Основну сюжетну лінію вистави побудовано на оповіданні Остапа Вишні «Як варити і їсти суп з дикої качки». Досить органічно вплітаються у нього усі інші, додані до сценарію, «мисливськи усмішки».

У виставі «Борщ» всього дві дійові особи: Дядько (Володимир Назаренко, Дмитро Некрасов) и Жінка (Наталія Дехта).

Д. Некрасов у ролі «Дядька» у виставі «Як варити і їсти борщ з дикої качки».

Ці персонажі майже завжди в емоційній взаємодії. То це чоловік та дружина, а в іншу хвилину — вони вже дорослий син та мати. Іноді вони сусіди. А буває так, що і незнайомі, але однаково небайдужі один до одного люди. Союзи чоловіка та жінки різноманітні, просякнуті барвами почуттів від потаємних та глибинних до миттєвих і поверхневих.

Остап Вишня — своєрідний народний мудрець, який розуміє про життя все. Бачить його  нібито зсередини і геніально передає це знання-відчуття у своїх літературних текстах. Його гумор легкий, як аромат квітучого саду (можливо, тому він узяв собі псевдонім Вишня), наповнений радістю та українським колоритом, добротою та деякою наївністю. І неодмінно самоіронією — без цього у Остапа Вишні нікуди не можна.

Раніше ми писали: Остап Вишня. Время и судьба

Чи вдалося це справжнє почуття щедротного світу українського народу донести до глядача акторам? Вирішувати глядачам, театр – це живе мистецтво. И кожного разу воно має різне наповнення.

Ми бачили виставу, де роль «Дядька» виконував режисер цього спектаклю Дмитро Некрасов, але є велике бажання подивитися версію за участю Володимира Назаренка. Маємо внутрішню впевненість, що отримаємо ще більше задоволення. Неповторно гармонійна у ролі «Жінки» Наталя Дехта. Вона розкута, весела, блискуча і, на наш погляд, є тією сполучною ниточкою з глядачем, що задає тон та підтримує контакт.

Н. Дехта та Д. Некрасов у виставі «Як варити і їсти борщ з дикої качки».

А ще глядачу вирішувати: чи вдалося творцям вистави створити атмосферу священнодійства, яким наділяється процес полювання та інші, майже ритуальні дії, того самого «дядька», якій бажає, хоч недовго побути на самоті у світі своїх захоплень.

Питань багато. Та відповіді є. І вони цікаві.

Наприкінці вистави глядач зможе приєднатися до частування борщем і обов’язково візьмє з собою частинку української вдачі.

Спектакль поставлено на експериментальній сцені. Тижнем раніше, тут же була презентована вистава «Легені», докладніше читайте у материалі: У Сумах щепкінці продовжили театральний сезон експериментом.

Джерело: медіа портал АТС creativpodiya.com

Фото: Лариса Ільченко

В формате спектакля на камерной сцене публике были представлены фрагменты двух постановок Алексея Желудкова — музыканта, режиссёра, актёра — «Смех лангусты» (о жизни знаменитой актрисы Сары Бернар) и «Театр времён Нерона и Сенеки».

Конечно же,  вечер не оставил равнодушными зрителей, радушных хозяев и самих участников встречи. Далее —  одно из впечатлений о событии. 

«Жить — это видеть, как все повторяется»

Асорин

Это было очень давно, если мерять это расстояние маленькой человеческой жизнью. Хотя детство кажется таким далеким, и все, что произошло в нем – оно было с кем-то другим, но не с тобой. Потом, чуть ближе юность, молодость и так — все ближе и ближе, все горше и горше.

Но сейчас не о том, а о Суок. Это было в 1994 году, когда я купила билет на спектакль «Эдит Пиаф». В театре Щепкина на меня произвели впечатление два спектакля – «Эдит Пиаф» с Натальей Дехтой в главной роли и спектакль о Марии Каллас «Мастер-класс» с Татьяной Васильевой.

Но сейчас о Суок.

