В центре Киева на ул. Франко устанавливают перила с цитатами из произведений украинских писателей и поэтов.

Необычный арт-объект под названием «Теплые перила» должны были установить еще в январе 2015 года.

Авторы проекта планировали заменить пешеходные перила вдоль тротуара и крутой лестницы по обеим сторонам улицы Ивана Франко, где ежедневно сотни киевлян поднимаются на ул. Ярославов Вал.

Подробнее о проекте мы писали: В Киеве появятся литературные перила

На дворе март, на установленных частично новых стальных перилах лазерной гравировкой нанесены тексты украинских писателей, например, Софии Андрухович.

Общая длина перил должна быть 112 метров, и главная их идея — согревать руки людей в холодное время года.

«Пока что перила не закончены: ни чётная сторона, ни нечётная. Ждём» — сообщила киевлянка Юлия Бевзенко на своей странице в соцсети Facebook.

Его авторы планируют до старого Нового года (14 января) заменить пешеходные перила вдоль тротуара и крутой лестницы по правой стороне улицы Ивана Франко, где ежедневно сотни киевлян поднимаются на ул. Ярославов Вал.

На новые стальные перила, при помощи лазерной гравировки, нанесут стихи и рассказы украинских писателей и поэтов. Первые стойки перил уже начали монтировать. Сделать их теплыми планируют уже до конца зимы, а в следующем году обещают заменить и вторую часть — по левой стороне улицы.

«Мы работаем над реализацией этого проекта уже два года. А сейчас вышли на финальную стадию: собрана вся разрешительная документация, и перила мы установим уже к 14 января. Общая протяженность перил — 112 метров, они будут из нержавеющей стали. А самое главное — теплыми! И каждый человек, поднимаясь по крутой улочке, сможет согреть свои руки от холода», — рассказал автор проекта, архитектор Иван Мельничук.

«Любознательные граждане также смогут почитать стихи и мини-рассказы украинских писателей и поэтов, которые мы нанесем на перила при помощи специальной лазерной гравировки. Перила будут поделены на секции, разделенные стойками: на них будут выгравированы имя и фамилия писателя, а их произведения будут нанесены поверх каждой секции, чтобы было удобно читать. Шрифт выбирали на конкурсе среди киевских студентов», — добавил он.

Закажи индивидуальные поздравления по любому поводу в  Магазине стихов на заказ 

По словам архитектора, это будут лирические стихи, а также философские, поучительные и смешные мини-рассказы о необычных жителях улицы.

«На его создание собирались средства в Польше и в Украине. Мы планируем оборудовать перила спецоборудованием, которое будет их нагревать до температуры +28 °С. Также будут установлены датчики, которые будут выключать электричество ночью, когда по улицам никто не ходит. Ну и, конечно же, в теплое время года перила подогреваться не будут. Мы уже подали техусловия проекта в «Киевэнерго», и получили от них одобрительный ответ. Но пока я не готов сказать, когда новые перила станут теплыми. Я надеюсь, что до конца зимы. Но, возможно, подключение перенесем на следующий год», — говорит Мельничук.

Вдоль перил установят отбойник, чтобы их не таранили машины.

− Ах, как больно! Они жалят меня в самое сердце! – простонала Роза.

А в это время мимо пролетала бабочка Павлиний Глаз.

− Кто это стонет? – спросила бабочка и увидела Глорию. – Какая ты красивая! – восхищалась бабочка Розой.

Бабочка подлетела к цветку и стала своими крылышками отгонять назойливых пчел.

− Спасибо, спасительница! Как тебя зовут? – спросила Глория бабочку.

− Павлиний Глаз, – ответила бабочка. – Позволь мне заботиться о тебе. Больше тебя никто не обидит!

С тех пор они так и жили. Роза Глория и бабочка Павлиний Глаз. Бабочка своими крылышками отгоняла назойливых пчел, а Роза дарила ей свою красоту и аромат.

Автор:

Надежда Фокина

г. Черкасы

Сняла девочка со своей косички ленточку, туго-натуго привязала веточку к березе. Стало березке легче. Ветерок осушил ее слезы, солнышко своими лучиками погладило ее по листочкам. Прибавилось сил у березки. Подняла она свои веточки так, чтобы Вася больше не смог достать их и ломать, как он это делал прежде. А когда Вася подрастет, то поумнеет и поймет, что дереву тоже бывает больно, когда его ранят.

Автор:

Надежда Фокина

г. Черкасы

Жил-был на свете обычный парень Иван.  И  решил  он однажды, что пришла пора ему жену себе взять.  Обул тогда Иван свои парадные лапти и пошёл выбирать  подходящую невесту. Идёт себе, посвистывает, вдруг смотрит —   домик. А на  нём надпись —  «Женское общежитие».

 — Ну,  — думает Иван, —  сюда-то мне и надо.

Заходит и видит три двери,  а на них написано —   «Василиса Премудрая», «Василиса Прекрасная» и «Василиса Пребогатая».

Прочитал  надписи Иван и понял, что выбирать не из чего. С премудрой будешь себя всю жизнь дураком чувствовать,  с прекрасной – от ревности   помрёшь раньше сроку,  кавалерам  замучаешься   морды бить. А богатейка будет постоянно  намекать, что бедного пригрела….

Но больше дверей не было. Расстроился Ваня, пригорюнился и решил, что ему,  наверное,  теперь век  одному вековать.  И тут  подходит  к нему  соседская девушка  Маша. Обычная такая девушка. Ваня  привык её малой девчонкой  видеть не улице, с подружками  в детские игры играющей. А тут смотрит – подросла Машка, Марьей стала…

 — Чего Иван пригорюнился? – спрашивает Маша.

 — Да вот  — вздыхает Иван,    —  нет мне невесты нигде. Всем я не пара. Со всеми мне как-то не так.

 А Маша ему в ответ:

 —  Ваня  взгляни в мои глаза. Я знаю как решить твою  незадачу.

Глянул  Иван в Машины глазки – а там  отражается не Ванька-деревенский парень, а добрый молодец, красавец и  силач, в богатом убранстве, на белом коне  и   умный-умный такой. 

 —  Женись на мне Ванечка —  говорит тогда  Маша,  –  и всегда будешь так отражаться в моих глазах. И пока  в них отражаться  будешь – всё тебе будет  нипочём  в жизни,  и все преграды будут  пред тобой  сами падать,  и  птица счастья на твоём плече  гнездо себе совьёт и птенцов выведет.

