранно подобранные стихи, как свои, так и других авторов, блестяще справляются со своей задачей — иллюстрировать те или иные тезисы, которые предлагает к размышлению слушателей Василий Чубур.

Умеренная доза юмора и словесной игры — и этот монолог аудитория готова слушать и слушать. Привычная форма общения с выступающим путём передачи записок с вопросами из зала здесь потерпела практически полное фиаско, так как если разобраться — то на все возможные вопросы оратор ответил ещё до того, как они могли бы возникнуть.

Надія Демиденко

Творча зустріч з Василем Чубурем ( уже не на веранді, а в мистецькій затишній вітальні Іри Проценко) черговий раз підтвердила правдивість слів, що периферійність поняття далеко не географічне. Слухаючи поета, літературознавця В. Чубура, розплутуючи «вузлики», по- доброму позаздрила студентам, які мають можливість бути присутніми на його лекціях. І головне, мабуть, не лише безмежна глибина думок поета (яка вражає своєю неординарністю), а необмеженість свободи думок для інших, висока толерантність.  В.Чубур не раз повторював, що «у кожного своя картина світу», цитуючи І.Франка про властивість, а значить і право кожного на своє власне психологічне «я». Дійсно, можна надолужити «незнання», а от «непостижимое», вищу істину, кожен має пізнати на рівні лише власної душі…    

Анна Кожевникова 

Перед каждой творческой личностью рано или поздно встает вопрос: «Ты – поэт –соответствуешь ли дару в тебе живущему и через тебя проявляющемуся? Понимаешь ли ты всю меру ответственности будучи Божьим избранником? В чем смысл творчества? Где та грань, которую переступать нельзя даже  гению, чтобы не разрушить себя гордыней?». Все эти вопросы были озвучены в монологе Василия Чубура на поэтической встрече у Иры Проценко. Они подтверждают глубину и подлинность поэта. Будучи зрелой личностью, он рассказывал о своем поиске творческого пути, об узелках памяти, завязанных в нем Великой Поэзией в период учебы в Москве на литературных курсах. Такие узелки оставила в нем русская классическая поэзия, творчество его учителя  поэта Юрия Кузнецова, стихи Арсения Тарковского и многие другие поэты. Автор говорил о том, что Богоискательство привело его к православию, к той истине, которая одухотворяет слово человека, первоначально заложив в него Божью энергию, ведь «Вначале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог». Да и могло ли быть иначе? Ведь тема «Бог и человек» является неизбывной в русской литературе, а потому Священное Писание – это объединяющее начало без которого невозможно сложить картину мировоззренческих поисков поэта. Василий говорил о том, что страсть, любовь, природа – это океан, погружение в который и вдохновенно и мучительно… Но душа  силою дара своего устремляется и  в иные высоты и глубины: 

Запеленать себя в отцовский плед,

Уснуть и в снах кромешных заблудиться

И жаждать света, и увидеть свет,

И к свету всей душою устремиться.

                               Плоть где-то там, внизу,

                                Где темь да чернь,

Но распластавшись в призрачном полете,

Почувствовать внезапно боль в плече…

Неужто тело есть помимо плоти?

Такая боль – нет сил взмахнуть рукой.

И падать, падать, падать без предела…

И вдруг проснуться. Боли – никакой.

Но ведь болело же плечо, болело!

Благодаря встречи с поэтом мы прикоснулись к той грани Бытия, которая  облагораживает жизнь своей Красотой. 

Игорь Касьяненко

Думаю, когда Цветаева восклицала «Бог, не суди! — Ты не был женщиной на земле» — она обращалась не к Богу в смысле Творцу Всего, а к своему личному, частному  цветаевскому богу, иначе это было бы через чур фамильярно. Я тоже, как и цветаевский бог, женщиной не был и поэтому опишу свои впечатления в образах доступных мужчине.  

