Ниже мы публикуем впечатления о выставке одного из зрителей, участника студии Данченко, Василия Клименко.

Живопись Михаила Юденкова всегда удивляет меня неожиданными и приятными открытиями. Его пленэрные работы сочетают в себе передачу мимолетных состояний природы и предельно обобщенную, емкую характеристику предметов, попавших в поле зрения художника.

При соприкосновении с его полотнам всякий раз создается впечатление, будто бы все мимолетное, все нюансы цвета и освещения нужны художнику только для того, чтобы как можно полнее обнаружить вневременные сущности предметов, сосредоточить взгляд зрителя на том, что мимо нашего обыденного сознания обыкновенно проходит незамеченным.

И вот мне представилась прекрасная возможность сполна открыть для себя еще одну грань творчества художника. Значительную часть экспозиции выставки «Город людей», открывшейся 18 марта в выставочном зале «Филантроп», составили портреты сумчан, написанные на протяжении последних 30-40 лет. На портретах было немало знакомых для меня лиц, и, признаюсь сразу, мне было приятно и интересно, то там, то здесь, узнавать знакомые мне черты.

Но еще приятнее и интереснее было вглядываться и вдумываться в некую общую особенность этих портретов, а именно, в то, что взгляд у портретируемого всякий раз оказывается сосредоточенным на чем-то внутреннем, не поддающемся точному описанию словами. Это тоже было узнавание, но совсем иного рода – уже не внешнего, но внутреннего, глубоко сродного твоей собственной душе.

В своем вступительном слове директор Агентства творческих событий Игорь Касьяненко обратил внимание на то, что, по сути, линии пейзажей Михаила Юденкова говорят о том же, что и его портреты.

Можно сказать, что в картинах Юденкова, вне зависимости от того, к какому жанру они относятся, происходит постоянное вглядывание в сущности, трудно поддающиеся описанию словами, но легко схватываемые движением кисти и оттенками цвета.

Музыкальную же форму впечатлениям от полотен художника придало выступление квартета «Чужаси». Мне показалось, что сюжеты песен удивительным образом перекликаются с линиями пейзажей художника. Кроме того, песня о звездной реке заставила вспомнить о прошлогодней выставке Юденкова «Берега», а фантастические кони из еще одной песни «переглянулись» с его же картиной «Лошади при луне». Впрочем, это уже чисто субъективные ассоциации…

После официальной части нас ждало угощение и оживленный обмен мнениями о выставке. Картины все еще не отпускали нас. Кто-то сравнивал представленные портреты с иконами, кто-то  говорил, что в них есть нечто инопланетное…. Не думаю, что «инопланетное» здесь будет правильным словом. Все это присутствует в нас, в нашей повседневной жизни. В жизни Города…. Может быть, мы просто не умеем и не хотим замечать…

Выставка  продлится до 20 апреля.

Фото: Дмитрий Симонов

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

С самого начала событий, связанных с евромайданом, постоянно ловлю себя на мысли, что мне все ближе становится позиция Александра Блока, который слушал музыку  революции и приветствовал разрушение старого мира.

Я, конечно же, не могу приветствовать разрушение и войну. Но отчетливо понимаю, что все происходящее сегодня – плата за противоречия, которые мы не смогли преодолеть до революции.

                                              Стихия

У тех, кто начинал революцию в Украине, были целиком ясные, логические требования. Но революция разбудила нечто больше, чем все логические построения разума – стихию.

Можно сколь угодно долго говорить о том, что революция – это плохо, что майдан – толпа экстремистов и т.д. Но все это будет сродни попыткам «высечь море». А море – это уже стихия, не всегда соответствующая нашим планам на будущее. По отношению к стихии нужны осторожные, точные, мудрые слова.

Кто же разбудил стихию в Украине?

Когда-то, еще в перестроечное время, я нашел в одной (не помню чьей) статье интересную мысль – о том, что после тоталитарного режима нельзя сразу переходить к демократии. Обязательно нужен определенный период авторитарного правления. Интересно, что в дальнейшем эта мысль целиком реализовала себя в ряде республик бывшего СССР. Сначала в Белоруссии пришел к власти Лукашенко. Затем в России умами людей завладел Путин.

В Украине этот вполне естественный процесс был отодвинут на четыре года «помаранчевой» революцией. Именно эта задержка и сыграла роковую роль в судьбе авторитарного режима в нашей стране. Дело в том, что у нас за время правления двух Леонидов и первого Виктора возникли те самые горизонтальные связи, появление которых делает невозможным мирное установление авторитарного правления. В данном контексте эти связи – не хорошо и не плохо. В определенном смысле, они просто выросли как сорная трава на огороде, который плохо обрабатывает хозяин.

