Всё нижеследующее является вступительным словом перед исполнением песни Юрия Визбора «Я когда-то состарюсь», произнесённым мною на вечере памяти знаменитого барда. Как мне потом сообщили, слушать меня было интересно, но никто ничего не понял

Ввиду того, что я сам понимал и до сих пор понимаю, о чём говорил, мне показалось правильным ещё раз изложить всё там сказанное. На этот раз письменно. Для начала два вводных тезиса.                           

Тезис первый. Свобода

Свобода —  это такая ситуация, когда ты находишься в игре, позволяющей реализовать все твои способности. Футбольный гений Месси на футбольном поле — идеально свободный человек. Но окажись Месси на ринге против Владимира Кличко — и вот для него уже наступает ситуация полной антисвободы. Иными словами, свобода —  понятие относительное.

Тезис  второй. Двойная идеология

С 1917 года и доныне мы живём в ситуации двух идеологий — официальной и альтернативной.

Относительно двух первых тезисов граждан можно условно разделить на три группы: тигипкообразные, диссиденты и лояльные.

Тигипкообразные

Это стопроцентные подлецы и приспособленцы.Они-то и насаждают двойную мораль (см. тезис второй), потому что в ней они на свободе (см. тезис первый). При СССР они — секретари обкомов, при  капитализме — народные депутаты. А на самом деле, их жизнь — беззаветное служение себе и только себе. Это очень странный феномен, ведь у нормального человека, как у социального существа, есть внутренняя  потребность что–то  делать просто так для других. У тигипкообразных такой потребности нет. Только для себя любимых. Не все они в равной степени социально успешны, но все — законченные эгоисты и негодяи.                                             

Диссиденты

К этой группе относятся те, кто при данном строе не в своей игре (см. тезис первый). При СССР – это Бродский, Солженицын, Улицкая и прочие. По отношению к нынешней Украине тоже многие диссидентствуют.  Например, автор этих строк, которого абсолютно не устраивают сегодняшние правила игры – и официальные мелкобуржуазные и вторые, реальные, бандитские.

Диссиденты тоже делятся на две подгруппы. Такие как Бродский и Солженицын или в украинском варианте Черновол и Хмара – активно призывают изменить правила игры, которые им неудобны. А когда в результате их титанической борьбы правила таки меняются, они вдруг с ужасом осознают, что сделали несчастными большое число людей, которым как раз по тем правилам было жить хорошо, а по этим – плохо.

В целом это ситуация кротов и ласточек, оказавшихся в одном народе. Когда всех  заставляли  рыть норы – ласточкам было плохо. А потом всем велели летать, бросили в воздух и тут кроты офигели….

В отличие от активных диссидентов есть ещё и пассивные. Они, как доктор  Живаго,  тихо приспосабливаются к обстоятельствам внешнего мира и пытаются жить тем, ради чего и должен жить человек: любовью, творчеством, поиском смысла своего существования…

Попутный пафос моей речи ещё и в призыве к кротам-диссидентам не менять строй и не делать несчастными ласточек. Диссидентствуем тихо.  Как Живаго. И так спасёмся. 

Лояльные

К ним относятся как граждане, которые чувствовали себя в своей игре (см. тезис первый), живя согласно официальной идеологии СССР и видели счастье не в свободном доступе к ста сортам колбасы, а в совместном строительстве светлого будущего,  так и те, которым удобно при  официальной идеологии нынешнего капитализма.

И при капитализме есть граждане, которые имеют свой маленький бизнес (большой —  только  у тигипкообразных ). Они зарабатывают свои доллары, малую часть отдают на благотворительность, основную тратят на себя и детей и им комфортно. Они – в своей игре (см. тезис первый).

Ярким примером абсолютно лояльного к советскому строю и полностью реализовавшегося при нём человека, является Юрий Визбор. И его песни – классическое тому подтверждение.

Я когда-то состарюсь, память временем смоет,

Если будут подарки мне к тому рубежу,

Не дарите мне берег, подарите мне море,

Я за это, ребята, вам спасибо скажу.