Слушая Чубура, я думал о том, что жизнь – как любимая женщина, с которой ты уже долго счастлив. И вроде всё уже о ней знаешь. Все нюансы и детали рассмотрел. И в праздниках её видел и в буднях.  И на балу и в постели. И утром и после работы. И всё равно она тебя каждый раз удивляет, завораживает, волнует и зовёт к постижению себя. Рационально это не объяснить. Тут подходит только инструмент иррациональный, то есть — творчество. Именно базируясь на творчестве, своём и чужом, Василий Чубур выстроил какую-то свою, внешне во многом кухонную, часто противоречивую философию жизни. Я, как человек отдавший 20 лет физике, вижу в ней множество логических недочётов. Но! На исходе был уже второй час разговора, а слушать хотелось ещё и ещё. 

Под конец я стал осознавать, что смысл говоримого не в формальном значении звучащих слов. Скорее он на уровне чередования звуков и пауз, меняющихся тембров голоса и окрасок, будто бы случайно бросаемых в публику, взглядов. И уже возвращаясь домой, я понял, что на самом деле Василий Чубур все эти два часа рассказывал некое стихотворение о своём понимании жизни. И, в результате, со мной произошло то, что и должно было произойти после встречи с поэтом. Во мне откликнулась и зазвучала музыка, невыразимая, да и не требующая  внешнего  оформления, музыка творчества. С ней и остаюсь.

Местная шоу-кошка Антонина

 Вау! Мяу! Хочу к Василию…

 Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

]]> https://creativpodiya.com/posts/5975/feed 11 https://creativpodiya.com/posts/4301 https://creativpodiya.com/posts/4301#comments Tue, 27 Aug 2013 18:34:13 +0000 https://creativpodiya.com/?p=4301 Звучащие стихи, в отличие от записанных,   воспринимаются как разновидность музыки,  субъективно и, скорее, на уровне эмоций и чувств, чем разума.  Поэтому я не буду сейчас обращаться к отдельным строкам и катренам, как это следовало бы сделать при анализе книги поэта.  Просто поделюсь общими  впечатлениями от музыки и поэзии Виктора Сыроватского, звучавшей  26 августа в Доме-музее А.П. Чехова. 

Выступление  в этом  необычном месте уникально ещё и тем, что здесь сама обстановка  отрицает концертность в плохом смысле, то есть отстранённость  от слушателей. Тут всё рядом. Публика  располагается  здесь же, в  беседке и на лавочках. Нет микрофонов, стоек, колонок,  и всё работает на сопереживание. Во время пения и чтения можно чувствовать себя свободно, не концентрируясь на одной точке, где наилучшее звучание и даже ошибки  (слова забыл или на струну не попал),  которые бы на сцене смотрелись именно ошибками, тут не мешают и органично вплетаются в процесс общения.

Творческий мир Виктора Сыроватского сложен. Это не хорошо и не плохо. Одни ходят по жизни прямыми тропами и радуются скорейшему достижению цели, поставленной на старте. А другие осознанно выбирают путь через тернии и лабиринты – потому что так интереснее и только там имеет смысл ходить. Стремление Сыроватского к усложнению проявляется  в намеренно  «накрученных»  гармониях его песен,  в тяготении к ансамблевому звучанию… Но вот что интересно. Эта сложность в итоге, особенно в последние годы, начинает всё более и более превращаться в ясность. 

Приятно наблюдать за мужчиной, который выбрал свою судьбу,  отстоял её и дошёл до момента,  когда уже можно «снимать сливки».  Кульминация мужской жизни – когда Одиссей вернулся домой, прогнал  «женихов»-соперников и вот сидит с Пенелопой, Телемаком и друзьями детства за столом, выпивает и рассказывает о своих «подвигах, доблестях и славе». Именно в этом  «золотом возрасте» слова  обретают настоящее личностное звучание, а не выглядят авансом самому себе. Глубина текста такова, что порой за строчками чувствуется больше,  чем написано в строчках.  