И вот Янукович попытался обработать огород – уже не только с помощью государственного аппарата и привычных коррупционных схем, но и с применением грубой криминальной силы. Перестарался.

Мне приходилось слушать такие рассуждения: вот плохо, что евромайдан выдвинул на первый план политические, а не экономические требования. Ведь борьба за экономические права ведет к более бескровному эволюционному пути развития.

Но давайте разберемся: в период правления Януковича был майдан малых предпринимателей, были выступления афганцев и чернобыльцев. Разогнали. А нам сказали, что протестующие боролись за свои шкурные интересы. И сработало! Значит, нужно было сначала менять что-то в политике, чтобы борьба за экономические права была возможна.

А с Евросоюзом Янукович просто не вписался на повороте. Полгода внушали стране, что нужно вступать, — и вдруг разворот на 180 градусов. Маневр, уместный в рамках криминальной группировки, оказался смертельным в масштабах целой страны. Слишком велика инерция объекта!

К тому же, рейтинг Януковича был далеко не идеальный.

Евромайдан в Украине стал протестом самоорганизованного общества против попытки властей подмять это общество под себя, заменить горизонтальные связи криминальной вертикалью.

Отсюда поразительная дисциплина на майдане, который при огромном количестве собиравшихся там людей не превратился все-таки в абсолютную стихию.

                                                                    Башня

Авторитарный режим возникает там, где необходимо контролировать стихию. Его, как башню, строят на почве страха и недоверия. Но для фундамента башни нужна прочная опора.

Режим Лукашенко возник на почве экономического кризиса. Путин поднялся на волне борьбы с чеченским терроризмом. А Янукович сумел выиграть выборы благодаря противоречивым чувствам по отношению к гоголевской панночке с косой. Просто удивительно, но мистический страх перед панночкой взял верх над осознанием целиком реальной опасности со стороны рвущегося к власти криминала!

Башни строят, чтобы контролировать стихию. Но любое явление чревато своей противоположностью. Ведь перед поднявшимся на самый верх башни возникают такие восхитительные дали. Какой соблазн завладеть всеми этими пространствами! К тому же, для нормальной жизнедеятельности башни нужны не только друзья, но и… враги.

Как печально, что в России теперь все больше культивируется «образ врага». Хотя и понятно, что этот образ – естественное следствие стремления построить башню…. А опора на «образ врага» — это есть уже опора на стихию. Которая приведет неизвестно куда….

Кто же разбудил стихию в России?

Конечно же, легче всего взвалить всю вину на Путина. Но давайте заглянем немного глубже в историю.

Когда-то , в начале двадцатого века, союзники взвалили всю тяжесть в Первой мировой войне на Россию. Быть может, хотели, кроме всего прочего, ослабить конкурента экономически. В результате в России произошла революция, и возник небывалой жестокости тоталитарный режим. То же и с Германией – признали стороной, проигравшей в Первой мировой войне, наложили всевозможные ограничения. И получили Гитлера в ответ!

Не секрет, что в перестроечные и постперестроечные годы у Запада было стремление ослабить Россию. Некоторые даже напрямую говорят о том, что Россия проиграла холодную войну. Теперь Россия хочет взять реванш. Но такое стремление всегда опасно, особенно в эпоху развитых средств массовой информации.

Так что на вопрос «кто виноват?» логичнее всего ответить: «Все мы».

                                                                                                                   Корабль

Что же делать? Я бы сказал, что нам нужно немножечко наступить на горло своим всевозможным «Хочу!». « Хочу в Европу!», «Хочу быть вместе с Россией!», «Хочу, чтобы у нас было честное правительство!» И даже «Хочу, чтобы война побыстрей закончилась!» Все эти «Хочу!» так или иначе подогревают стихию. И ведут к новым жертвам.

Война не закончится, пока не будут исчерпаны породившие ее противоречия. Украина не может не отстаивать целостность своей территории – так как это угроза для самого существования государства. Россия, выбравшая путь построения башни, не может не претендовать на роль хозяина постсоветского пространства. К этому подталкивает инерция общественного сознания, сформированного в годы правления Путина.

Вот почему я вспоминаю Блока. А еще – Мандельштама.

B ком сердце есть — тот должен слышать, время,
Как твой корабль ко дну идет.