Поплыву я по морю, свою жизнь вспоминая,

Вспоминая свой город, где остались друзья,

Где все улицы в море, словно реки впадают,

И дома, как баркасы, на приколе стоят.

Что же мне еще надо? Да, пожалуй, и хватит,

Лишь бы маленький дизель безотказно служил,

Лишь бы руки устали на полуночной вахте,

Чтоб почувствовать снова, что пока что ты жив.

Лишь бы я возвращался, знаменитый и старый,

Лишь бы доски причала, проходя, прогибал,

Лишь бы старый товарищ, от работы усталый,

С молчаливой улыбкой руку мне пожимал.

Я когда-то состарюсь, память временем смоет,

Если будут подарки мне к тому рубежу,

Не дарите мне берег, подарите мне море,

Я за это, ребята, вам спасибо скажу.

В этих строках вся правда о том, чего требовала официальная идеология советского государства от своих граждан. Живи так, работай на благо страны и будет тебе счастье.

В принципе, хорошая бардовская песня — это не  произведение искусства, а дорожная карта жизни. Мне поэтому и не нравится, когда песни Визбора или других бардов поют красиво. Красиво надо петь пустоту, ложь или полуправду. Ну, чтобы за руладами и многоголосиями никто не заметил обмана. А правду надо просто честно произносить. Как и делал  Юрий Визбор, исполняя свои песни.

Ещё по теме:  Юрий Визбор. Феномен настоящего

Видео появилось в сети фейсбук на странице пользователя Бориса Владимирского, который сопроводил его следующей репликой:

«На нескольких страницах FB велись и ведутся споры о печально известной антиоде Бродского «На независимость Украины». Например, Александр Самарцев — один из участников дискуссии пишет: «Никто не видел рукописи … или других свидетельств, которые могли бы установить авторство Бродского. Пока таких доказательств нет — было бы честнее эту тему не трогать.»

Еще один комментатор сетует: «Бродский не случайно не публиковал и запрещал публиковать это стихотворение. И его волю нарушают где угодно и кто угодно.»

В другом месте обсуждается вопрос, когда он впервые все же прочитал это стихотворение публично — в 1994 году в Нью-Йорке или на два года раньше в Пало-Альто.
В качестве фактографической реплики предлагаю вашему вниманию отрывок из видеозаписи вечера Бродского в зале пало-альтовского Еврейского центра 30 октября 1992 года, где он читает «На независимость Украины» в присутствии почти тысячи слушателей.
Как по мне, лучше бы этой записи не существовало. И лучше бы он этих стихов тогда не читал. А еще лучше — не написал бы… Но написал, ничего не попишешь… Когда я их слушаю, испытываю боль — в том числе и за автора. И мне грустно при мысли о тех, у кого эти стихи вызывают восхищение или энтузиазм.

Среди комментариев к данному посту нам показался наиболее интересным нижеследующий, принадлежащий Робинзону Горизонтову, в своё время одному из авторов нашего портала.

«А вот другая точка зрения на проблему, выраженная, кстати, украинским аналитиком. Цитирую по Льву Лосеву: «Конечно, мы можем воспринять брань поэта как оскорбление, но именно она является очевидным выразителем неравнодушия автора. Автор прибегает к архаической традиции заговоров, связанных с украинским фольклором. Именно из фольклора и произведений Шевченко Бродский берет сокрушительную лексику, интонацию бесшабашной анафемы…

К кому обращается поэт? Бесспорно, к власти и ее носителям, носителям упадка и раздора. Да, он отождествляет себя с «кацапами», откровенно осуждает «семьдесят лет» жизни в империи. Но те, кого он осуждает, не являются ни «ляхами», ни «гансами», ни «украинцами». Это — силы раздора и вражды, силы, мистически раскованные Чернобылем, самым важным событием катастрофического излома истории…

В конце замечу, что И. Бродский, читатель и знаток Григория Сковороды — поэта, которого он ставит на одну ступень с Джоном Донном и Гавриилом Державиным, разделяет главную мысль мудреца: «загляни в себя». Этот живой призыв воссоздает в учениках Сковороды модель самопознания и погружения в «духовные пещеры». Это — основание настоящего Памятника — Чистого Логоса, который возводят Гораций, Державин и Пушкин. Он противостоит действенному профанному миру. Именно он является ориентиром современности, светом во тьме, призывом к жизни. Единство и противоположность «строк Александра» приравнивается к Логосу, а «брехня Тараса» — действенному, воинствующему творческому Слову поэта-пророка» (Кравец 2001).»

