Ежегодно путём демократического голосования «жителей» Острова определяется семёрка новых лауреатов. В их число входят люди, вносящие существенный вклад в создание творческой атмосферы Сумщины. Ввиду того, что все они уникальны и неповторимы, каждому из них присваивается отдельная номинация.

Одним из лауреатов 2020 года является героиня данной публикации – Ирина Козлова. Номинация – «Та, которая дарит».

Ирина Козлова родилась в селе Желдаки Конотопского района Сумской области. Закончила конотопскую школу № 9, Сумское культпросветучилище по специальности библиотекарь, Сумский пединститут (русский язык и литература), Нежинский университет (украинский язык и литература). Филолог. Педагог. Член Национального союза писателей Украины. Живёт и работает в Конотопе.

Автор трёх книг стихов. С 1993 года руководит литературной студией «Джерела». Конотоп достаточно большой город, и на его творческом небе немало ярких звёзд, многие из которых регулярно становятся  украшением столичного творческого небосклона. Не зря же в киевской литературной среде даже бытует выражение «Конотопская поэтическая школа». В подавляющем большинстве своём её представители – воспитанники студии «Джерела» и ученики Ирины Козловой.

Сама студия, к слову, возникла ещё в 1982 году и на настоящий момент является одной из старейших на литературной ниве Сумщины. С Ириной Козловой студии явно повезло, потому что она одновременно является и талантливым поэтом, и не менее талантливым педагогом. Оба этих дара с блеском раскрываются  и на международном уровне, во время её многолетней плодотворной работы ведущей мастерской  поэзии на Международном фестивале авторской песни «Булат».

Однако одной поэзией число дарований Ирины Козловой далеко не исчерпывается. Она прекрасная рукодельница, участница творческого объединения «Мастера Конотопа». Кроме выставок-презентаций  собственных изделий, проводит мастер-классы, на которых открывает всем желающим тайны обрядовых кукол-мотанок.

Ирина Козлова – интеллектуал, создательница своего уникального творческого космоса, мастерица и фантазёрка, находящаяся в постоянном  поиске новых способов самореализации.

Принимает активное участие в городских и областных благотворительных мероприятиях. И вот с этого момента мы переходим к рассказу о самом важном человеческом даре Ирины Козловой. О даре дарить.

Это проявляется во всём. И в её творчестве – как она прекрасно читает свои стихи, сколько светлой, тёплой энергии отдаёт она в зал  во время  публичных выступлений! То же самое происходит и на её  мастер-классах по поэзии и рукоделию – общение с ней надолго запоминается и приносит участникам не только огромную пользу с точки зрения техники ремесла, но надолго заряжает на творчество и веру в свои силы.

Она дарит свои куклы-мотанки, авторские обереги  и другие изделия хэнд-мейда, просто вещи, постоянно помогает людям, нуждающимся в средствах на лечение. Это не общественная позиция, это способ существования. По-другому она жить просто не умеет.

Таким образом, очень естественно и логично,  возникло называние номинации лауреата арт-медиа проекта «Культурный остров 2020» Ирины Козловой – «Та, которая дарит».

Фот из личного архива

Больше о лауреатах и номинантах «Культурного острова 2020» читайте в материале: В Сумах определили лауреатов арт-медиа проекта «Культурный остров 2020»

Официальная церемония чествования лауреатов арт-медиа проекта «Культурный остров 2020» по традиции пройдет в помещении Театра для детей и юношества предположительно 22 мая 2020года. Телефон для заказа бесплатного приглашения на событие: 066846 58 91

Проект  «Поэтические среды»   уже можно  с полной  уверенностью  считать областным.  Наряду с сумчанами,  в нём уже  «отчитались» и «отпелись» авторы из Белополья, Низов, Ахтырки и  Малой Ворожбы. И даже  был один гость  из Киева.  Его, как уроженца  села  Тимченки Недригайловского района, мы тоже  зачислим в  представители Сумской области.  И вот теперь в Сумах  поэтесса из славного города Конотопа. Хотя, справедливости ради надо вспомнить вечер Сергея Гордничего, географическую принадлежность которого можно  определить как  «Конотоп-Сумы  транзит».