Так примерно и было.  И даже метафорическая тема Одиссея  была. Но не только.  Главным действующим героем  был мир,  созданный  поэтом Виктором Сыроватским. У каждого поэта  имеется  личная изюминка. Одного  слушаешь и поражаешься богатству метафор и ассоциаций. Другой – поэт-философ. Третий – ретранслятор. А у Сыроватского –  свой мир.  Хрупкий и одновременно прочный и защищённый. Масштабный и всё же прописанный с предельным уважением и вниманием к деталям. Плотно заполненный людьми, событиями и отношениями. В нём много приключений, побед и разочарований. И природа, конечно. В общем   – настоящий мир.

Я  по ходу всё время ловил себя на мысли, что мне про это интересно слушать. Как  книжку приключенческую в детстве интересно читать. Обычно мы на выступлениях поэтов задираем очи к небу и пытаемся воспарить душой,  что замечательно, но не вполне естественно для живого, земного человека. А тут как раз было  много земного, узнаваемого и при этом так «аппетитно сервированного» автором, что казалось – видишь это так впервые.

Сыроватский называется себя сентиментальным поэтом, в отличие от поэтов «сухих»  типа Кушнера. А сентиментальность,  то есть эмоциональность, необходимо  объяснять и оправдывать. Надо сказать,  что внешняя утончённость и мягкость Виктора Сыроватского  удивительно органично сочетается с настойчивостью и полной уверенностью в том,  что он пишет и произносит. 

Трогательно  смотрелся «творческий поклон» в адрес коллег по  театру «La Chanson» — Оксаны Скоробагатской и Яны  Шифриной,  которым было  посвящено несколько песен  и даже «разрешено» спеть  и поиграть  с «виновником торжества»

 Под конец  я сидел и думал о том,  что люблю людей. Люди  нас  часто обижают –  тем, что не понимают, не обращают внимания.  Но в мире Виктора Сыроватского,  в той  его личной версии мироздания,  куда он всех нас, слушателей, привёл и так уютно поселил на время своего выступления всё было иначе. И люди там были людьми. И их было за что любить.

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

Фото Ирины Проценко

Кому-то по душе творческие встречи в больших залах, а кому-то значительно важнее  пообщаться в небольшом кругу,  в нашем случае — в беседке  во дворе Дома-музея А.П. Чехова на Луке.

В воскресенье, 14 июля  центром такого общения стал Игорь Касьяненко. Как представила его Анна Кожевникова (организатор встречи) – поэт, философ…..директор Агентства Творческих Событий.

Фото Ларисы Ильченко

Это было философское общение, разговор по душам,  просто дружеская беседа,  с комментариями  в виде  песен и стихов. Каждый чувствовал себя сопричастным заданной теме, которую можно сформулировать примерно так:

Проживание  множества жизней в одной жизни человека, осознание самого этого факта  и тем самым совершенствование и познание себя.

Фото Ларисы Ильченко

Гитара передавалась из рук в руки, и было очень приятно, что художественный  руководитель   Международного фестиваля   авторской песни  «Булат» Алла Титаренко поддержала разговор исполнением нескольких песен Ольги Козаченко  на стихи Игоря Касьяненко из цикла «Олины песни». Как объяснил  автор, это была импровизация. О таком исполнении они  с Аллой   заранее не договаривались.

Случилось и незапланированное исполнение песни «Я вам никто», на стихи Вячеслава  Пинхасовича.   Как потом объяснила свою просьбу  известный  сумской краевед  Рита Сергиенко: Игорь был моим студентом, и все пять лет они приходили ко мне по пятницам на творческие сборы. И эта песня была  гимном этих сборов. А сегодняшняя встреча — это был пир души моей и сердца моего.  Стихи Игоря легкие, но он показывает нам фундамент жизни и что  на этом  фундаменте  хорошо, а что плохо…

Фото Ирины Проценко

Как сказала  доктор   психологических наук Елена Кривопишина: Игорь подымает и  обсуждает главное для каждого из смертных —  отношения с Всевышним, временем и пространством. Его поэзия —  всегда маленькое чудо.  Он настоящий поэт и редкость его таланта в том, что он  один из немногих  поэтов,  тонко чувствующий время. О чем бы он ни писал, как бы он ни был внешне трагичен или комедиен — его отношения со временем и пространством всегда очень глубинны и личностны…