 Поверил Иван Маше, сыграли они свадьбу.  И  вскоре  разбогател Иван Иваныч, закончил  биологический факультет  Оксфордского университета  и победил в конкурсе «Мистер сказочная Вселенная». А потом стал  знаменитым учёным  и  вырастил в честь  себя и  Маши  новый цветок, который так и назвал «иван-да-марья».

Вот что любовь с нами, детки,  делает. А живёт  она,  любовь-то, в глазах у обычных девочек.  Там её и ищите.

Автор:

Игорь Касьяненко

г. Сумы

Как и все дети,  она  любила гулять  по полям,  играть в прятки  с  бабочками  и  любоваться  цветами. Но больше всего  ей  нравилось  бегать.

Еще  задолго  до  того, как  в домике, который  стоял под  Светлой  горой,  загорался  свет  и  просыпался  Дядюшка Утро, она  выходила  на  улицу  и  устремлялась навстречу восходящему  солнцу.

От  ее  бега  клонилась  травы, в  волшебном  танце  кружились  опалые  листья.

Каждый  раз на  ее  пути  встречалось  большое  голубое  озеро. Возле его края она замедляла свой бег и, как это обычно делали дикие козы, затаив дыхание, заглядывала вглубь. Там  глубоко – глубоко  вместе  с  рыбами  и водорослями плавало  голубое  небо.

Радуясь, она  иногда  прикасалась к  этому  Несказанно  Нежному  и  Ласковому, и  тогда на поверхности  появлялись  маленькие  морщинки – волны. Озеру  было щекотно  и  оно смеялось.

Но время шло. И клумба цветочных часов вскоре почти опустела. Лишь в одном месте большим  матовым  пятном на  фоне опавших листьев  светились  хризантемы – последний час осени.

День, который  в  прозрачном покрывале сидел  на  вершинах  деревьев и  гор, поджал ноги  и  стал  короче ровно наполовину.

Все раньше стал приходить домой Дядюшка Вечер. В свой домик под Черной горой он возвращался угрюмым, неуютным и холодным. Он быстро зашторивал окно Дня и затапливал печку.

Иногда  через  дымоход  проскакивали  тлеющие  угольки. Порой они  подымались  высоко – высоко и  тогда  сквозь осеннюю  мглу  они  поблескивали  на  небе желтыми  звездочками.

Она  и  ее старший Брат Дождик  в  их  мерцающем  тусклом  свете  гуляли по лесным  тропинкам,  шуршали  опавшими  листьями  и  осыпали  окна  мелкими  дождинками.

Стало холодно. И однажды, когда робкий Рассвет потревожил  заспавшего Дядюшку Утро, она увидела, как  с  неба  на землю в  медленном танце опускались маленькие  пушинки – это из далекого Севера,  осыпая землю белыми  листьями  небесных берез,  возвращалась ее  дальняя  родственница — Бабушка Зима.

Озеро  все  чаще  морщилось  от  холода,  и  Бабушка  велела  внучке  укрыть  его  толстым белым  одеялом.

Три  зимних  братца  побывали  у  нее  в  гостях. Первым  с  опозданием  прибыл  на  усталой  белой  лошади  Декабрь,  Январь,  запыхавшись,  прискакал  на  резвом  скакуне,  а  последним   Февраль   на  необъезженном  норовистом  жеребце.

Завьюжив,  укрыв  белыми  пастелями  все  просторы,  они  отправились  вдогонку  за  Новым  Годом. День  также  решил  размять  свои  закоченелые  ноги  и  однажды  встал  в  полный  свой  рост.

Наконец-то  проснулся  неутомимый  Капельник,  который  сразу  же  принялся,  скрупулёзно  подсчитывать  все  падающие  капли.

Наблюдая  за  сказочным  миром,  Солнце  невольно  улыбнулось  своей  теплой  широкой  улыбкой.

Пришла  Весна…

Ранним  утром  девочка  вновь  стояла  на  краю  голубого  озера  и,  затаив  дыхание,  наблюдала,  как  сизые  облака  клубились  над  его  бескрайной  гладью.

В  его  густой  непроглядной  пелене  был  слышен  взволнованно-радостный  трепет  множества  птичьих  крыл – это  Синее  и  Несказанно  Нежное,  воспрянув  от  зимнего сна,  возвращалось  на  Небо.

Автор:

Сергей Коровенко

г. Сумы

И вот приблизился их день рождения, настоящий юбилей − сестричкам исполнилось по 300 лет.

— Ой! Я хочу настоящего праздника! Давай сделаем так, чтобы всем было хорошо, − сказала одна сестричка, которую звали Зрелище.

— Прекрасно! А я тогда соберу отовсюду много подарков для всех, − сказала вторая сестричка, которую звали Воровство.

Сестричка Зрелище полетела выбирать самое большое, самое видное дерево, возле которого можно будет устроить замечательный праздник. Сестричка Воровство полетела по дворцам культуры всей земли и взяла оттуда 300 русских баянов и китайских аккордеонов.

Наступило 300-летие. Множество людей собралось на праздник под громадным зеленым деревом, на котором висели 300 баянов и аккордеонов. Легкий ветерок по имени Бриз раскачивал баяны с аккордеонами, и из них лилась прекрасная музыка. Люди очень радовались, пели и танцевали.

Все было бы хорошо, если бы не было свете двух самозарядных ударно-спусковых братьев ТТ. Их звали Тайфун и Торнадо. Они не любили сестричек и внезапно налетели на праздник. Тайфун и Торнадо сорвали с женщин чепчики, с мужчин шляпы, а с дерева все листья и всю музыку. 300 баянов с аккордеонами полетели вниз на открытые головы людей без чепчиков и шляп, и убили 299 человек насмерть. Выжил только один пекарь. Дело в том, что у него у самого вчера был день рождения и он пришел на общий праздник с чугунной головой. Баян не смог проломить его голову и разломался об неё сам.

С тех пор пекарь не ходил ни на какие зрелища, не любил музыку, и свои очень вкусные пирожки, в которых мяса было больше, чем теста, выпекал молча.

Становилось тихо в гримерной и в комнате, где музы­канты оставляют свои инструменты. И вдруг:

—   Апчхи! Прошу б-беня извидить. Насморк, понимае­те — ли… .

—   Ах, Гобой! — сказала Скрипка, — когда вы, наконец, выздоровеете и перестанете гундосить?