Ирина Козлова,  кроме того,  что прекрасный поэт, ещё и  литературный деятель. Она  ведёт  литературную студию «Джерела», редактирует сборники, участвует в  различных  мастер-классах и  фестивальных жюри,  выступает  на литературных вечерах сама и организовывает их для других.  На её стихи пишут   песни авторы музыки из разных городов СНГ  (или как это сейчас называется?)  и даже США.

Вечер  творческого человека, который  способен заинтересовать собой  и своим делом   такое множество людей   и собрать их вокруг себя не мог не вызвать интереса у сумской публики.

Основной темой  встречи была презентация книги стихов Ирины Козловой  с одноименным названием. Сборник вышел ещё в прошлом году, и только теперь автор  добралась с ним до  Сум, чтобы представить его своим тутошним поклонникам. Содержание сборника  —  лирика разных лет. Такие  книжки всегда интересны, потому что позволяют отслеживать творческую и человеческую эволюцию автора, превращаясь,  таким образом,  из простого  собрания  стихотворений в увлекательную повесть о жизни.

 Ирина Козлова великолепно читает стихи.  Надо сказать, что чтение стихотворений  при правильном  к этому делу подходе, можно считать разновидностью музыки, исполняемой человеческими голосом. В хороших стихах ведь есть всё  от музыки —  ритм, мелодика, энергетика, настроение, создаваемое  сочетанием  звуков. А человеческий голос… Конечно, это один из самых  изысканных музыкальных инструментов.

Именно  поэтому слушание стихов в исполнении  таких  прекрасных авторов-чтецов как Ирина Козлова не только  гармонизирует, но и  вдохновляет и возвышает, включая  в процесс сотворчества с поэтом одновременно и  разум,  и душу  зрителя.

Если представить себе нарисованный на полотне куб и сравнить его с реальным, такая же разница между текстами Ирины Козловой на бумаге (или экране) и  ими же, звучащими в авторском исполнении. Некоторые  её стихи  вообще обретают истинное звучание только в   момент озвучивания,  потому что они   изначально написаны  как  ритмические партитуры

В концерте принимал участие, уже упомянутый нами выше, Сергей Городничий –  прекрасный  гитарист и профессиональный музыкант. Так вот,  по субъективному мнению автора этих строк,  музыка слов  в исполнении стихотворца и чтеца Ирины Козловой звучала в этот вечер даже  ярче, чем виртуозная гитара Городничего. Впрочем,Сергей  славится своим умением оттенять солистов, намеренно  уходя в тень, как и положено    мастеру аккомпанемента.

Вечер получился  великолепным. По ходу  настроение публики менялось от   радостного восхищения   автором, до  философского тихого размышления. С каждым прозвучавшим стихотворением  мир, создаваемый, а точнее, освещаемый  светом поэтической мысли  Ирины Козловой  становился всё  глубже и шире и, в итоге, превратился во вселенную.  Впрочем, это я уже пытаюсь с помощью  приёмов банального красноречия передать  иррациональное и    плохо выговариваемое ощущение  соприкосновения с   настоящим искусством.

Ирина Козлова  пишет стихи на двух языках.  Когда её спрашивают, чем определяется выбор, она отвечает так: «Если я влюбляюсь, я пишу стихи на русском языке. А коли я закохуюсь, я пишу вірші українською мовою».

Вот примерно в таком  состоянии и расходилась публика после концерта.

Ярославна 

Смердки рыдают, а я проверяю затворы.
Стражи суровы, и в поле не видно ни зги.
Княжич — твой старший — ушел за ворота с дозором.
Княже, беги!