А вот впечатления Василия Чубура — поэта, переводчика, литературного  критика, старшего  преподавателя кафедры журналистики СумГУ:

Фото Ирины Проценко

Чудесный вечер, Игоря и его творчество знаю давно. Но  во время  выступления,  такого индивидуального, сольного,  человек открывается – чувствуется его глубина, есть над чем думать. И всегда притягивает особенность его стиля – говорить о печальном   с оптимистической смешинкой…

Сам же Игорь Касьяненко забрал с собой в душе такие впечатления:

Я очень зависим от людей. Меня легко обидеть — словом ли, жестом… И точно так же легко сделать счастливым, при помощи простой фразы или мимолётной улыбки. Особенно, в этом смысле, влияет энергообмен с окружающими. Случались такие выступления, когда, вроде, и слушатели расходились довольные, а я чувствовал себя пустым и дома падал без сил. Так складывается, что я независимо от собственной воли, отдаю очень много энергии во время чтения стихов или песен и для меня крайне важно получать взамен что-то от слушателей.
Сегодня был как раз такой случай. В результате, возникло ощущение прохождения через очищающие и освежающие процедуры и такой переполненности свежей энергетикой, что я после события под лёгкий дождик легко и незаметно дошёл пешком от Луки домой.
Приятно петь без микрофона. Замечательно быть так близко к слушателям. Да и встретить одновременно в одном месте (ещё и в таком месте!) столько людей,которых я считаю культурной элитой

Фото Владимира Семерни

моего города – уже повод для радости и довольства. Я пел, читал стихи и любовался: лицами слушателей, цветущей природой и тем самым творческим небом над домом-музеем А.П. Чехова, с которого струится невидимый творческий свет…
В общем, большое спасибо организаторам!

Удалась встреча или нет, можно судить по тому, как зрители спешат домой. Так вот, расходиться не хотелось и, не смотря на нависающие дождевые тучи, делились впечатлениями  и поддерживали уже начатые разговоры. И уже не автор, а  творческая аура   самого мероприятия не отпускала…

Взгляд на это событие исторического клуба А.К. Булатовича — Не место красит поэта (заметки о диалоге в саду Чеховского музея)

Началось всё с антуража. Выступающий расположился в уютной беседке во дворе, а вокруг него за тем же столом и дальше, немножко «вытекая» за пределы беседки, расселись слушатели, что и определило формат общения – «без дистанции».  Тем более, что Василий Чубур — поэт необычный. Кроме собственно чтения стихов, он ещё и много и интересно говорит, философствует, размышляет, часто провоцируя слушателей на спор или продолжение мысли. А публика подобралась как раз соответствующая, тоже творческая. Поэтому то, что событие получилось, стало ясно с самого начала.

А сейчас лирическое отступление. Чехов ведь не зря отдыхал на Луке. Места там шикарные, живописные, река чистая рядом, что превращает этот район летом в подобие рая. Да ещё в июне птички поют-заливаются. В общем, красота, чудо. Именно об этом думал я, когда после окончания вечера мы отправились купаться. Все такие возвышенные ещё в стихах и философии… И вдруг один из отдыхающих на берегу граждан обращается ко мне: «Мужик! Вот ты знаешь, сколько хорошая электродрель, с перфоратором стоит?» И сам при этом нетрезв. А лицо счастливое. Ну, думаю, всё, позор. Не знаю, а признаться стесняюсь. Дамы же вокруг. Выручила «многолетний научный сотрудник» музея Анна Кожевникова, которая случайно недавно покупала подобный инструмент сыну и знала цену. Ну, примерно 400-600 грн, —  говорит. Да!  — восклицает в ответ счастливый нетрезвый гражданин. — А я сегодня у каких-то алкашей на рынке за сотку купил. Ты понимаешь – за сотку! Это же чудо!  А ещё там болгарка была и тоже за сотку, но уже денег не хватило… Не, ты понимаешь же, что мужик без домашнего инструмента – инвалид? Понимаю, — говорю….