—   А я вас попрошу! Не чихайте в мою сторону! — пропищала Флейта.

—   Да не ругайте вы его! — прохрипел Контрабас, — У ме­ня тоже горло болит. Это всё сквозняки.

—   А ещё потому, что у музыкантов нет денег нас ле­чить, — грустным голосом проговорил Альт.

—   Не знаю, не знаю… Мой хозяин меня бережёт, пото­му, что я — самая главная. И я совершенно здорова! — уве­ренно произнесла Скрипка.

В комнате поднялся шум недовольных голосов. Все переглядывались, перешёптывались. То и дело слышалось: — Ах, какая задавака эта Скрипка!

Мы   все   здесь   главные!   Мы   все…   Мы главные.

И только дирижёрская Палочка молчала.

— Какая разница, кто главный? Главное — кто богатый! — сказал Саксофон, поблёскивая золотом, и добавил:

— А ещё у меня футляр новый. Во какой!

— Ух, ты!

— Эх!

— Вот это да! — слышались восхищенно-завистливые возгласы.

— Подумаешь! Зато мы завтра лучше всех сыграем свою партию! — дуэтом сказали Трубы.

— А мы лучше вас,  потому что мы  громче! — прогремели Барабаны и Литавры.

— А мы…

— Апчхи!

Луч солнца заглянул в окно. Начался новый день.  Пришли музыканты, бережно взяли свои инструменты и вышли на сцену. Появился дирижёр в чёрном фраке, а в руках у него — Палочка. Та самая, которая молчала. Вот он взмахнул ею, и свершилось чудо — зазвучала музыка!

Палочка заговорила: она показывала инструментам, где нужно вступать. И скрипка, и гобой, и трубы, и литав­ры — все играли замечательно, делая этот мир радостнее и счастливее. А слушатели дарили музыкантам цветы и в благодарность долго-долго хлопали в ладоши…

Автор:

Юлия Лесина

г. Сумы

 Цитата:

«С тех пор Волк живет один в лесу и воет каждую ночь».

Долго ли, коротко ли выл волчик, жалуясь на свою судьбу? Слушали его друзья, печалились вместе с ним, и наконец, решили ему помочь – ежик, медведь и сорока. Собрались они на опушке леса, и стали советовать.

Ежик и говорит:

— Давайте всем лисам из колючих шишек устроим засаду-крепость. Упрячем их туда, может быть они и поумнеет и перестанут хитрить?

А волчик отвечает:

— Нельзя. Они хоть они и коварные лисы, но на них хозяйство, дети.

Тогда медведь предложил свой вариант:

— Давайте мы их напугаем лесным законом. И останутся они одни, не будет у них друзей и помощников.

А волчик помыслил широко и глубоко и отвечает:

— Нет, нельзя. Ведь лисы – общественницы, и лесу тоже приносят пользу.

Пришел черед советовать сороке. И задумалась сорока, не зная, что сказать. Но вдруг вспомнила:

— Слышала я тут, что появился мудрый бобер. Он-то наверняка знает, как помочь волчику.

И отправились все к бобру. А тот был очень занят, ведь он строил запруду для ловли рыбы. Что оставалось делать друзьям – терпеливо ждать. Ждали-пождали и уснули. И снится волчику сон, будто у него отрасли крылья, и что он летает над землей и видит, как трудно живется многим лесным обитателям. И так ему стало всех жаль, что он начал помогать всем, всем. То белочке соберет орешков на зиму, то мышку спрячет под свои крылья от злого лиса и даже поможет соорудить ей уютную норку. То потерявшихся зайчат вернет опечаленной маме. И так много добрых дел сделал волчик во сне, что и забыл про свое горе. И тогда прошел слух по всему лесу, что он – самый мудрый и смелый.

Но недолго длился сон волчика, т.к. бобер, закончив работу, растормошил уснувших друзей и спрашивает их:

— С каким вопросом пришли?

— Да, вот попал я в сети лисьего коварства и совершил ужасное, – вздохнув, ответил волчик. – Не удержался, вой-вой-вой….

Но бобер перебил волчика, потому что был проницательным бобром и все знал наперед, и говорит ему:

— Знаю твое горе. Но не только это горе-горькое мучает тебя… н-да… беде уж этой не поможешь. Но еще более мучает тебя сон, который ты только что видел. А сон этот про то, что у тебя вырастают крылья! Но ты же хочешь, чтобы они были у тебя наяву?! Вот и мучаешься. Однако… бывают и чудеса…. Но ты не жди чудес, ведь ты умный, добрый, а значит, можешь быть полезен – и с крыльями, и без них. А потому, перестань выть на луну и пить водицу из колдовского огненного ручья. И вообще перестань думать о себе, о своем горе, и начинай сейчас же делать все то, что ты делаешь во сне.

Задумался волчек: «Как же не выть-то, ведь тоска…» А бобер ему и говорит:

— Вот тебе – другая водица, из небесного родника, ее мне приносят синички, а синичкам – голуби, а голубям – орлы… И мы все пьем ее и работаем и не думаем о своих обидах.

Но… вот что интересно – послушал ли волчик бобра? Об этом мы узнаем в следующей сказке.

Автор:

Анна Кожевникова

г. Сумы

Однажды он охотился за оленем, и у него на дороге случайно оказалась бабулька, которая собирала грибочки. Охотник крикнул ей:

— Прочь с дороги, бабка, − и пнул её ногой.

А это была непростая бабушка, это была старая колдунья. Она сильно обиделась на охотника за грубость и тут же превратила его в медведя. Охотник сразу даже не понял, что стал медведем, он думал, что он, как и раньше, человек.

Возвращается охотник в деревню, а все люди от него разбегаются с криком: «Медведь!». Охотник решил, что люди видят у него за спиной медведя и поэтому кричат. Он обернулся, а сзади никого нет.

— Наверное, эти люди объелись чего-то и с ума посходили, − сказал сам себе охотник, − надо бы и мне чего-то съесть, пойду-ка я в магазин.

Заходит в магазин, а у продавщицы, как только она его увидела, глаза от страха повылазили и стали, как зеркальные шары на ёлке. А сама продавщица − брык на пол без сознания. Пока она на полу валялась, охотник заглянул в её глаза, увидел свое отражение и понял, что он стал медведем.