«Какая удивительная кукла! Какой умный мастер её создал! Она не похожа на обыкновенную куклу. У куклы обычно голубые вытаращенные глаза, не человеческие и бессмысленные, вздёрнутый носик, губки бантиком, глупые белокурые кудряшки, точь-в-точь как у барашка. Кукла кажется счастливой по виду, но в действительности она глупа… А в этой кукле нет ничего кукольного. Клянусь, она может показаться девочкой, превращённой в куклу!»

Доктор Гаспар любовался своей необыкновенной пациенткой. И всё время его не покидала мысль о том, что где-то когда-то он видел это же бледное личико, серые внимательные глаза, короткие растрёпанные волосы. Особенно знакомым ему показался поворот головы и взгляд: она наклоняла голову чуть-чуть набок и смотрела на доктора снизу, внимательно, лукаво…»

Стоп. Вот именно. Эта миниатюрная, тоненька, как девочка, актриса показалась мне той самой, но живой девочкой Суок — трогательной, ранимой, боящейся испортить все, и в тоже время так уверенно ведущей главную партию, показывая жизнь гения. Постановка было сильной по впечатлению, как и игра актрисы — сильная, сбивающая внутренний спокойный повседневный ритм. После спектакля шла домой, спотыкаясь и не замечая прохожих, город, да и среди домашних не сразу опомнилась и делала, то, что положено автоматически, взволнованная судьбой человеческой. Ведь любой гений – это, прежде всего судьба и начинается она весьма рано – не такая. Но как довести зрителя до впечатления, чтобы он сделал ту самую попытку проникновения в тайну бытия Гения на Земле – это тоже тайна, и в актерской судьбе не частое событие. Для этого события через роль должна проявиться индивидуальность актрисы, ее «Я”, быть Другой, быть Гением — это колоссально трудно и мучительно, как мучительна жизнь вообще и вдвойне, когда берешь на свои плечи чужую. Впечатление было таким, каким должно быть от театра, иначе бы его не держала память столько лет, ведь театралкой я была в Питере, сейчас я больше пациентка.

Сара Бернар.

О ней знаю мало. Известная французская актриса. Жанна Самари. Огюст Ренуар… Вот именно, как сказал Алексей Желудков – имя нарицательное — Сара Бернар. И все. Можно прочесть. Материала много, так же как и мнений о ней, о ее таланте – самых разных. Но то, что это стало именем нарицательным, никто не может спорить и сценическая зарисовка — это опять попытка понять чужую и через нее и свою судьбу и все дело в средствах – в умении показать Сару Бернар, как если бы она взяла и вошла в Дом Иры Проценко. И — Она вошла – претенциозная, манерная, эгоистичная, эксцентричная звезда Сара Бернар, по – человечески страдающая от духоты и жары, от старости и болезней, от одиночества и от самой себя, от ежедневных постановок в своей собственной жизни и вовлечение в эту свою круговерть всех, кто оказался рядом. Трудно ей справится с этим перпетуум-мобиле внутри. Как сказал один еврей — миллионер до шестидесятилетнего возраста ничем не болевший, а потом вдруг почувствовавший недомогание и на замечание доктора – ну, все-таки у вас уже возраст – ответил – какой возраст, он может быть у других, а я буду жить вечно.

Вот это желание жить! Жюль Ренар отмечал: «У Сары есть правило: никогда не думать о завтрашнем дне. Завтра — будь что будет, хоть смерть. Она пользуется каждым мгновением… Она глотает жизнь. Какое неприятное обжорство!..». Вот этот напор, вот это состояние вечной жизни, вечной потребности жить, “заточенность” на нее – вот это в игре Дехты было! Вот тогда я ее и вспомнила в Эдит! Это умение войти вот так в роль – оно не пропадает, нужны только роли, чтобы это сделать и с нами тоже, чтобы почувствовать Сару вот так вот — рядом!