Иосиф Бродский. На независимость Украины

Дорогой Карл XII, сражение под Полтавой,
Слава Богу, проиграно. Как говорил картавый,
Время покажет «кузькину мать», руины,
Кость посмертной радости с привкусом Украины.

То не зеленок – виден, траченный изотопом,
Жовто-блакытный Ленин над Конотопом,
Скроенный из холста, знать, припасла Канада.
Даром что без креста, но хохлам не надо.

Горькой вошни карбованец, семечки в полной жмене.
Не нам, кацапам, их обвинять в измене.
Сами под образами семьдесят лет в Рязани
С сальными глазами жили как каторжане.

Скажем им, звонкой матерью паузы метя строго:
Скатертью вам, хохлы, и рушником дорога.
Ступайте от нас в жупане, не говоря – в мундире,
По адресу на три буквы, на стороны все четыре.

Пусть теперь в мазанке хором гансы
С ляхами ставят вас на четыре кости, поганцы.
Как в петлю лезть, так сообща, суп выбирая в чаще,
А курицу из борща грызть в одиночку слаще.

Прощевайте, хохлы, пожили вместе – хватит!
Плюнуть, что ли, в Днепро, может, он вспять покатит.
Брезгуя гордо нами, как оскомой битком набиты,
Отторгнутыми углами и вековой обидой.

Не поминайте лихом, вашего хлеба, неба
Нам, подавись вы жмыхом, не подолгом не треба.
Нечего портить кровь, рвать на груди одежду,
Кончилась, знать, любовь, коль и была промежду.

Что ковыряться зря в рваных корнях покопом.
Вас родила земля, грунт, чернозем с подзомбом,
Полно качать права, шить нам одно, другое.
Эта земля не дает, вам, калунам, покоя.

Ой, ты левада, степь, краля, баштан, вареник,
Больше, поди, теряли – больше людей, чем денег.
Как-нибудь перебьемся. А что до слезы из глаза
Нет на нее указа, ждать до другого раза.

С Богом, орлы и казаки, гетьманы, вертухаи,
Только когда придет и вам помирать, бугаи,
Будете вы хрипеть, царапая край матраса,
Строчки из Александра, а не брехню Тараса

Ниже я буду говорить о себе, как о частном случае общечеловеческого. Так вот, я, —  прежде всего человек, потом  человек определённой национальности, далее —   профессионал, а затем уже гражданин.

 Как человек, я грешен, хотя и пытаюсь каяться. И опять грешу. В этом состоит моя основная человеческая проблема. Хотя и достоинств у меня, конечно, хватает. Как и у вас, уважаемый читатель. Иначе мы бы друг друга не любили. А мы же любим? Ведь правда?

Я украинец, потому, что родился и живу в украинском городе Сумы, основанном украинскими  казаками  сотни полковника  Герасима Кондратьева.С остальными украинцами меня роднит  и объединяет стремление к свободе, как к базовой  жизненной ценности, хотя понимаем мы её по-разному. Но именно эта отличительная потомственная черта определяет наш  национальный характер, в состав какого бы государства не  входила территория нашего проживания. Сумы, к слову, были построены на землях Московии. А мы тут в большинстве своём всё  равно украинцы, хотя границу с Россией чуть ли не с балкона видно.

Все мы, украинцы, разными путями ищем свою свободу. Одни видят её в деньгах  — в этих золотых рыбках, исполняющих любые наши желания. Другие стремятся обрести высокую свободу, которая,  как известно, состоит в независимости от соблазнов грешной мирской жизни.

Я занимаюсь творчеством и так обретаю свободу. Моя профессия – поэзия. Остальное – проза.