А тут уже со всей деревни бегут другие охотники с ружьями, что бы убить медведя. Они же не знают, что это их товарищ превратился в медведя. Наш медведь быстро схватил с прилавка все сосиски, выпрыгнул в окно и удрал в лес.

С тех пор он стал жить в лесу и продолжать охотиться на зверей. Только теперь он не делал чучел, а съедал их целиком вместе со шкурой.

Прошло много лет. Наш медведь постарел, ослаб, потерял скорость и больше не мог догнать ни оленя, ни кабана, ни зайца. Чтобы не умереть от голода, он решил охотиться на тех, кто бегает медленно. Когда он съел всех черепах в лесу, ему ничего не оставалось, как начать охотиться на людей. Люди бегают намного медленнее оленей и их легко догнать. Наш медведь стал людоедом.

Он выжидал, когда люди пойдут в лес за грибами, нападал на них и съедал. Сначала он съел всех воспитателей и учителей. Потом съел всех соседей и знакомых. Но больше всего он хотел съесть директора школы и маму своей бывшей жены. Но мама его бывшей жены была сестрой той колдуньи, которая превратила его в медведя. Колдунья знала, кем был раньше медведь, и знала, что он хочет, поэтому она предупредила ту маму и рассказала ей, как спастись.

— Слушай меня, сестра, − говорит колдунья, − людоед хочет съесть тебя и директора школы. Зачем директору зазря погибать? Надо, чтобы от его погибели нам польза была. Я сварю ядовитый чупа-чупс. Директор очень любит чупа-чупсы. Яд действует не сразу, а только через три дня. Когда директор соберется за грибами, ты его угостишь моим чупа-чупсом. Он его полижет и станет ядовитым директором. В лесу его сожрет медведь и отравится ядом. Через три дня медведь-людоед сдохнет.

Так все и получилось. Через три дня вслед за директором в лес пошли две бабушки, нашли мертвого медведя, сняли с него шкуру, сделали чучело и продали в музей за много денег.

Автор:

Евгений Фулеров

г. Сумы

Жили-были два друга − Зайчик и Волк. Зайчик был пушистенький и веселенький. А Волк был сильный и добрый. Волк всегда защищал Зайчика и часто катал его на себе по всему лесу.

Однажды они прибежали на речку, а там на песочке загорала красивая лисичка. Волк и говорит Зайчику:

— Зайчик, кажется, я очень сильно влюбился в Лисичку.

— Так, это здорово, − сказал Зайчик, − пойди и скажи ей об этом.

— Мне стыдно, − говорит Волк.

— Тогда я ей скажу, − ответил Зайчик и пошел к Лисичке.

— Лисичка, мой друг Волк любит тебя безумно.

Лисичка отвечает:

— Если любит, то путь женится на мне.

Возвращается Зайчик и говорит:

— Она сказала, что ты должен жениться, иначе, что это за любовь?

— И что мне делать? − спрашивает Волк.

— Конечно, женись, − отвечает Зайчик, − она же такая красивая! И мы будем втроем дружить.

Волк женился на Лисичке и они начали дружить втроем. Волк и Лисичка любили приходить к Зайчику в гости в его уютненькую квартирку.

Один раз Лисичка перед сном нежно обняла Волка и сказала:

— Миленький мой Волчик, а почему у нас нет такой квартирки, как у Зайчика.

— Потерпи, любимая. Я построю тебе квартирку.

— Волчик, − говорит Лисичка, − я тебя люблю так сильно, что нет сил терпеть. Только в уютненькой квартирке мы будем по-настоящему счастливы. Ты же хочешь счастья?

— Конечно, хочу, − говорит Волк.

— Надо выселить из этой квартирки Зайчика и в ней поселиться.

— Да ты что, Лисичка?! Зайчик же наш друг! Как я ему в глаза смотреть буду?

— Волчик, утипусенька мой серебристенький, думаешь, мне не больно об этом говорить? Но я так сильно хочу сделать тебя счастливым, что готова на всё. А Зайчику не надо в глазки смотреть. Ты его тихонько ночью в реченьку подтолкни, он и уплывет в новые края. Или ты меня уже совсем не любишь?

Волк очень сильно любил Лисичку, поэтому он сделал так, как она велела. Пошел поздно вечером к Зайчику и говорит:

— Пойдем на мостик, посмотрим на звезды и я тебе стихи почитаю.

Пришли на мостик, а Зайчик говорит:

— Что с тобой, Волк? Ты чуть не плачешь.

— Эх, друг родной, − отвечает Волк, − если бы ты знал, что с нами любовь делает?! Прости, брат.

И аккуратненько толкнул Зайчика в речку.

Зайчик утонул навсегда, а Волк с Лисичкой поселились в квартирке и стали жить-поживать да добра наживать.

А в той квартирке на окне был горшок, в котором Зайчик когда-то посадил морковку. Морковка росла в земле, все слышала, все знала и решила отомстить за Зайчика.

Один раз ночью, когда Волк с Лисичкой спали, морковка вылезла из горшка, пробралась к холодильнику и съела все котлеты.

Утром Лисичка смотрит, а котлет нет. Она сильно огорчилась и в гневе крикнула:

— Волк, ты все слопал ночью!

— Я не ел, − в ужасе крикнул Волк.

— Не лги, собака серая!

— Кто собака?! − заорал Волк.

От обиды он весь задрожал и ударил Лисичку по её прекрасненькой мордашке. Да так сильно ударил, что случайно убил наповал.

Схватился Волк за голову и завыл от горя. Вспомнил любезного друга Зайчика, любимую женушку Лисичку и завыл еще сильнее.

С тех пор Волк живет один в лесу и воет каждую ночь.

Автор:

Евгений Фулеров

г. Сумы

В море жили две необыкновенных медузы. Одна была оранжевого цвета, а другая – малинового.

— Вы не такие, как мы, — говорили им другие медузы и прогоняли их от себя.

Цветные медузы не обижались на бесцветных сородичей. Отплыв к берегу, они тихонько играли друг с дружкой.

Как-то возле того места, где играли цветные медузы, проходила Настя. Она загляделась на необыкновенных медуз и немного погодя сказала:

— Вы похожи на леденцы.

— А мы и вправду сладкие, как леденцы, — ответила малиновая медуза. – У моей подружки Апельсинки вкус апельсинового леденца, а у меня – малинового. Хочешь меня лизнуть?

— Хочу, — кивнула Настя. Наклонившись к воде, она лизнула малиновую медузу. – Очень похоже на малиновый леденец. Как тебя зовут?