Братья и небожи делят уделы и троны,
Дева Обида простерла зловещий покров,
Рыскают волки у стен, чуют пищу вороны,
Рдеют зарницы кроваво за цепью холмов.

…Стадо визжало, клинками звеня оголтело;
Князю запястья стянули ремни за спиной.
Ладо в полоне — вовек небывалое дело.
Очи потупивши, вестник стоял предо мной.

Нежные руки ломала бы слабая Альда,
Сильной Брунгильде уже снаряжали б коня.
Тяжек венец, и не взвыть мне по милому ладо,-
Дети и старцы с тревогой глядят на меня.

Раны омыть бы, рукав разорвавши шелковый
Меч был искусно откован и ворог удал.
Твой вороной по оврагам теряет подковы,
Путы разгрыз и раскосых юнцов разметал.

Мутные воды струятся в извилистом русле,
Рыба плеснула — дробятся тревожно круги.
Княжич — твой средний — украдкою пробует гусли.
Княже, беги!

Ханской наложницы злые умелые ласки,
Смех и монисты, кармин подведенного рта.
Ей извиваться под бубны в неистовой пляске
Велено было на черной кошме неспроста.

С кем она шепчется по вечерам за шатрами?
Что за питье на зловонном кипит очаге?
Видишь ли, князь, как деревни пылают кострами?
Смотришь ли в степь, передавши поводья слуге?

Луков змеиный изгиб и гортанные речи.
Зорко следит за тобою почетный конвой.
Камнем упал в разнотравье подстреленный кречет, —
Ранен, и пойман, и в клетку посажен, живой.

Послан гонец. Затворилась тесовая дверца.
Светлое солнце, укрой, осени, помоги!
Княжич — твой младший — тепло шевельнулся под сердцем.
Княже, беги!

***

Июньский жаркий ветер – это ты,
С пучком кувшинок, влажный от купанья.
Ты разбросал моих стихов листы
По комнате, смеясь и хулиганя.
То ты поёшь, то куришь и молчишь,
Примял траву, швырнул по стёклам градом,
То спутал карты, то забыл ключи, –
Как трудно, милый, быть с тобою рядом.
Вот нынче: дверью хлопнул и ушёл,
Со мной переругался, как навеки,
И гордо заявил, включив футбол,
Что никогда не станешь человеком,
Что лучше быть холодным, чем немым,
Что тучи гнать – нелёгкая работа,
Что надоели пыль, возня и дым, –
Залаял пёс, и скрипнули ворота.
Мы не сожгли, мы развели мосты
И раненых убрали с поля битвы.
Декабрьский ветер – это тоже ты,
Усталый, раздражённый и небритый.

* * *
Не приведи Господь играть с огнем:
Сожжет и душу, а не только пальцы.
Влюбленные, поэты и скитальцы,
Ваш выход — там, а тут пойдут конем
Или слоном. Ферзем не станет пешка:
Холодный взгляд и вороненый ствол.
Не выпадет семнадцатый орел,
Когда шестнадцать раз упала решка,
И двадцать два — не дважды два четыре;
В нокаут джокер уложил туза;
Пасьянсы врут в глаза и за глаза,
И мышь мечтает о бесплатном сыре.

Когда сердца заключены в кавычки
И не поспоришь с мятою зимой,
Шестая незажегшаяся спичка
Не оставляет шанса для седьмой.

***
Слова — безмерны. Рифмам не до правил,
Тут все всерьез, до края и сполна:
Сквозь три границы вздрогнула она,
Когда он в телеграмме точку ставил,
И двери распахнула до звонка,
Будь там хоть почтальон, хоть просто ветер;
Ей пары слов хватило для ответа
Наперекор шестнадцати векам.