 Другими словами, мы все на этой планете авторы своих очень разных жизней.  И смысл этих жизней, очевидно, тоже разный. И чудо в них разное. И когда мы  встречаемся (возвращаясь к творчеству) с чужим художественным текстом любого жанра, то понимаем мы его настолько, насколько становимся его авторами. Поэтому один и тот же текст, для разных людей имеет разный смысл. 

Вот, примерно, с этой мысли начал своё творческое общение Василий Чубур. И продолжил, сообщив, что сам он «постигатель» мира и постичь его пытается с помощью того инструмента, который ему доступен – поэтического образа. А я вспомнил в тот момент вычитанное у Альбера Камю, что когда человеческая мысль заходит в тупик, то ей на помощь приходит метафора. А другие присутствующие в это момент, уверен, вспомнили  что–то своё на этот счёт… 

Так и начался наш общий разговор, генеральной сюжетной линией которого были стихи и мысли Василия Чубура.  Он, конечно, мастер включения обратной связи со слушателями, выступление длилось долго, больше двух часов, а пролетело как  миг, и стихи его — стихи настоящего большого поэта. Недаром его учителем был Юрий Кузнецов, а предисловие к первой (очень талантливой, до сих пор у меня на главной книжной полке лежит) книге Чубура «Чумацкий снег» написала Юнна Мориц. Оба  безусловные «жители Парнаса» и классики русской поэзии.  

Дальше было много чего интересного. Но чем дальше  продолжалась встреча, тем чаще приходила мысль о том, что поэзия используется автором не совсем по назначению. Поясню. Вот когда поёт соловей – это же не важно, о чём он поёт? Главное — в звучании, в необъяснимой иррациональной составляющей его прекрасного голоса. А теперь представим, что соловей будет петь «Критику чистого разума» И. Канта. Или даже что-нибудь из В.Соловьёва (шутка). Что останется делать слушателю? Только старательно отделять рациональное от иррационального и, пытаясь отвлечься от содержания, слушать музыку текста.

 Василию Чубуру  Бог дал замечательный поэтический голос. Но вот лично мне,  большая доля условного Канта в его пении немного мешает. Впрочем, не сильно. Философствующий поэт Чубур мне напоминает человека с волшебной палочкой, который пользуется ею, как тростью. Он на неё опирается, вертит ей, отгоняет бродячих собак бытия и как–то не замечает, что вот он коснулся своей тростью засохшего куста – и куст расцвёл, тронул тростью лужу и из неё заулыбалось солнышко…

В этот момент я понял, что магия поэзии сработала, и я вместо, прямого написания репортажа о событии, начал описывать мир с помощью образов. Именно так, как об этом говорил замечательный поэт и интереснейший человек Василий Чубур.

Поэтому прервусь и в качестве эпилога, приведу две поразившие меня мысли (или образа?) из философско-поэтического  монолога Василия Чубура.

  …Язык – живое существо. А мы, люди, приходим из немоты и уходим в неё для того, чтобы  жил язык…

 …Поэт делает мир маленьким. Не потому что уменьшает мир, а потому что увеличивает человека, заменяя мимолётный  хаос быта  вечным космосом бытия.

Я бродил. По нетленному – тленный.

И подумал (уже на тропе):

Может чёрные дыры вселенной —

Это просто следы на траве?