«Нравственные письма к Луцилию”. Кемеровское книжное издательство. 1986 год. Тогда же и прочла, выбрав, конечно же по имени – Сенека.

« Так и поступай, мой Луцилий! Отвоюй себя для себя самого, береги и копи время, которое прежде у тебя отнимали или крали, которое зря проходило. Сам убедись в том, что я пишу правду: часть времени у нас отбирают силой, часть похищают, часть утекает впустую. Но позорнее всех потеря по нашей собственной небрежности. Вглядись-ка пристальней: ведь наибольшую часть жизни тратим мы на дурные дела, немалую — на безделье, и всю жизнь — не на те дела, что нужно. Укажешь ли ты мне такого, кто ценил бы время, кто знал бы, чего стоит день, кто понимал бы, что умирает с каждым часом? В том-то и беда наша, что смерть мы видим впереди; а большая часть ее у нас за плечами, — ведь сколько лет жизни минуло, все принадлежат смерти. Поступай же так, мой Луцилий, как ты мне пишешь: не упускай ни часу. Удержишь в руках сегодняшний день — меньше будешь зависеть от завтрашнего».

Это кредо жизни для мыслящих, чаще всего остающееся на прочитанной странице. Но написано – навсегда, для всех. Должно быть это «для всех» и смущало Нерона — должно быть только для него, только он, только его, только что он…. И это так же всем знакомо и близко. Карабкаться с ослиным упрямством к Христу, обрывая ногти… Нет уж, поживу для себя… о себе…

Этот мини-спектакль по Радзинскому был напоминанием об эгоизме, о нем в каждом из нас. И это впечатлило который раз – не забывайте и целей будете. И доносить этот текст до нас Алексею Желудкову было трудно – это в который раз пропустить и заучить в себе …для нас. Чтобы мы реагировали на все, что несправедливо в мире не только по отношению к себе любимым, иначе, обязательно, прийдет серенький волчек и ухватит за бочок уж тебя самого. Сыграно в полную силу и брошено нам наотмашь, как пощечина, отрезвляюще и честно.

 *Гением римляне называли духа-покровителя каждого мужчины, вместе с ним рождающегося и умиравшего.

Спасибо вам, друзья, Наталья Дехта и Алексей Желудков.

Во-первых, всё, что происходило до начала. Театр, для зрителей,   как и положено, начался с «вешалки». Служащие  провели нас по театральному лабиринту, передавая из рук в руки, как разведчики-подпольщики и,  в итоге, вывели на сцену, которая в данном случае была не сценой, а зрительным залом. Атмосферу дополнило освещение. Оглянувшись вокруг, мы с удивлением обнаружили, что лица зрителей очень напоминают лица мертвецов в морге.  Что было очень логично, ведь действие пьесы происходит в аду. Так аж даже страшновато стало….

А затем началось действие. Сразу согласимся с жюри «Сумской Мельпомены», которое высоко оценило  оформление спектакля художником-постановщиком театра им. Щепкина Ларисой Аполлоновой.  

Как и  обрадуемся открытию. Дебют Анны Кобец, в качестве актрисы, показался более чем удачным. Эстель в её исполнении — убедительная, очаровательная, игривая, соблазнительная, отвратительная, жалкая — иными словами — живая, если, конечно, можно так выразится о персонаже, пребывающем в загробном мире. Монолог об убийстве ребёнка потрясающий. Приятно удивила свежая, непохожая на стандартную сумскую, техника и пластика актёрской речи. Очень захотелось в будущем увидеть ещё другие актёрские работы Анны. Как  пел Высоцкий: «Если будет выступать – я пойду смотреть». Обязательно.

Было несколько замечательных мизансцен. Понравилось, в частности, режиссёрское решение с  расположением вверху оконца, через которое падает свет, а персонажи наблюдают жизнь, текущую уже без них. Ну чего-чего, а фантазии и оригинальных режиссёрских находок у Анны Кобец хватает. Это видно по всем её спектаклям.