— А ты сама догадайся, — улыбнувшись малиновой улыбкой, предложила медуза.

— Малинка! – недолго думая, сказала девочка.

— Правильно! Мое имя – Малинка!

Насте не хотелось уходить, и она попросила:

— Апельсинка и Малинка, давайте играть вместе.

— С нами нельзя играть, — грустно объявила Апельсинка.

— Почему? – удивилась девочка.

— Потому что мы не такие, как другие медузы, — объяснила Малинка.

— А я все равно буду с вами играть, — настаивала на своем Настя. – Потому что…

Девочка на миг задумалась и вдруг решительно сказала:

— Потому что вы необыкновенные!

— А что значит «необыкновенные»? – поинтересовалась Малинка.

— Это хорошо или плохо? – осторожно уточнила Апельсинка.

— Конечно, хорошо! – весело воскликнула Настя. – Ведь вы красивые, яркие и даже сладкие. А еще вы добрые и совсем не жалитесь, как другие медузы. Я с вами буду играть, а с ними – нет!

— Ура! – обрадовались Апельсинка и Малинка.

А другие медузы, наоборот, сильно расстроились, когда услышали, что о них сказала Настя. Они тоже захотели стать необыкновенными, но у них ничего не получилось. Потому что быть необыкновенным совсем не просто.

— Правда, Настя?

— Правда!

Автор:

Павел Парфин

г. Сумы

В этом же лесу недалеко от Бабы Яги жило-было мохнатое дурное чудовище. Оно ходило по лесу, рычало, ломало деревья и кидалось грязью в людей, которые собирали в лесу грибы.

Один раз Баба Яга наварила зелья, села на метлу и полетела в гости к чудовищу. Прилетела и говорит: «Привет чудило мохнатое, на-ка выпей банку моего зелья». Чудовище выпило зелье и перестало кидаться грязью в людей. Теперь оно начало отрывать им головы, руки и ноги. Бегает по лесу, орет плохие слова, ловит людей и отрывает им всё. А Баба Яга собирает все оторванные руки и ноги, жарит на своем костре и съедает. С тех пор люди перестали ходить в этот лес за грибами, потому что им было страшно.

И вот однажды Баба Яга прилетела к чудовищу и дала ему выпить сразу три банки зелья. Чудовище и так было дурное, а когда выпило три банки, то совсем сдурело и случайно оторвало голову самой Бабе Яге. И стало жить чудовище в лесу одно и сильно скучать. Потому что его подружки Бабы Яги больше нет и некому зелья наварить.

Как-то раз возле леса гуляла красивая принцесса и собирала в траве гусениц. Она их складывала в банку и ждала, когда гусеницы превратятся в бабочек. А гусеницы всегда превращаются в бабочек. Принцесса очень любила бабочек. Она их одевала на железный крючок и бросала в реку. Золотые рыбки в реке тоже любили бабочек. Рыбки хватали бабочек и попадали к принцессе на крючок. Принцесса вынимала золотые рыбки и съедала.

И вот, когда принцесса собирала гусениц, на неё решили напасть злые разбойники. Принцесса начала от них убегать и забежала в лес. Разбойники тоже побежали за ней в лес. Бегут они друг за другом по лесу, а тут, откуда не возьмись – чудовище. Смотрит чудовище и видит, что бежит принцесса с банкой в руках, а за ней разбойники. Чудовище подумало, что это банка с его любимым зельем, а разбойники хотят эту банку отобрать у принцессы.

«Не бывать этому никогда», – подумало чудовище и поотрывало всем разбойникам головы.

Когда принцесса увидела, что чудовище убило разбойников, то она бросилась к нему на шею начала обнимать-целовать и сказала: «Спасибо тебе, чудовище. Хоть ты мохнатое и дурное, но ты мне спасло жизнь. Поэтому я теперь буду любить тебя всегда. Будь моим мужем». А чудовище ей отвечает: «Ладно, я буду твоим мужем, только не давай мне зелье, а то я от него дурею и головы людям отрываю». Принцесса никогда не давала чудовищу зелья, поэтому они жили долго и счастливо.

Автор:

Евгений Фулеров

г. Сумы

В домике из сухих кленовых листочков жил Ежик. И был этот Ежик таким трусишкой, всего боялся! Упадет на порог его дома шишка, пролетит за окошком шумная Сорока, − и натягивает Ежик колючий капюшон, застегивает дрожащими лапками пуговки на сером пальто, закрывает домик на замок, а потом прячется в шкаф.

Зверушки сначала смеялись над Ежиком, а потом стали его жалеть и проходить мимо его домика на цыпочках, чтобы не потревожить.

Однажды Сорока принесла на хвосте тревожную весть: в лес спешит мальчишка-хулиган! Звери не зря опасались появления безобразника: его карманы были набиты мелкими камушками, а в руках он держал рогатку. Лесные жители бросились врассыпную, спеша спрятаться от нежданного гостя.

Ежик в это время топтался под деревом и собирал в корзинку упавшие яблоки. Вдруг мимо него стайкой пролетели испуганные Синички, проскакал Зайка, мелькнул в кустах лисий хвостик. «Ежик! – зацокала Белка. − Спасайся! Хулиган в лесу!»

Ежик заметался по полянке в поисках надежного укрытия. Он сунул мордочку под пенек, но там уже сидел хмурый Жук. Ежик бросился в кусты, но там спрятались две Мыши. Ежик бегал от дерева к дереву и всё никак не мог решить, где же безопаснее всего. Он фыркал, торопился и даже не заметил, как столкнулся с мальчишкой. «Ай-ай-ай!» – закричал тот, уронил в траву рогатку и бросился вон из леса.

А все звери подумали, что Ежик – настоящий храбрец! И подарили ему медаль из шишки и новую корзинку!

Гордый Ежик с тех пор перестал всего бояться: еще бы, ведь он спас целый лес!

Автор:

Елена Резниченко

г. Лозовая Харьковской области

Однажды Настя пошла на речку рыбу ловить. С Настей отправились ее верные друзья – Зайка и Ежик.

Пришли они к реке и принялись разматывать удочки. Зайка насадил на крючок маленькую морковку и закинул удочку. Ежик насадил грибок и тоже закинул. Настя поглядела на Зайку и Ежика, улыбнулась и нацепила на крючок… любимую игрушку – крошечного пластмассового бегемотика.