Словам дана нешуточная власть
Казнить, прощать, повелевать и рушить,
Решать, кому на счастье ляжет масть,
А кто заложит трон, часы и душу,
Кому дрожать при слове ”невпопад”,
Кому не дрогнуть при словах “с вещами”.
Летит листва по слову “листопад”,
У слова “сорок” — вечность за плечами,

Слова обрывком скомкались в горсти,
Слова с небес обрушились грозою,
И в серебре повинной бирюзою
Окаменело тихое “прости”.
Игра в слова поэту и ребенку
Зачтется и простится. Прочим — нет.
И свет погас на слове “гаснет свет”,
И я не допишу строки в потемках…

* * *
Я научилась отводить глаза
От журавлей в высоком поднебесье,
Гулить ребёнку и прощать повесе,
И различать, где слёзы, где роса,
И обходиться без звонков и песен;
И выглядеть уверенной и злой:
Каблук – повыше, макияж – поярче,
И отличать Кардена от Версаче,
И просто открывать заветный ларчик
(Отмычкой, автогеном и пилой…);
Внутри души растить не ад, а сад,
Молиться не в киот, а просто в небо,
За смехом прятать стон, за словом – взгляд,
И надевать вечерний свой наряд,
Чтобы пройтись до булочной за хлебом;
И твёрдо верить, что придёт зима
Своим чредом, как рифма в третьей строчке,
И серьги отдавать подросшей дочке,
И точно знать, как не сойти с ума:
Каблук – повыше, юбку – покороче.

****
На последней, бесследной, бесслезной, ночной электричке,
Громыхая на стрелках, качаясь на стыках, бранясь,
В тамбурах, продуваемых ветром, при гаснущей спичке,
При бегущих столбах и огнях, матерясь, и клянясь,
И кляня президентов, погоду, соседей и цены,
Укрывая котенка платком и таранкой хрустя,
Посреди жигулевской тоски и черниговской пены,
На скрежещущих, пыльных, несущихся вкось скоростях,
На последней, бесследной, бесслезной, ночной и беззвездной,
Разводя расстояния, соединяя мосты,
На ходу, на бегу, на лету, полминуты — и поздно,
Еле-еле успев, задыхаясь —
обнять и застыть,
И к ладони ладонь — с двух сторон на замерзшем вагонном,
На двойном, еле слышном, прощальном вагонном стекле,
Невпопад отвечая нашивкам, ремням и погонам,
Отпустив повода из-под ног уходящей земле…

***
Пылает берёза сквозь спутанный ельник,
И пахнет листвою и терпкою хвоей.
Сгущается осень. Октябрь. Понедельник.
На солнечной просеке встретились двое.

Грибами и сыростью веет с болота,
Надменно и колко алеет шиповник.
Ложится на травы легко позолота,
Оставили птицы остывший терновник.

Полынный ли запах, иль шорох еловый,
Крадутся ли тени путями лесными, –
А двое недвижны, а двое безмолвны,
А двое согреты лучами косыми…

***
Где мой город, вечный Город?
Смят цилиндр, распахнут ворот,
Пляшет улица кривая,
Не догнать коту трамвая.

Где мой ангел, белый ангел?
В синем Ниле, в желтом Ганге…
Крылья ломко содрогнулись,
Волны темные сомкнулись.

Где мой рыцарь, черный рыцарь?
Небылицы: птицы, лица,
Млечный Путь — коню уздечкой,
Гул копыт умолк за речкой.

Где мой Мастер, бедный Мастер?
Бросил страсти — служит власти.
Впрочем, жив, и слава Богу,
Впрочем, пишет понемногу.

Мне ли имя — Маргарита?
Шито, крыто, позабыто,
Лишь луны пятак незрячий,
Лишь зеленый взгляд кошачий…

* * *
…Рощей – наощупь, наотмашь – песчаником,
Нищим огнищем – к прощенью дождя.
Росчерк и высверк меча половчанина
Туча полощет над кущей вождя.

Линии ливня – лавина жемчужная,
Лилий библейских белее ладонь.
Логом, лощинами, нежными лужами,
Влагой лугов убегу от погонь.