И, наконец, я  — гражданин. Это самый сложный пункт. Гражданин – это  человек, ощущающий свои обязанности перед государством как  личные потребности и, в зависимости от строя, пытающийся быть лояльным к их исполнению.  Если это социалистическое  государство  — задача гражданина —  трудиться на его благо ради будущих поколений и находить в этом труде пути собственной человеческой реализации. При капитализме, обязанность гражданина, —  выдвигая к государству социальные требования, отстаивать  права  той категории населения,  к которой он относится. 

И вот тут начинается зыбкая почва. Каким–то образом мы, украинцы, оказались той уникальной нацией, которая, вследствие своего  национального характера, уже много веков очень хочет, но не может построить своё государство. То есть у нас не получается стать гражданами. Людьми мы быть можем. Украинцами – да! Профессионалами – тоже. А гражданами – никак не выходит. 

Что такое Украина последних  23 лет? Это бывший самый промышленно развитый  кусок СССР,  на  грабеже которого стали миллиардерами и миллионерами несколько сотен самых бойких  и хитрых наших сограждан, которые далее нанимали себе обслугу. А чтобы уж совсем не наглеть,  они же поддерживали легенду о существовании НУ — Независимой Украины.

На самом деле, её не было. Как сейчас стало понятно, её изображали. Все. Это был самый массовый театр в мире. Президенты и депутаты изображали из себя государственных деятелей, судьи и прокуроры  — служителей Фемиды,  милиция – стражей порядка, военные – защитников Родины, журналисты —  независимых  информаторов о событиях. Большинство «простых» людей изображало из себя лояльных граждан, хотя всячески укрывалось от налогообложения, культивируя коррупцию и  кумовщину. А  по правде —  все отрывали от бывшего жирного куска СССР — кто что мог. В рамках своей роли. Тащили отовсюду, где плохо лежит. И при этом каждый держал соседей «за лохов»,  простите, «за публику»,  полагая, что грабит только он, а ближний  пашет честно и верит во всё происходящее. 

А когда начались проблемы и пришёл враг, выяснилось, в частности, что в армии — такие же как мы. И спектакль закончился. Закончился, потому что публика засвистала бездарных актёров. Именно в этом истинная суть всех народных бунтов последних месяцев от Евромайдана, до Донбасса. Публика больше не верит. 

Когда пришёл враг, мы вспомнили, что мы  — украинцы и у нас есть наши уникальные ценности. В этот момент мы стали патриотами.

 А другие люди, неукраинцы по сути, волей судьбы оказавшиеся на нашей территории, вспомнили, что им хочется жить в рамках  комфортной для них  неукраинской социальной парадигмы,  —  условно говоря, при хозяине. Тут ничего плохого нет. Посмотрим на породистого сытого и холёного пса, которого на цепи выгуливает хозяин и на бегающую на счастливой свободе дворнягу. У каждого свои радости.

 И вдруг у нас зашёл разговор о федерации. Что такое федерация? Это содружество  государств, которые делегируют все свои внешнеполитические проблемы федеративному правительству. И что?  И как это решит вопрос территорий?  Ну не будут их барины делиться с Киевом, а будут всё забирать себе.  Как это поможет  закончить нашу всеобщую театральную игру в профессии?  Никак.

Даже децентрализация означает только увеличения дозы потребления тех,  кто изображает из себя руководство.  

Про язык, как повод для раздора, я вообще молчу. Умные старики и люди среднего поколения уже выучили украинский и счастливы. А  те, кому до 30, так давно на равных владеют двумя и более языками и не видят тут проблемы. 

Вывод.  Основная беда  украинцев не в федерациях и языках, а в неумении построить своё государство  котором бы  государственная дисциплина сочеталась с извечным нашим стремлением не покоряться при любых обстоятельствах. Иначе говоря, нам нужно стать искренними и честными. А как это сделать, как перестать играть в страну и стать ею – вот единственный вопрос (но очень большой), достойный общественной дискуссии.  Если его не решить – остальное теряет смысл.

P.S. Именно вопрос честности был главным для запорожцев во времена расцвета Сечи.  И если совет решал, что «кошэвый людина нечэсна» —  горе было тому кошевому…. 