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

]]> https://creativpodiya.com/posts/2129/feed 5 https://creativpodiya.com/posts/2034 https://creativpodiya.com/posts/2034#respond Wed, 12 Jun 2013 11:20:58 +0000 https://creativpodiya.com/?p=2034 Меня с Василием Клименко познакомила  Рита Викторовна Сергиенко.  Познакомила  заочно, через книжку стихов  Василия.   И я вдруг понял, что  открыл   для  себя ещё одного жителя своей планеты.   Ведь каждый   из нас, как Маленький Принц,  живёт на своей    планете  и в то же время,  немножко,  на планетах  других людей —  тех, кому важны:  наша  жизнь,  результаты наших трудов и размышлений, просто  наше присутствие.   И   когда   на нашу планету прибывает ещё один  житель,  у нас случается  всепланетный праздник и нам хочется делиться рассказами  и впечатлениями о его прибытии с  жителями не только нашей планеты, но и соседних.     Собственно,  желание поделиться   радостью такой  встречи  и стало основным поводом для нашего  публичного разговора с поэтом,  художником и философом Василием Клименко. 

—          Творчество для тебя  — способ познания себя или   общение с другими?

Творчество для меня — скорее способ преодоления противоречий. С течением времени накапливается опыт — встречи с другими людьми, впечатления от книг, картин, окружающих пейзажей. И вдруг оказывается, что этот опыт нельзя выразить привычными словами. Нарастает напряжение. И в какой-то момент достаточно одного неожиданного поворота мысли, сочетания слов или красок, чтобы этот перенасыщенный раствор по-новому выкристаллизовался, обрел новую, иногда неожиданную форму.

Часто самая серьезная тема воплощается в крайне несерьезной форме. И наоборот, то, что изначально задумывается как шутка, игра, вдруг чудесным образом затрагивает глубинное и серьезное.  Все это является в первую очередь внутренней потребностью. Но я очень рад, когда результат оказывается интересен другим.

—           — Существует ли  связь  между творчеством и свободой?

Конечно, существует. Но связь эта очень сложная. С одной стороны, творчество раскрепощает и освобождает. С другой — замысел художника может иметь такой размах, что для его воплощения может понадобиться вся жизнь. И тогда творчество превращается в пожизненную зависимость. Лично мне творчество не раз помогало освободиться. И такое освобождение каждый раз открывало для меня что-то новое.

—           — Каким образом твоя творческая  мысль делает выбор в пользу поэзии, живописи или прозы?

Я не могу сказать, что  делаю выбор. Поэзия, проза и живопись находятся у меня, если можно так выразиться, в разных плоскостях. Когда пишу стихи, больше настраиваюсь на внутренний мир, на перекличку литературных образов и моих собственных переживаний и впечатлений. Иногда сам язык, те или иные сочетания слов и смыслов готовят тот крутой замес, из которого и рождается вдохновение.

В живописи  ищу красоту во внешнем, в окружающем меня пейзаже. Если в поэзии я свободно отдаюсь вдохновению, то в живописи мне еще надо много работать, чтобы освоить разные технические тонкости. А в прозе на первое место выходит мысль, которая только в процессе работы обрастает плотью языка. Но бывают и переходные случаи. Так, например, для «Вечера одной картины» я сначала хотел описать в прозе те литературные ассоциации, которые вызвала у меня картина Ирины Проценко. Но проза как-то не сложилась, и я попытался передать то же самое стихами. И получилось так, что стих отобразил, как раз то, что мне хотелось.

—          — что из твоих занятий (творческих и не  творческих) есть  главная тема твоей жизни,  а что вроде отдыха, переключения или хобби?

Ужасно трудно выделить что-либо главное. Мне хочется во всем себя попробовать, во всем добиться определённых результатов. Из-за этого многое оказывается незавершенным. Кроме того, приоритеты меняются со временем. То, что раньше казалось главным, со временем уходит на второй план. А то, что было всего лишь развлечением, вдруг оказывается подготовительным этапом к чему-то нужному и жизненно важному.

Так,  я когда-то очень увлекался чтением философских текстов. Сейчас такой потребности не ощущаю. А опыт написания литературных эссе оказался очень полезен при работе над клубным сайтом. Думаю, главное — то, что в данный момент интересно и важно и мне, и другим. И в этом смысле, как мне кажется, жизнь еще готовит мне сюрпризы.

Из хобби, которые помогают отдохнуть, могу назвать рыбалку. Всю зиму мечтаю о ночной рыбалке летом.