Ломкие ландыши – шёпотом, лепетом,
В лето – по следу – в седые сады.
В облаке белом – влюблённые лебеди,
Белым по синему – тают следы…

СКАЗКИ  ШАХРАЗАДЫ

1.

Послушай:

Яхта, танго ежевечернее. Бросили якорь.
Лагуна, южный берег. Ленивый юнга.

Послушай:

Яблоко тёплое ем, белое яблоко.
Лето, юг, бледно-лиловая юбка…

Послушай:

Ясная, тихая, едва брезжит янтарным
Лучом юная безмятежная луна… юная…

Послушай:

Ящерица, тонкая егоза, болотную ягоду
Лизнула – юркнула, блестящая, лаковая, – юркнула…

Послушай:

Явно, тайно, ежеминутно благословляю, язычница,
Леля юного, белорукую Ладу – юность…

2.

Послушай:

Январь, тайна, еловый бархат. Январь,
Ледяной ювелир. Бриллиантами любуюсь ювелировыми.

Послушай:

Ямб торопливый, единоборство, бессильная ярость.
Лжёшь, юнец. Барьер лучше, юнкер…

Послушай:

Язык трепетных Евангелий благовествует явление
Лика. Юродствуя, бьют литавры юдоли…

Послушай…

За это время случилось много событий, в том числе, и   звёздное  шоу конотопского  поэтического  десанта во главе с Ириной Козловой в Сумах. И буквально через   10 дней – книжка!   Вот сколько времени готовилась, а стоило  автору приехать почитать  стихи в Сумы – и книжка вышла!

 Есть книги очередные, а есть – долгожданные. Вообще странно, что у такого  автора только сейчас   нашлось  время  сделать книгу. За это время у гораздо менее интересных  коллег вышло по нескольку… 

А у меня, между прочим,   ещё с 2005 года   в библиотеке имеется  раритетный самиздатовский  экземпляр  приятного зелёного цвета со скромным названием —  Ирина Козлова. «Стихи разных лет».   И вот   зелёный плод  самиздата дозрел до  полноценной книжки в синей обложке  и названием «Если двое берутся за руки…»   Интересно, что же в этом случае происходит?..

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

Ирина Козлова — капитан и рулевой звёздного десанта

Майские Сумы кишат культурными  событиями. Вот и во вторник,  28 мая сразу в нескольких местах вспыхнули   уютные огни творческой жизни. У одного из таких огней грелись и мы.

 Событие называлось «Город и космос»  и представляло собой поэтический спектакль, с участием  поэтов и  авторов песен из Конотопа. Рулила всем  Ирина Козлова, поэт  и  руководитель конотопской литературной  студии «Джерела»,  самого, на мой  взгляд,  продуктивного,  с точки зрения  производства новых талантов,   литобъединения Сумщины.  Другое дело, что Конотоп,  вследствие  своей географии,  ориентирован на Киев и  выступления  авторов из этого города у нас  — редкость.  А  большое выступление   поэтов вообще случилось впервые. Да. Как это ни  удивительно, но  это факт.

  И ещё пара слов в  формате пролога.  Концерты, спектакли, шоу –  в общем,  все  творческие события,   проходящие при непосредственном, живом контакте  артистов и публики не получаются  в двух случаях.  Когда зал не понимает и не принимает происходящее на сцене,  и когда зал, наоборот,  ещё до  начала  уже счастлив оттого, что на сцене  такое,  что аж по телевизору говорили, что это хорошо.    В обоих случаях  в точке контакта не возникает искра, а  живое выступление – это же,  прежде всего,  постепенно разгорающийся огонёк взаимного тепла и понимания между   артистами и публикой.

Татьяна Жилкина — связист звёздного десанта

 Именно такой огонёк  и разгорался постепенно  от выступления к выступлению на  поэтическом шоу «Город и космос».  Первой искоркой стала Татьяна Жилкина —  юная,  красивая и талантливая.  Она, как я понимаю,   относится к новой формации  — компьютерных  землян, для которых   нет принципиальной границы между стихиями  и очень просто   сесть,  например,  на электричку и взять билет до космоса. Таким образом, был сделан первый шаг  в направлении сближения этих двух  сфер.