Страшно наблюдать за тем, как рушится твоя страна. Она, конечно, эта Независимая Украина совсем плохо у нас получалась, но другой у нас нет. Хотя вопрос о «нас» уже стал спорным. Вот у крымчан оказывается есть другая родина. И на Юго-Востоке много счастливых лиц, восклицающих «Россия!». И в этой связи хотелось бы  сказать следующее.

Мне сразу не понравилась еврореволюция. Я об этом с первого её дня писал. Любые выступления «за идею» ведут к разрухе и бедности для всех, кроме негодяев. На верховенстве идеи были построены самые страшные режимы современности.  Если уже мы решили всем миром, что жить нам хочется при капитализме, то нужно выполнять простой его закон — бороться на улицах за свои социальные права: зарплаты, пенсии, льготы, налоги. В этом состоит гражданский долг лояльного члена капиталистического общества. А за смену власти надо бороться на выборах.

 На  улице за передачу власти из рук одних капиталистов в руки других бороться не надо! Хуже того, подобная борьба —  фатальна! Для такой борьбы придумывается некая крайне зыбкая для оформления и неуловимая для понимания идея, типа: «Россия»! или «Европа!». Оба эти слова включают в себя  бесконечное количество составляющих добра и зла. Но, превратившись во флаг, и будучи повторенными тысячи раз, они становятся дьяволом,  разрушающим души людей и сводящим нас с ума.

Я очень хорошо понимаю тех, кто сейчас кричит: «Россия!» Это нормальная обратная реакция на евромайдан. «Пророссияне» же такие же люди, как и революционеры с майдана. Им тоже очень хочется по-нашему, по-славянски ударить шапкой о пол и подняться за какую-нибудь светлую и высокую идею. Подняться и грянуть всем вместе что-то такое общее. Так за пьяным столом возникает желание истошными голосами проорать «Ой, мороз, мороз…». Или любое другое. Но главное – чтобы вместе и громко. И ничего что соседи жалуются. Потерпят!  У нас акт слияния душ и воссоединения вокруг чего–то высокого.

Я всё задавал вопрос сторонникам евромайдана: «А нельзя ли начать путь в Европу с себя? То есть  попробовать жить в Украине по-европейски». Мне отвечали: «Это пока не  актуально. Надо власть менять».

Теперь те же еромайдановцы убеждают крымчан, что Крыму жутко невыгодно идти в Россию: «Для Крыма  — это социальный проигрыш на сто процентов». Да. Проигрыш. Но это не важно! Потому что у крымчан идея: они борются с «фашистами» и ради этой высокой цели готовы даже идти на риск превращения полуострова в «горячую точку».

 Не зря ведь сказано: «Не сотвори себе кумира». Потому что нас буквально хлебом не корми — дай  посотворять!  В паузах между революциями и войнами нашим кумиром являются деньги. Но даже они пасуют перед идеей! Господи! Почему ты не сказал Моисею конкретно: «Не сотвори себе идею»? Ведь мы же, люди, — существа слабенькие умом,  Ты нам уже тысячи раз рассказывал и показывал на примерах, что  любая борьба за идею – это непримиримая  война до последней капли крови, потому что у врага же тоже идея!

P.S. Я всё не мог понять, что такое «постсоветский синдором». А  теперь, кажется, понял. Это желание сражаться за идею, а не за себя и своих. Прав был Владимир Ильич, когда боролся с идеалистами.

P.P.S.И всё бы хорошо, только человек не может без реализации своей социальной сущности. Нам это внутренне необходимо. Нас даже в храм зовут вместе молиться. Что–то в нас случается прекрасное личное, когда мы объединяемся для общественного. Не во всех нас, конечно. В циниках не случается. Именно поэтому они и становятся всегда хозяевами жизни.

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

В порядке вступления в тему изложу несколько очевидных положений. Процесс передела УССР в НУ завершается. После романтических 90-х, когда у всех  теоретически были равные шансы обогатиться, наступили революционные 2000-е. И вот мы уже во втором десятилетии второго тысячелетия.