— Зачем ты прицепила игрушку? – удивленно спросил Зайка.

— И правда, зачем? – поинтересовался Ежик.

— Это моя тайна, — уклончиво ответила Настя. Она закинула удочку и стала ждать.

Не прошло и трех минут, как у друзей начало клевать. Первым поймал Зайка – он вытянул морковного карпа. Ежик поймал грибную щуку, а Настя достала из воды… царь-рыбу Сома. Ничуть не обидевшись, что его поймали, Сом стал громко рассказывать:

— Когда я увидел, как кто-то из вас забросил удочку с морковкой, я немного удивился. Когда вы закинули удочку с грибом, я удивился еще чуть-чуть. Но когда я увидел в воде игрушку, удивлению моему не было границ! Я тут же захотел посмотреть, кто это такой добрый.

— Это я добрая, — скромно призналась Настя.

— И ты не пожалела для меня любимой игрушки?

— Нет.

Подумав, царь-рыба Сом вежливо попросил:

— Можно я отдам твоего бегемотика моей доченьке-рыбке?

— Конечно! – радостно согласилась Настя.

— Спасибо. А за это я подарю тебе колечко.

Сом сдержал слово и подарил Насте маленькое колечко – не простое, а золотое.

Автор:

Павел Парфин

г. Сумы

В парке стоял батут, и все дети любили на нем прыгать. Настя тоже любила батут. Однажды она пошла с Зайкой и Ежиком в парк.

— Давайте на батуте прыгать! – предложила Настя.

— Нет, — отказался Ежик.

— Почему?

— Я могу проткнуть батут своими иголками.

Зайка тоже отказался прыгать на батуте.

— Я и так высоко прыгаю. Зачем мне батут?

— Тогда я сама буду прыгать, — сказала Настя и принялась прыгать на батуте.

А Зайка с Ежиком стали играть в бадминтон. Зайка сильно-сильно ударил ракеткой по воланчику, и тот, словно пуля, взвился в небо. Взлетел – и не вернулся.

— Ой, а где наш воланчик? – расстроился Зайка. А Ежик обиженно засопел носом.

Но Настя тут же всех успокоила.

— Сейчас погляжу, куда подевался ваш воланчик.

Девочка изо всех сил оттолкнулась от батута и подпрыгнула так высоко, что увидела маленького мальчика. Он сидел на крохотном облаке перед кучкой воланчиков и считал их.

— Привет, — повиснув в небе, как пушинка, поздоровалась Настя. – Ты кто?

— Я – фей неба, — сказал мальчик, не отрываясь от своего занятия.

— А я – Настя. Что ты здесь делаешь?

— Воланчики считаю.

— Один воланчик Зайки и Ежика. Отдай его мне.

— Отдам, если ты мне подарочек принесешь.

— Хорошо, — пообещала Настя.

Она опустилась на батут и рассказала Зайке и Ежику о том, что видела фея неба.

— Он хочет подарочек.

— Давайте подарим фею цветочек, — предложил Ежик. – Вот фей обрадуется! Ведь на небе цветы не растут.

Зайка с Ежиком принесли Насте цветок, она снова оттолкнулась от батута и взлетела до облачка, на котором ее ждал фей неба.

— Принесла подарочек? – спросил небесный мальчик.

— Да, — сказала девочка и протянула ему цветок.

— Что это?

— Цветок.

— Какой он красивый! – обрадовался фей неба. – Спасибо!

Потом он сказал:

— Я обещал тебе вернуть воланчик. Только где он?

Фей показал Насте горку разноцветных воланчиков.

— Видишь, сколько их здесь. Какой из них твой?

Настя не успела ответить. Неожиданно налетел ветерок и сдул с облачка все воланчики.

Воланчики упали прямо на парк. Увидев их, взрослые и дети очень удивились.

— Дождь из воланчиков! Дождь из воланчиков! – закричали они.

Вдруг Зайка почувствовал, как что-то мягко стукнуло его по лбу.

— Ой, что это? – от неожиданности вскрикнул Зайка.

Это был его воланчик.

— Ура! Наш воланчик нашелся! – обрадовались Зайка с Ежиком.

Они продолжили играть в бадминтон, а Настя снова стала прыгать на батуте.

Она взлетала высоко-высоко, до самого облачка, на котором ее ждал фей неба.

Так Настя и фей неба стали друзьями.

Автор:

Павел Парфин

г. Сумы

…Сьогодні  народне свято — День Перемоги. Толя встав раніше, потім і Сергійка розбудив, щоб, бува, той не проспав. І тільки сонечко заглянуло у віконечко, і пробігло по їхніх личиках промінцями —  хлопчаки уже на ніжках.

Зайшла до  світлиці бабуся Катя, поставила на стіл  кухлик свіжого пінистого молока, яке щойно надоїла. Налила в чашку Сергійкові.

— Пий, онучку, тепленьке молочко. Здоровим будеш і красивим. Від молока з — під корови людська сила потроюється.

Налила в іншу чашечку, протягла Толі.

— Смакуй і ти, онучку, щоб в школі гарні оцінки отримував. Молочко пам’ять укріпляє…

Сергійко і Толя п’ють та п’ють…Молоко на їх губенятах аж піниться, а в роті — солодко — солодко.

До будинку заходить дідусь Саша і відразу  запитує:

— Ну, що, солдати, до параду готові?

Сергійко вже надів свою моряцьку форму, на голівці — безкозирка, у відповідь:

— Так точно!

А в Толі в руках іграшковий пістолет, і він теж рапортує:

— Так точно!

— Зачекайте тепер на мене, я теж одягнуся.

Коли дідусь Саша, переодягнувшись, зайшов до кімнати, в обох онуків від здивування аж дух перехопило. Військова офіцерська форма надала дідусеві стрункості, мов помолодшав він. А на грудях — ого! скільки воєнних відзнак: і ордена, і медалі…

— Дідую, ви — герой!

—  На війні, онучки, всі солдати — герої, вони ж землю рідну захистили, щоб  всім людям мирно жилося…

Толя першим несміливо торкнувся до відзнаки і поцікався:

— Ця за що?

— За оборону Києва.

— А ця?

— За Сталінград.

— А ця? — торкнувся до золотистої нагороди й Сергійко.

— За взяття Варшави.

— А ця? — запитує знову.

— За взяття Берліна. Це орден «Перемоги». За велику перемогу!