В последнее время мне все чаще кажется, что мы боремся за свободное место на палубе тонущего корабля. Может быть, это и хорошо. Иначе повсюду началась бы такая паника! В конце концов, вполне возможно, что корабль все-таки спасется…

Но если может быть на чьей-либо стороне правда, то какая? Абсолютная? Или все же сиюминутная и историческая?

Мне кажется, нынешнюю ситуацию в мире хорошо передают две первые строфы известного стихотворения Николая Гумилева. Два героя: Созидающий башню и Разрушающий башню. Оба по-своему правы и неправы. Строки из стихотворения Гумилева звучат как приговор.

Созидающий башню сорвется,

Будет страшен стремительный лет,

И на дне мирового колодца

Он безумье свое проклянет.

Россия созидает башню или, по крайней мере, декларирует принципы, которые соответствуют такому созиданию: сильная вертикаль власти, защита традиционной культуры и религии. Но башня ведь не есть еще храм. Она есть скорее попытка утвердить свое «Я» в коллективном «Я» государства и народа. Не будем говорить, сбудется ли пророчество Гумилева. История покажет.

Разрушающий будет раздавлен,

Опрокинут обломками плит,

И, Всевидящим Богом оставлен,

Он о муке своей возопит.

Западный мир вот уже долгое время занят разрушением башни. Для них главное, чтобы никто никому не мешал, и чтобы вертикаль башни не… напрягала. Для этого нужны послабление моральных принципов и свобода сексуальных меньшинств. Но свобода и самоутверждение отдельного «Я», возведенные в абсолют, превращаются в свою противоположность. Впрочем, не будем спешить с выводами. Время рассудит по-своему.

То, что происходит сейчас в Украине, сравнимо с сюжетом романа Братьев Стругацких «Обитаемый остров». Максим Каммерер разрушает башни, подавляющие способность человека самостоятельно мыслить и делать свободный выбор. Он готов разрушить их, даже не задумываясь о том, что будет после. Но он гораздо симпатичнее нам, чем благоразумный Сикорски, считающий, что с разрушением башен нужно было бы еще повременить…. Мы соглашаемся с ним разумом, но не душой, и то лишь на короткое время.

Напрашивается сравнение: Майдан – Каммерер, Путин — Сикорски. Все-таки недаром Бондарчук показал в своей экранизации, что два героя не спорят, а самым настоящим образом дерутся друг с другом. А представим на минуту, что Каммерер и Сикорски – братья по крови. Воспитанные в одной среде, но со временем ставшие различными по своим мировоззрениям. Легко увидеть в брате, который придерживается иных взглядов, «обезьяну Бога». Тем более если сам подсознательно ставишь себя на место Бога. Тогда в брате видишь «империалиста», «бендеровца» или еще кого пострашней. По крайней мере, воспринимаешь его как «автомат Странников»…. Мы, украинцы, и есть сейчас в глазах россиян именно такие «автоматы Странников», то есть, Америки и Западной Европы.

Кстати, Странники, пытающиеся, по версии Братьев Стругацких, завладеть земной цивилизацией – существа мифические. Но они меняют свою политическую окраску – в зависимости от целей, преследуемых теми, кому это выгодно. А Сикорски, гоняющийся в повести «Жук в муравейнике» за Странниками и их подкидышами, гораздо менее симпатичен, чем Сикорски на Саракше.

Мы восхищаемся Каммерером, но вслед за ним приходят более опасные разрушители, которые могут воспользоваться его обаянием. Нужно быть бдительным.

Так что же делать с башней? Опять «казнить нельзя помиловать»? Хорошо поэту! Он может погрузиться в прошлое, отыскать башню и, поднявшись на самый верх, вглядеться в такие дали…. А потом, вернувшись в настоящее, возрадоваться вместе с большинством, разрушившим этот символ самовластия. Главное – и в одном, и в другом найти частицу свободы. И сложить все это в единый образ.

Плохо, когда льется кровь, когда брат идет войной на брата. Но остановить войну можно, только если отвоюешь в себе частицу любви и свободы.

В стихотворении Гумилева есть еще один герой:

А ушедший в ночные пещеры

Или к заводям тихой реки

Повстречает свирепой пантеры

Наводящие ужас зрачки.

Кто это? Может, созерцательный житель Востока? Или тот, о чьем существовании мы пока не подозреваем. Возможно, он еще скажет свое слово. Время покажет.

Стихотворение заканчивается совсем печально.

Не спасешься от доли кровавой,

Что земным предназначила твердь.

Но молчи: несравненное право —

Самому выбирать свою смерть.

Несмотря на все происходящее сегодня, не хочется все-таки быть пессимистом. Хочется верить в возможность выбрать жизнь и свободу.