«Майно», в основном, переделено, места у источников  распределены и огорожены. Бои теперь идут далеко наверху, остальные выживают всё в более и более жёстких условиях.

Пока богатые живут в неприличной роскоши, бедные пыжатся из всех сил. Законы пишутся только чтобы их обходить, милиция и суды не с народом, зато железный занавес рухнул и пролезть на ту сторону уже можно. И даже устроиться там на заработки. И как-то прижиться. Ну, в общем, убежать уже можно. И это – чуть ли не единственное безусловное достижение постсоветского времени. Перспектива тоже ясна — хозяева будут всё больше забирать, а бедные беднеть и все вместе будут всё яростнее ругать прошлое, вместо того, чтобы определять будущее.

Таким образом, напрашивается вывод, что система плохая. А отсюда следует вопрос, которому позавидует сам принц датский:  А те, кто хорошо прижился в плохой системе — это хорошие люди?
И наоборот — те, которые не смогли адаптироваться и хотят отсюда уехать или уже уехали или тут как-то барахтаются – так вот они, какие: плохие или хорошие?

Бытует ещё мнение, что на самом деле страна Украина у нас планируется замечательная, и умные люди знают как она будет выглядеть, а сейчас  — это гниющие остатки совка. Не буду спорить. Просто спрошу опять: А вот те, что  на этих остатках живут в роскоши — это хорошие люди?

Думаю, это очень важный вопрос. Обществу бы стоило определиться, что в его понимании  «хороший человек». Тот, кто живёт в роскоши? Или решающий «как надо» через кума, там, где остальные решают по закону? Или имеющий за плечами большое количество добрых дел? Или признак «хорошего человека» — это такая жизнь как у Канта в его категорическом императиве? 

Понять, что такое «хороший человек» нужно затем, чтобы именно хороших людей и выбрать во власть, то есть — в определители системы. Пока выбирают богатых. Следует ли из этого, что в украинском понимании, хороший человек – это богатый? А почему тогда его так активно выбирают бедные – то есть плохие по этой логике?

Говорите, бедные, то есть те, кому тут плохо – это хорошие? А почему богатые тоже отсюда убегают и пристраивают своих детей за границей? Неужели  и им тут плохо? И неужели, раз им тут тоже плохо  —  они  тоже хорошие?

Так что же такое «хороший человек» с точки зрения страны Украины?

Ещё по теме: Ну и бег по кругу

Человек — хрупкое существо. Человека можно убить  капелькой яда, составляющей одну стотысячную от его веса. Иголкой можно убить. Плохой новостью. Оторвавшимся тромбом. Это только в фантазиях мы способны индивидуально вершить судьбы мира. А на деле от нас мало что зависит. В смысле исторических или социальных процессов отдельный человек — всего лишь статистическая единица.

История – игра мировых стихий. Менее всего вероятно, что  миром правят личности: цезари, македонские, петры первые, бисмарки, ленины, сталины, гитлеры всякие … Кто они такие? – обычные хрупкие люди. Человек способен придумать что-то в технике или науке, как Эйнштейн. Или написать  гениальную музыку. Или сочинить себе и своей стране такое прошлое, которым он может гордиться. Но силой своей воли организовать и заставить покоряться миллионы человеку не по силам. Скорее всего, миром управляют некие исторические процессы, которые, как  вулкан сандалии Эмпедокла, выбрасывают наверх тех или иных исполнителей-реализаторов. И не только выбрасывают, но и хранят их от смерти до тех пор,  пока они не выполнят некую свою социальную функцию. 

Я не люблю  государство, называющее себя независимой Украиной. Мне неприятно называть его  Украиной – потому,  что Украина – моя родина и это омонимическое совпадение названий её сильно обижает. Далее я буду назвать это государство — НУ.  Так вот я не люблю НУ. Мне оно напоминает что-то гадкое. Особенно неприятно, что это гадкое образование обосновалось на территории моей родины,  в местности, где похоронены мои предки, где я провёл детство и сформировался как личность, где моя любимая природа и  родная мне культура.  Я пробовал уезжать и жить в других краях, но мне тут уютнее.   Если бы ещё не  НУ…

Я уже не говорю о том, что лидеры НУ, то есть наиболее успешно реализованные в рамках ну-парадигмы люди, – жулики. Вопрос в самой мародёрской и подлой природе этого образования, которое существует за счёт одновременного оплёвывания и грабежа прошлого. За всю историю на этой земле более подлого, мерзкого и бессмысленного режима как сейчас не было.   

