В  конце до предела насыщенного творческими событиями вторника 9 октября редакция посетила открытие выставки фотографа Ларисы Булгаковой.

 Лариса  — состоявшийся человек, мать взрослых сыновей, по профессии —  преподаватель английского языка, путешественница, имеет в своём активе даже серьёзный альпинистский опыт.  И вот  сравнительно недавно, в 2008 году, у неё появилось новое увлечение – художественная фотография.  Собственно, выставка  работ Ларисы Булгаковой,  открывшаяся  в областной научной библиотеке им. Н.К. Крупской,  — это как бы завершение первого этапа.  Сейчас Лариса является членом фотоклуба «Импульс», однако находится в прекрасных человеческих и творческих отношениях с  членами «Позитива»,  да и вообще с очень многими людьми, потому что сама —  светлый и позитивный человек.

Открытие выставки отличалось от других подобных  событий, прежде всего, поведением автора. Обычно фотохудожник — сосредоточен. На фото он показывает результаты исследований неких сокровенных  уголков  своего  внутреннего  мира,  где всё зыбко и неопределённо. Поэтому слов мало, право  говорить (и то лишь  в виде высказывания версий и гипотез) предоставляется зрителю, который в этом смысле более свободен, так как,  глядя на материальные результаты творческих поисков фотографа,  имеет уже от чего отталкиваться в своих ассоциациях.

В случае Ларисы Булгаковой  — всё иначе.  Такое впечатление, что у неё с собственным внутренним миром настолько здорово налаженная связь, что там ей всё ясно, и в мире внешнем она просто ищет подтверждения очевидным для неё вещам.  Она готова много  и подробно рассказывать о каждой работе, и из комментариев следует, что каждая фотография – это маленькая жизнь. Более того,  количество мыслей, требующих своего оглашения, у неё такое, что фотоработы кажутся, скорее, иллюстрацией  жизненной философии, чем  собственно конечным, результирующим  продуктом  — венцом творческого акта.

Есть такие люди, и автор этих строк сам к ним относится,  которым  тесно в рамках одного жанра искусства. Вот так и Лариса. Она бы ещё и стихи почитала, и о каждой работе столько всего рассказала, и великого китайца Лао Цзы процитировала… Юмор в женской фотографии – редкость, а  тут некоторые фото заставили улыбнуться, и это тоже было целью автора

Народу на открытии собралось  много – цветы, поздравления, минимум официоза, максимум  душевного тепла.

 Вышесказанное вовсе не означает, что отдельно, без автора, на выставке не на что посмотреть. Отнюдь. Есть несколько очень интересных фотографий. Мы,  как всегда, остановились на одной  — просто потому,  что  в ней стразу, как китайский веер,  открылся рассказ на актуальную для нас тему.

Работа называется  «Свет и тень». Тень явно мужская, даже  не по форме, а по интересу,  с которым она (он) рассматривает  девушку.  Однако кто скажет:  девушка, вызывающе обнаженная  на свету,  – соблазн или  невинная чистота? И тень – охотник или жертва?

 Кроме того:  что есть более неразделимое на свете,  чем свет и тень?  Для ответа на это вопрос обратимся  к трактату «Дао дэ цзин», автором которого считается уже упомянутый Лао Цзы:  «Все существа носят в себе инь и ян, наполнены ци и образуют гармонию» (Ян и инь – две противоположеные силы, формирующие все сущее; ян – светлое, мужское начало, инь – темное, женское.)  А что такое ци – известно всем  

Таким образом,  на этой фотографии  мы видим  метафору  устройства  мира живых существ в понимании  восточной философии.  А символом  незримого  присутствия  чего-то большего, чем мимолетная искра жизни, является след прибоя на фотографии.  Там, за кадром  — море, символизирующее  вечность,  из которой выходит жизнь, и в которую она всегда возвращается, после того, как пройдёт сладкое испытание тенью и светом, силой и красотой, борьбой и взаимным очарованием мужского и женского — в общем, всем, что нас разделяет,  ибо только разделённость делает возможной любовь.

 «С любовью к зрителям», — именно этими словами завершила  письменную аннотацию к  своей выставке Лариса Булгакова.