— Так  ви, справді,  герой, дідуню! — підсумовує Толя. — Нам наша вчителька на уроці про героїв розповідала…

…Люди йдуть і йдуть до Братської могили, яка  возвеличується в центрі селища. Кладуть до неї квіти. Кладуть по букетику Толя і Сергійко. Поклали і  подивилися на дідуся та бабусю. А в них — сльози на очах.

— Не плачте, — заспокоює їх Толя і вже так по-дорослому: — Виросту, я вас буду захищати, щоб ніколи ви більше не плакали…

І Сергійко додає:

— Я теж захищатиму…

Легенький вітерець шурхотів у старих, уже зелених кленах, які росли поруч могили, ніби оберігали душі похованих бійців…

…Минули роки. Толя й Сергійко виросли і стали  військовими офіцерами…

Автор:

Іван Житник.

м.Буринь.

Радість у бабусі Каті та дідуся Саші. До них у гості приїхав  онук Сергійко. Обнімають вони онука, голублять його. А Сергійко, жвавенький хлопчина, задоволено посміхається, усім цікавиться.

Пішли в обідню пору дідусь Саша та Сергійко трави для корови накосити, яка от-от прийде з пастівня. Бігає хлопчина лугом, метеликів  ловить та ніяк не може спіймати.

Швидкі вони якісь, мов  літаки в небі. Летить, здається, на тебе, аж несподівано — шух і вбік. Раптом чує:

— Цвінь-цвінь-цвірь!..

Зупинився. Прислухався — та довкола нікого й нічого не видно. Прибігає до дідуся, запитує:

— Дідуню, а хто то так  «цвінь-цвінь-цвірь»?

Прислухається той, потім  відповідає:

— То коник луговий  співає.

Зводить хлопчина здивовано  бровенята:

— А хіба коник співає? Чому ж я його не бачу?

— Він невеличкий, — пояснює  дідусь, — на стебельце травинки  схожий.

Якусь мить подумав над  цими словами Сергійко, тоді й каже:

— Я в цирку великих коней бачив. От — та — ке — н — н — их! — підняв руку вгору. — А ви мене на коні покатаєте?

— Обов’язково покатаю.

Усім цікавиться хлопчина, бо ж в селі все таке незвичне.

Іде бабуся Катя на город  і він за нею дріботить.

— Ой, які тут здоровенні  кавуни! Я таких ще не їв, — Сергійко намагається, якщо й не підняти, то хоча б зрушити з місця чималенького …гарбуза.

— То, онучку, не кавун, а гарбуз, всередині в нього  — насіння.  Я його тобі підсмажу восени, смачненьким поласуєш…- пояснює  бабуся і гладить онука по білявій голівці. — Гарбузи здоровенними виростають, без візочка до двору не доставити їх…

Сергійко вже не силується зрушити  плід, а щось обмірковує, потім каже:

— Чому ж тоді в казці: гарбуз  ходить по городу і питається  свого роду, чи живі вони й здорові? Я думав, що гарбузи на ніжках ходять…

Сміється бабуся  від таких слів: отаке вткнув!

— То ж казка, в ній все  може бути…

Та не дослуховує онук, помітив капусту на грядці й мерщій туди. Гукає до старенької:

— А цим м’ячиком можна в  футбол грати? О, та в нього й ніжка є! Ой, як цікаво!..

…Приїхали за синочком тато та мама, щоб забрати до міста — до першого класу він піде, заздалегідь потрібно приготуватися.

Дідусь змайстрував для  Сергійка сопілку.

— Гратимеш на ній і  нас з бабусею будеш згадувати…

Щойно посідали до легковика, як раптом пішов дрібненький теплий дощ. Сергійко висуває голівку у вікно й запитує:

— А де дощик гуляє,  коли сонечко сяє?..

Що йому відповіли дідусь Саша та бабуся Катя онук не почув, бо автомобіль відразу ж набрав швидкість…

Автор:

Іван Житник.

м.Буринь.

Наблизився Новий рік. Мама, тато і Сергійко приїхали в село, щоб відзначати його в дідуся Саші та бабусі Каті…

Сергійко дуже радів цим відвідинам. Нинішньої зими випало багато снігу. За три дні замело дороги, луг, який розташувався відразу за городами. Пухнастий сніг також, мов скатертиною, накрив влітку синю, а тепер замерзлу річку, наче хотів її зігріти.

Зазвичай Сергійко прокидається рано — треба ж до дитячого садка йти. А сьогодні:

— Уставай, онучку, вставай, — легенько скубить дідусь Саша онука за біленький чубчик.- Бо ж Новий рік проспиш і Діда Мороза із Снігуронькою не побачиш.

Сергійко закліпав сонними оченятами, роздумуючи над словами дідуся, а потім схопився на ноги — і до вікна. Хотів було пересвідчитися, що Дід Мороз не обминув їхню хатину. Всі дружно засміялися, а бабуся Катя сказала:

— Новий рік — завтра, а сьогодні з дідусем Сашею підете до лісу по ялинку…

Скрипів під ногами свіжий сніг на морозі, вигравав барвистими веселками під сонцем. Весело щебетали синички, перегукуючись з набундюченими горобцями — хвастунцями, перестрибували з гілки на гілку, пританцьовували й співали тільки їм розбірливих пісень.

— Дідуню, а пташкам не холодно босими ніжками по снігу стрибати?

Дідусь Саша посміхнувся і відповів:

— Звикли вони вже до холоду. Пташки ж зимують надворі… А деякі з них — у лісі…

… А сам ліс стояв у якійсь торжественній, тихій задумі, можливо, також готувався до зустрічі свята. І Сергійкові тут все видавалося і казковим, і святковим — ялинки, сосни, а на узбіччі — клени, а за ними — берізки…

— А ось і ялинка, яку нам дозволено зрубати на свято…

Вони вийшли на невеличку галявину, зупинилися перед невисоким деревцем, яке пахло живицею і свіжістю. Ялинка дуже сподобалася Сергійкові, але йому її чомусь …шкода.

— Дідусю, а може не треба?

— Що не треба!? — не розуміє той, про що каже онук.

— Ну…Не потрібно її рубати, нехай росте…

— То, може, іншу? Нам на вибір дві ялинки дозволено зрубати…

— Й іншу не потрібно рубати, — заперечливо хитає головою онук. — Сходимо до крамниці та й купимо штучну ялинку, — майже по — дорослому підсумовує Сергійко. – Прикрасимо її іграшками, мама з собою їх привезла…

Узяв на руки онука дід Саша, притис до своїх холодних щік такі ж холодні щічки Сергійка.