За время существования СССР Украина обзавелась развитой промышленностью и инфраструктурой. Именно в фундамент построения такого развитого промышленного государства и легли жертвы голодоморов, войн и репрессий. Если бы  не все эти жертвы  – как ни страшно это звучит — к 1991 году гражданам НУ грабить было бы нечего. Но это не просто грабёж. Он же ещё сопровождается беспрерывными кощунственными  воплями в адрес «совка». А ведь проклятие прошлого, по сути, является обессмысливанием не только достижений и побед поколения дедов-прадедов, но и всех жертв советского режима. Есть один персонаж в Ветхом Завете, который так себя вёл. Хам – его имя….

В этой связи любопытная цитата. Президент Европарламента Мартин Шульц  «Я глубоко обеспокоен принятием Верховной Радой законопроектов, которые могут ограничить основные свободы граждан, препятствующих свободе собраний и слова, и ограничивающих деятельность неправительственных организаций. Если они станут законами, то будут толкать Украину назад к ее авторитарному, советскому прошлому. Спешка, отсутствие прозрачности и нарушение парламентских процедур — не путь для принятия обоснованных законов», — приводит его слова Интерфакс-Украина.

Так он же врёт! Советское прошлое – это бесплатное образование и медицина! Это возможность получить жильё от государства, это право на труд и отдых – а потом уже все тоталитарные штуки. А то, до чего естественным путём докатилась НУ – это антисоветская реальность. Все недостатки СССР, служившие исключительно для того, чтобы сохранить плюсы системы стали формой госправления под названием  НУ. А плюсы и достоинства советского государства оболганы и нивелированы.

Глупо думать, будто бы автор этого текста питает иллюзию относительно того, что прошлое можно вернуть. Таких, наверное, вообще нет уже в природе. Но настоящее настоящее (!!!) строится только на любви к своему  прошлому. Да, так случилось, что мировые стихии, которые в своей, недоступной пониманию человека  игре, выбрали нас для осуществления уникальной в истории человечества  попытки построения справедливого общества, не позволили нам долго пользоваться результатами построения  социализма. И с коммунизмом не вышло. 

Однако, это была великая попытка и её нужно считать прекрасной, хотя и трагической частью истории Украины. Иначе — это не  история, а биография урода. И таким же вырастет следующее поколение – на презрении к жизни своей страны в прошлом, на  неудачах родителей, на воровстве  и жульничестве как единственном способе социальной реализации.   

У Украины есть два варианта. Или перестать быть НУ, а стать страной со своей непрерывной великой и трагической историей.  Или бегать по кругу. Как сейчас. Мне жалко тех, кто сегодня на Майдане. В формате НУ не имеет значения, как зовут хозяина и его свиту. Грабить будут все. Чтобы убедиться в этом – нужно просто оглянуться на  последние 20 с лишним лет. И что там?  НУ?…  

 Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

Я — маленький человек с точки зрения «больших». И вот я смотрю на окружающий мир и думаю: Половина моей жизни прошла в СССР, половина — в НУ.  Что поменялось лично для меня при смене державы? И затрудняюсь ответить. Ну, так… Детали какие-то непринципиальные…

Живу я там же и с той же. Ем и пью примерно то же, купаюсь в прежнем  Псле, а на море —  как ездил, так и езжу в любимое Планерское, опять ставшее Коктебелем.