Вторым был Александр Спицкий.  Его  песни, да и   весь  сценический облик,  с  первого слова и жеста вызвали  симпатию  и лёгкую ностальгию,  потому что были пронизаны  таким  себе очевидно-нормальным мужским началом.   Как-то мужики нынче поплыли,  стали часто  решать свои проблемы женскими способами, и что-то   в нас потерялось.   А Спицкий, конечно, — мужик.   А потом, когда пошли песни и стихи  на злобу дня (которые,  к слову,  удаются очень мало кому, а тут удавались)  вдруг как-то очень ярко нарисовалась  сюрреалистическая  картинка нашего нынешнего городского (некосмического)  бытия, когда настоящий мужчина  поставлен в немужские обстоятельства.  Исконные природные  мужские качества и козыри не действуют. То есть,   внутренняя природа человека  не такая,  каков мир,  его окружающий. Именно поэтому,  вероятно,  большая часть событий в песнях Александра  Спицкого протекает в сумасшедшем доме. Там, где сейчас и находится подавляющее  число нормальных мужчин, даже если они этого и не замечают.   Но поэт же чувствует. У него же интуиция.

Виктория Третьякова — навигатор звёздного десанта

А потом на сцену вышла Виктория Третьякова и   всё её выступление, как бы, говорило:       «Мужчины, ну всё же так хорошо, так романтично,  посмотрите какие чудесные  звездопады,  какой  прекрасный мир вокруг и какие  восхитительные мы рядом с вами. Вот только любви нам не хватает. Вашей любви и восхишения…»  Надо сказать, что женская часть  выступающих  чаще апеллировала  к  космосу,  ну по крайней мере  к небу, что впрочем нормально, женщина же  более возвышенное существо..

  Поэтический театр, а к тому времени уже стало понятно, что получается не просто чтение и пение, а именно спектакль,  продолжил Сергей Городничий. Если бы не его виртуозная игра на гитаре и  завораживающая  музыкальность,  я бы  в начале, вообще не понял, что  происходит. Это было  по форме и лирическому образу какое–то полное отстранение от  зрителя. А потом он сказал фразу,  примерно такого содержания:  «Одни говорят,  чтобы реализовать потребность в говорении. А другие – чтобы это кому-то было в помощь». И вот ту я его услышал. И его песни раскрылись.   И стали  компасом другого космоса – внутреннего.

Александр Спицкий — штурман звёздного десанта

  А на завершение зал с восторгом слушал Ирину Козлову.   Это была смесь  высочайшего профессионализма  и мистической харизмы.  То, что она,  читая стихи,  делает голосом, интонациями, как она играет  энергией —  сначала отдавая её в зал, а потом   с радостью (и зритель   это  ощущает) принимая – уникально.   Это как та дудочка, за которой хочется следовать и верить,  что она приведёт туда, куда,  прежде всего,  надо мне, слушателю, а не ей.  И было радостно, светло, грустно и философично. Особенно, когда Козлова читала стихи из циклов «О политике» и «Про  войну». Но это совсем про другую войну и  о другой политике. Это выступление было о человеке и уже потом  о  женщине, хотя стихи Ирины Козловой, конечно же,  женские, в смысле очевидного  главенства  женского начала. Что,  впрочем,  естественно и правильно.

Двухчасовое выступление, чтение стихов, шоу,  спектакль  не знаю,  как определить точно жанр происходившего,  в общем,  событие   завершилось  овацией от благодарных зрителей. И именно в этот момент, в данной точке пространства и времени,   в  город вошёл космос. Именно с таким ощущением и   расходилась публика, которая на самом деле совсем не  хотела  расходиться и долго ещё общалась  и делилась впечатлениями у подъезда библиотеки…

Сергей Городничий — бортинженер звёздного десанта

PS Напоследок несколько важных благодарностей.