— А в чём прелесть рыбалки для тебя,   как для человека,  склонного к созерцанию?

На этот вопрос нужно, наверно, отвечать приличного размера рассказом. Или целой повестью… Если серьезно, то действительно слишком много различных переживаний и впечатлений. Конечно, возможность предаться созерцательному настроению, насладиться красотой природы ночью или ранним утром доставляет огромное наслаждение. Но когда пробуждается азарт, когда есть шанс поймать крупный экземпляр, об окружающем пейзаже забываю напрочь. Все внимание сконцентрировано на поплавке.

Это уже потом можно связать удачу или неудачу на рыбалке с впечатлением от утреннего тумана или надвигающейся грозы. И даже обвинить каприз природы в отсутствии клева. Но все это уже будет чистое искусство, никак не связанное с переживанием текущего момента. А еще рыбалка — возможность сделать новые интересные пейзажные фотографии или написать этюд  акварелью. Иногда усилием воли отрываю себя от удочек, чтобы поработать над  этюдом.

  —  Кто твоё ближайшее окружение?  В ком черпаешь силы,  кому  отдаешь?

Мое окружение — в первую очередь,    моя семья, мои родители. Ничего не смог бы сделать сам, без их помощи и поддержки. Отец привил мне любовь к поэзии, сделал меня неисправимым рыбаком и футбольным болельщиком. Мама поддерживает меня во всех моих начинаниях, создает условия, необходимые для творчества. 

А моим вдохновителем и самым строгим критиком уже много-много лет является  Рита Викторовна Сергиенко. Благодаря ей,  я получил высшее образование. Благодаря ей,  начал серьезно заниматься живописью. Она научила меня очень многому, открыла для меня новые возможности, о которых я раньше и не думал.

Постоянно общаюсь с людьми творческими — художниками, поэтами и просто интересными собеседниками. Большое место занимает общение через интернет. Мне везет на хороших людей. Везде нахожу поддержку. Частое общение с другими людьми — источник вдохновения для моего творчества. А даю ли я что-либо взамен — наверно, не мне об этом судить. Хотелось бы верить, что да.

— Твой культурный ландшафт… 

Если культуру сравнивать с ландшафтом, то я, наверно, путешественник в этом ландшафте. С течением времени меняется сам ландшафт или, по крайней мере, ракурс, точка зрения на него. Были у меня и вершины, с которых вдруг открывались неожиданные перспективы, новый взгляд на мир. В разное время — разные: песни Высоцкого, «Война и мир» Льва Толстого, поэзия Мандельштама, психологическая проза Гессе, фантастика Братьев Стругацких, рассказы Бунина…. Все мои познания в литературе, истории, живописи каждый раз по-новому группировались вокруг этих вершин, осмысливались по-другому.

 Но я не могу сказать что такие вершины — нечто постоянное в моей жизни. На одну и ту же вершину нельзя взойти дважды. Будет уже неинтересно… Вообще,  очень люблю читать — классическую прозу, поэзию серебряного века, научную фантастику. Всегда хочется «попробовать на вкус» что-то новое и интересное. Не могу сказать, что имею обыкновение слушать какую-либо музыку. Понятие мелодии и ритма у меня связано в первую очередь с поэзией.

—  Три  явления, события  или факта которые ты считаешь чудом в этом мире… 

Наверно, первое и самое главное чудо — окружающий  меня мир и сам факт моего существования в нем. А дальше — вокруг слишком много чудес, чтобы можно было что-либо однозначно отметить. Есть чудо узнавания себя в чужом произведении искусства. Для меня таким чудом стало знакомство с поэзией Мандельштама. Чудо возникновения моего собственного стихотворения. Никогда не могу сказать, что написанное — исключительно моя заслуга. Мир полон чудес. Но мы не всегда в состоянии их увидеть.

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

Автор шести поэтических книг. Лауреат национальной литературной премии им. Николая Ушакова, лауреат Всеукраинского литературного конкурса 2005 года, для авторов, пишущих на русском языке.