Старые друзья мои (из тех, кто ещё жив, но это от государственного устройства не зависит) так же дороги мне и готовы помочь, когда мне трудно. Впрочем, как и я им. Правда, живём мы теперь преимущественно в разных городах и странах. Зато есть интернет и общаемся мы, в итоге, минимум не реже, чем с теми, с кем живём в одном городе. Интернет помог получить свободный доступ практически ко всем библиотекам и произведениям искусства в мире. Но это просто прогресс цивилизации и вряд ли зависит от независимости или  государственного строя. У коммунистических китайцев интернет тоже есть…

Читаю я те же книги, на тех же  равно близких мне, русском и украинском языках. На моей книжной полке уже много лет мирно уживаются  Гоголь и Достоевский, Пушкин и Драч, Бердник и Ефремов, а также множество литераторов из, так сказать, «третьих стран».

На Новый год —  как пил, так и пью шампанское, после  банального поздравления смешного и немножко жалкого человека, который явно не в своей тарелке. (Я сейчас не о гостях). Начальники вообще практически не расконсервировались, как и моё отношение к ним.  Их  подчинённые —  тоже. Трусы и подхалимы, как били челом при коммунистах, так и продолжают при нынешних.

Нет, изменения, конечно, имеются. Теперь меня в московском поезде будят ночью какие-то странные люди в погонах и требуют документы. Мне это немножко напоминает детские игры и, конечно же, составляет некоторые неудобства. Хотя с другой стороны — как-то развлекает в дороге.

Зато явно лучше стала транспортная сеть в городе и по области. До появления маршруток и частных автобусов, поездка на ту же Барановку составляла проблему. Впрочем, после недавней  транспортной реформы ездить на Барановку опять стало так же неудобно, как было  при СССР. 

При  тоталитарных Советах  вся пресса работала на правду КПСС. В демократической НУ появилась «независимая»  коммерческая пресса,  которая за деньги пишет «правду» на любую заказанную тему. 

Если бы я был автомобилистом, наверное,  ездил бы на каком-нибудь «Шевроле», как мой отец в СССР   — на «Ладе».  Но я пешеход и поэтому не могу не замечать, как ухудшилось качество тротуаров. Выросло число автомобилей, увеличилось количество  выхлопных газов. Зато авто, говорят,  нынче —  качественнее. Кроме того, остановилась часть промышленных предприятий и стали чище реки. Хотя, это спорный вопрос.

Раньше из  высшего руководства я знал имя Генсека и директора школы, где работал. Теперь  знаю поимённо две трети горсовета и десятка два шоу-депутатов из Верховной Рады, плюс пяток министров.  Они сейчас выполняют для меня ту же развлекательную функцию, которую раньше выполняли  международные империалисты. Вместо Анжелы Дэвис и Нельсона Манделлы, за свободу которых я всей семье боролся у телевизора во времена  Союза, я у того же телевизора (только новой марки)  борюсь за свободу Юлии Владимировны, а параллельно и за весь украинский народ, который хотя, наконец, и обрёл, но всё равно жутко страдает.

Особенно страдания украинского народа видны летом возле водоёмов, которые в это время похожи на привал монголо-татарского войска  с бесконечным количеством костров, соответствующими шашлыками и стойбишами породистых коней (сейчас железных).  Вместо праздничных демонстраций — теперь майданы. На советских демонстрациях мы кричали начальству: «Ура!». Теперь с таким же энтузиазмом (и с тем же успехом) кричим ему: «Геть!». 

И  тут я подхожу к главному и единственному серьёзному отличию НУ от СССР. В Союзе меня всё — СМИ, телевидение, кинофильмы, наружка и  т.д. — убеждало в том, что я живу хорошо. А скоро — буду ещё лучше.

 А в незалежной, мне с утра до вечера рассказывают, как всё вокруг ужасно. А будет ещё хуже. 

И каждый день в курилках, нетрезвых застольях и на ратном поле фейсбука сражаются до полного стирания смысла слов и букв на клавишах сторонники  НУ и СССР.  О чём мы там спорим?  Кого убеждаем? В чём?

… А самое  главное, что  все эти годы, независимо  от строя и цвета флага, я живу и по горло занят ежечасным, ежеминутным проживанием своей, одновременно прекрасной и  горькой, порой лёгкой, порой невыносимой, единственной личной  жизни, которая была и будет такой,  пока у меня есть какое-то здоровье, и нет войны…

Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com