Спасибо   управлению  по культуре  и туризму, за  содействие, в частности за помощь в озвучивании события.

Спасибо администрации Областной универсальной научной библиотеки имени Крупской,  за возможность проводить такие события  в актовом зале библиотеки. Отдельное  спасибо  Отделу искусств и особенно   Анне Макаренко за то,  что она со всеми нами  творческими так возится.

  Special thanks  публике  посетившей наше  поэтическое шоу «Город и космос»  и,   в этом ряду,   особенно   —   театру поэтической песни «La Chanson»  за создание неповторимой атмосферы в зрительном зале.      

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

  — Начнём с географии: родина, место учёбы, нынешнее место обитания…

Малая родина – село Желдаки Конотопского района. Место учебы —  конотопская школа № 9, Сумское культпросветучилище (библиотекарь), Сумский пединститут (русский язык и литература), Нежинский университет (украинский язык и литература). В данное время обитаю в разъездах между Конотопом и Киевом.

  — Что послужило стартом для творческой деятельности. Есть какая-то  история?

А  нет никакой  особой  истории про старт. Семейство наше было книгочейное и книгочтущее, у меня  сидело в мозгу множество стихов к 14 годам.  Цветаева там, понятно, Ахмадулина, Тушнова…Есенин тогда еще присутствовал, ну и Маяковский…, а потом возникло ощущение: я бы тоже смогла. Попробовала – и действительно смогла. Так тогда показалось, во всяком случае. Показала папе, он сказал: ты это правда сама написала? А еще? А больше нет пока, — ответила я.  Кстати, обычно девочки такого или чуть старшего возраста начинают писать влюбившись…. а я нет.

 — Как дела  в сегодняшнем пространстве  личного творчества?

Пространство расширяется. Книжка готовится, наконец, настоящая, в смысле; ISBN, УДК-ББК, авторские знаки, 120 страниц, мягкая обложка, 150 экземпляров. Там будет практически все лучшее  и даже маленький кусочек прозы (записать бы в столбик, был бы верлибр). К слову, мне всегда было важнее творчество  моей детворы студийной всякого возраста, чем мое собственное. Потому что я всю жизнь испытываю сомнения касательно себя. Зато касательно других – бываю объективна и даже категорична

— Ближайшие творческие планы.

Творчество у меня планированию не поддается. «Поэтов затмения не предугаданы календарем» (с)

 — Любимое занятие кроме творчества.

Во-первых, это конотопская городская литературная студия «Джерела» при газете «Конотопский край», которой я руковожу уже 20 лет, с июня 1993 года. Конотоп может гордиться, что из нашей студии вышли молодые, но уже известные в современном украинском литературном мире  авторы. Это члены Союза писателей поэтессы Ольга Башкирова, Анна Малигон, Анна Лукьяненко, лауреаты и призеры множества литературных  конкурсов Татьяна Троянович, Олег Ершов, Алла Миколаенко, Елена Савела, Владимир Худенко. Некоторые известные барды тоже «наши» — Александр Спицкий, Сергей Городничий.

Скифский хэндмэйд от Ирины Козловой

Кроме литературного творчества –  хэндмэйд различного свойства. Есть такая фирма —  «Скифская этника», она делает бижутерию на основе форм и орнаментов из археологических находок. У  них можно приобрести детали и собрать  что хочешь,  на свой вкус. Ну и получается у меня такое:

А ещё люблю гулять по лесу и купаться в речке

— Как происходят встречи с читателями?