В последние 10 минут примерно, после слов «я — трус» и до конца действия, великолепен Сергей  Федосенко. Точнее, в это время на сцене вместо актёра, старательно играющего журналиста Гарсэна, на сцене как бы  появляется сам Гарсэн. Исчезает из голоса порыкивающая тараторка, на которой актёр произносил, а точнее – выбрасывал в зал, свои реплики до этого. Вместо неё появляется  мастерское интонирование, обертона и краски, эмоции в каждом слове, а не только  в общей тональности произносимой  фразы.   Иначе говоря, актёр преображается. Интересно, почему нельзя было так играть весь спектакль?

Трактовку роли Инес Натальей Дехтой я не понял. И это досадно, потому что помню «Смех лангусты» и прекрасную игру этой актрисы в дуэте с Сергеем Мединым. И вопрос даже не в том, что Инес у Сартра  — лесбиянка-интеллектуалка, а персонаж Натальи Дехты одинаково мало соответствует и первому и второму.  Хуже то, что с Инес, за время  её присутствия на сцене, ничего не происходит. Как вышла в образе «у меня конфликт со всем миром», так и ушла. Может  это  режиссёрская недоработка?

Я не зря так долго говорил на тему актёрской  игры. Пьеса Сартра концептуальна. В ней имеется чётко выраженная идея — все наши беды и радости связаны с другими. И если трое навсегда оказываются запертыми в  комнате без окон, зеркал и надежды – они друг другу — ад. А дальше это надо было сыграть. И вот я не уверен, что получилось. Скорее осталось ощущение просмотра  мелодрамы.  Герои как–то делились друг с другом событиями своих жизней,  как-то пытались вступать в какие-то отношения, а потом всё закончилось.  И осталось впечатление, что если бы куда-то отправить эту злобную Инес, то Эстель с Гарсэном прекрасно бы провели время. И в этом главный конфликт. А ведь он не в этом.

Или в этом? Ведь всё критическое, что я говорил, имело бы смысл, если бы спектакль действительно был попыткой проиллюстрировать мысль, которую Сартр вложил в уста Гарсэна: «Ад- это другие». Но в том-то и  магия великих драматургов, что их пьесы нельзя просто разучить по ролям и разыграть на сцене.  Рисковое это дело. В какой-то момент пьеса оживает и начинает играть актёрами. Таков  экзистенциальный театр, апеллирующий к иррациональности человеческого бытия. 

Вот и в нашем случае, на сцене не случилась ситуация, когда три равнодушных в начале человека в итоге начинают люто, до отчаяния, ненавидеть друг друга, что и есть ад. Зато произошло другое. С какого–то момента стало нарастать ощущение, что если бы однозначное зло, олицетворяемое Инэс,  ушло, исчезло,  испарилось — комната бы превратилась в шалаш, а ад в рай для двух влюблённых — Гарсэна и Эстель. И тогда становится понятным   внезапное «оживание» Гарсэна, о котором я говорил выше. Он влюбился! И  абсолютно органично смотрится Инэс, как олицетворение агрессивного, неусыпно наблюдающего мира, который не позволяет влюблённым обрести счастье вдвоём……. И пасьянс складывается! Вот так играет с актёрами и зрителями психологический театр.  

Вероятно, спектакль ещё дозревает, оформляется, набирается, как плод к осени, вкусов, красок и оттенков.   Интересно будет взглянуть на него через пару лет, когда актёры уже будут существовать на сцене легко,  акцентируясь не на общем потоке речи и движения, а на нюансах, штрихах и деталях. Но всё равно сколько бы раз они его не играли, скорее всего, каждый новый показ будет совсем другим спектаклем. Точнее,  спектаклем о другом, о других. Потому что наш Ад (как,  впрочем,  и рай) — это другие.  

Такое непростое впечатление осталось после посещения очень непростого спектакля. И мне кажется, что в этом и состояла цель режиссёра. А иначе бы она ставила водевиль.

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

]]> https://creativpodiya.com/posts/1791/feed 3