— Ти — справжній природолюб, — каже щиро. – Звичайно, в магазині купимо штучну ялинку. А цю під вечір ми вберемо…Нехай радіють лісні мешканці Новому року…

— Ой, як цікаво буде! — зрадів на таку пропозицію Сергійко. — Разом з ними й Новий рік зустрінемо…

Автор:

Іван Житник.

м.Буринь.

— В мире какого литературного чтения Вы живёте? Что предпочитаете – прозу, поэзию, какую-то специальную литературу?

Последние несколько лет читаю преимущественно специальную литературу, занимаюсь изучением архивных материалов по истории городской повседневности. Литературные предпочтения сформировались давно, любимые писатели — Г. Гессе и В. Набоков, поэты — Р.М. Рильке и М.Цветаева.

— Давно сами пишете? С чего всё началось?

В подростковом возрасте переболела графоманством в его самой тяжелой — стихотворной форме, после чего долгое время избегала даже разговоров на окололитературные темы, но обстоятельства вынудили взяться за перо. Перенасыщенность жизни прозой заставила пересмотреть свое отношение к стихам и сказкам. Внутренний ритм, который, по словам В. Маяковского, есть «основа всякой поэтической вещи», стал ощутимее, а критика собственных ненаучных опытов — более щадящей.

— Что для Вас творчество? Зачем оно Вам? 

Что касается творчества, то, если ориентироваться на его предельно общее определение и ждать от процесса принципиально нового результата, сейчас его концентрация в моей жизни представляется максимальной.  Две призовых моих «миниатюры», Лада и Любава, одна из которых вошла в счастливый возраст почемучек, а вторая, как водится у подростков, предельно несчастна, плюс неизбежно творческая преподавательская деятельность в сумме своей буквально обрекают на изобретательность и новаторство, проявлениями которого становятся лекции на темы, отличные от программных, обеды и ужины а-ля «гости на пороге», поделки из фетра, слинги из подручных материалов и где-то между прочим (2-м и 3-м часом ночи) – статьи и стихи.

— Вам бывает скучно?  Есть время поскучать, порефлексировать?  Ведь без этого тяжело творить…

Поскучать удается редко. Не согласна с тем, что длительный отдых является обязательным условием творчества: наиболее плодотворными часто оказываются периоды, перегруженные событиями и делами.

— Что Вы в этом мире точно, на сто процентов принимаете и любите?

Не думаю, что 100% любовь является залогом полного приятия — и наоборот. Люблю своих родных, но принимать их целиком и полностью удается с трудом. Стремление перевоспитать всех и каждого в соответствии со своими представлениями об идеальном человеке — тот горб, которым Ницше наделял каждого специалиста (учителя, мне кажется, «горбатятся» сильнее других), ощутимо мешает в повседневной жизни. Приходится учиться идти на уступки в пользу любви.

— А природу любите? Прогулки,  бабочек… Судя по тому что  в списке любимых литераторов у Вас Набоков…

Природу люблю, но любимые места являются своего рода декорациями, в которых разворачивались те или иные памятные события. Люблю и прогулки, но только в компании близких людей, присутствие которых придает особое очарование любому пейзажу. К насекомым отношусь прохладно, люблю животных, наделенных интеллектом, особо выделяю кошек.

 —  Можете представить себе мир, где нет любви мужчины и женщины, а общечеловеческая христианская есть?…

Мне кажется, любовь не имеет пола, т.е. разделение на мужчин и женщин — явление сугубо утилитарное, стоящее на службе обмена генетической информацией, но никак не являющееся conditio sine qua non Любви в ее высоком, энергетическом, а не материальном смысле.

 —  Люди вообще интересные существа?  Если да, то чем?

Интересна парадоксальная природа людей: серьезное и одновременно халатное отношение к жизни, умение делать окружающих счастливыми и — одновременно — страстное нежелание этим умением пользоваться и т.д.

—  Вам нравится побеждать?

Побеждать не люблю, как не люблю и проигрывать. Стараюсь всеми возможными способами изгнать из своей жизни дух соц.соревнования, т.к. он мешает вдумчивой работе и придает процессу излишнюю нервозность.

— На Ваш взгляд,  человек внутренне меняется  с возрастом?

Конечно, люди меняются: они становятся более уязвимыми, обрастают наружной, видимой броней, истончая внутренний защитный слой.

 — В некоей безлюдной местности оказалось десять  здоровых сильных мужчин и одна красивая молодая женщина… Что бы было дальше?  Началась бы война? И до каких пор она  продолжалась? Как бы Вы как литератор завершили такой сюжет?  А если бы наоборот – десять женщин и один мужчина?

В случае с 10-ю мужчинами и одной женщиной, мне кажется, в живых бы остались мужчина и женщина, причем мужчине, скорее всего, повезло бы по чистой случайности. В ситуации с 10-ю женщинами и одним мужчиной выжила бы одна женщина, мужчина был бы «вычеркнут» из списка трофеев в самом начале борьбы.

— Какие  из миниатюр других авторов конкурса «Колибри»  Вам понравились больше всего?

Мне понравились несколько миниатюр: в первую очередь, рассказ Елены Багрянцевой «До останнього подиху«. Эта миниатюра напомнила мне любимую сказку Г.Х. Андерсена — «Бузинная матушка». Такие рассказы обязательно должны быть написаны вновь и вновь, в них заключена чудесная сила — возвращать веру в «пожизненность» и даже «послежизненность» любви.

Еще по душе пришлась миниатюра Татьяны Дудки «Убить дракона«. Рассказ понравился искренностью, доверием к читателям. Радостно за автора, чей литературный персонаж (хочется верить, что и сам автор) обрел уверенность в правильности жизненной позиции.

— Как к Вам приходит вдохновение?  Как Вы это ощущаете?

Изначально вдохновение ощущается как беспокойство, которое можно одолеть исключительно ленью или, приправив событийностью, пустить в расход на статью или эссе.

— Что для Вас безусловно позитивно в этом мире?

Безусловно позитивно – рождение детей.

— Если бы у Вас была возможность обратиться к Богу с одной просьбой для всего  человечества, что бы Вы для всех нас попросили?

Попросила бы для всех увеличить дозу любви, которую Господь выдает, как лекарство, самыми крохотными мерными ложечками.