Конечно, я  есть в интернете. Стихи.ру, «Поетичні майстерні. Самвидав» , еще какие-то сайты….  Недели две назад мои стихи разместила Виктория Осташ на сайте возглавляемой ею киевской литературной студии «Перехрестя». Как-то оно все само собой складывается. Я не ищу читателя. Всегда было так, что подолгу держала то или иное стихотворение «в столе», часто читала одному-двум людям и мне, как автору, этого бывало достаточно. А уж если мои стихи печатала литературная страница здешней газеты, так порой возникало ощущение, что это даже «шире», чем надо…странно, да? Сказала же Цветаева: «Поэзия — это не способ выразить чувства, это способ их скрыть».

— Ты великолепно доносишь свои стихи со сцены, а нет потребности выступать,  делиться энергией? 

Я вообще как бы побрякушечница. Вечно на себя навешаю каких-нибудь бусикофффф и радуюсь .

Потребности? В смысле, оттока избыточной энергии? Ну да…. Но  я делюсь энергией не только через стихи.  Делюсь – даже  не очень точно сказано, скорее отдаю. В принципе, это же у всех, ну и у меня тоже, есть потребность отдавать, ну там, рожать-учить-лечить-кормить-любить-утешать-помогать…. во всех смыслах. Стоят ли в этом ряду мои стихи и в особенности выступление с ними на публике — большой вопрос… Кстати, вот рукоделие всякое — тоже, собственно, из этого ряда. Моя мама, к примеру, видя мою какую-то работу – разное там  шитье-вязание-куколку-украшение, знаешь, что спрашивает? «Ты это  для кого делаешь?» Почему-то всегда получается, что для кого-то… куклы, так те  вообще из-под рук разбегаются,  как мыши.  Музей хочет сделать мою выставку, мне для нее надо работ 30,  а у меня больше 10 дома не задерживается…

— Как снискиваем себе хлеб насущный?

В данное время падает с неба.

— Что читаем, слушаем, смотрим?

Читаю Ирен Роздобудько, Елену Касьян, открыла для себя тонкую прозу Светланы Шахановой … на столе лежит  «Стежками Басьо» Галины Шевцовой, уже зачитанная на сгибах.  Еще тут мне Вовчик  Худенко новую повесть прислал, «Серпень» называется. Ну и перечитываю материалы, присланные на конкурс «Конотоп литературный», потому что я член жюри. Слушаю птиц.  Ну  и еще Игоря Жука,  Елену Фролову,  Zaz, в сложных случаях – Вивальди, Шнитке и Пьяццолу. Смотрю новые фотоработы моей дочери. Там вперемешку Желдаки и Неаполь…

— Как обстоят дела с окружающим миром людей и  природы?

Люблю всех, кто находится на расстоянии протянутой руки….

— Самые яркие и любимые коллеги по цеху

Ольга Башкирова, Анна Малигон, Олег Короташ, Саша Спицкий,  «La Chanson». Ольга Чикина.

— Три главных порока человечества.

Жадность, жестокость, лживость.

— Три главных   людских добродетели.

Милосердие, честность, трудолюбие.

— При каком государственном строе художнику проще всего реализовываться?

Думаю,  самореализация художника и государственный строй – это не связанные между собой вещи.

— Кто  главный  добрый критик и цензор?

Цензора у меня нет, кроме внутреннего,

Ирина Козлова и куклы…

а критику я готова выслушать от любого читателя.

— Что  или кто  является главным мотиватором?

Что такое мотиватор?… Я не знаю, оно все само как-то….

— Пожелание   миру…

Желаю точности формулировок. Мне кажется, что люди перестают понимать друг друга. Слова, как известно, многозначны, а в человеческих отношениях имеют значение оттенки и нюансы; а скорости нашей жизни таковы, что зачастую не остается времени вслушаться, вдуматься, вчитаться, понять подтекст, осмыслить контекст… поэтому важна точность формулировок. К примеру, что значит «Я подумаю»? Все что угодно, от «да» до «нет»… Ну вот и надо по мере возможности стремиться к точности формулировок. И смотреть в глаза собеседнику…

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

]]> https://creativpodiya.com/posts/765/feed 10