— Папа! А кто такой Леонид Ильич Брежнев?

— Это, сынок, один из политических деятелей времен Владимира Высоцкого!

Бывают люди, которые своим творчеством влияют на общество больше, чем вся система управления государством в полном составе. Какие эмоции правящей идеологии проявлялись по отношению к Высоцкому при его жизни, да и сейчас тоже? Зависть – его слушают больше, чем нас! Возмущение – да как он посмел! Страх – да он же смуту подымает! Срочно взвесить, обмерять и поставить по ранжиру в ровный строй советских поэтов и актеров! Неужели простые песни о спортсменах и летчиках, альпинистах и водителях, героях войны и ученых так пугали партийную номенклатуру? Или может быть сатирические зарисовки о пьяницах и бомжах могли подорвать устои социалистической морали? Чем же был так страшен Высоцкий и что на самом деле просил услышать его голос?

Что бы с ним не делали, он упорно не хотел становиться как все! Он не признавал рамки и правила, догмы и каноны – он хотел просто жить и писать о простых человеческих ценностях, высмеивая и осуждая людские пороки. Вероятно, именно это и пугало в творчестве Высоцкого, на тот момент уже разлагающуюся, «партийную машину». Вспомним хотя бы его «Песню автозавистника» (не смог отказать себе в удовольствии привести текст полностью).

Произошел необъяснимый катаклизм;
Я шел домой по тихой улице своей,
Вдруг мне навстречу нагло прет капитализм,
Звериный лик свой скрыв под маской «жигулей».

Я по подземным переходам не пойду,
Писк тормозов мне, как роман о трех рублях,
Затем я гиб и мерз в семнадцатом году,
Чтоб частный собственник глумился в «жигулях»?

А он мне не друг и не родственник,
А он мне заклятый враг,
Очкастый частный собственник
В зеленых, серых, белых «жигулях».

Ну ничего, я к старой тактике пришел,
Ушел в подполье, пусть ругают за прогул.
Сегодня ночью я три шины пропорол,
Так полегчало — без снотворного уснул.

Дверь проломить — купил отбойный молоток,
Электродрель — попробуй крышу пропили.
Не дам порочить наш советский городок,
Где пиво варят под названьем «Жигули».

Мне за грехи мои не будет ничего,
Я в психбольнице все права завоевал,
И я б их к стенке ставил через одного
И направлял на них груженый самосвал.

Мне мой товарищ по борьбе достал домкрат,
Вчера кардан мы к магазину с ним снесли.
Не дам, чтоб капиталистический «фиат»
Маскировался под названьем «жигули».

Но скоро я машину сделаю свою.
Все части есть, но от владения уволь.
Отполирую и с разгону разобью
Ее под окнами отеля «Метрополь».

Нет, что-то екнуло, ведь части-то свои,
Недосыпал, недоедал, пил только чай…
Все! Еду, еду регистрировать в ГАИ,
Ах черт, «москвич» меня забрызгал, негодяй!

А он мне не друг и не родственник,
А он мне заклятый враг.
Очкастый частный собственник
В зеленых, серых, белых «Москвичах».

Ведь песня не о том, что нужно ввести частную собственность, копайте глубже! Песня о том, что человек меняется, когда начинает владеть имуществом. Песня – предупреждение, указывающая на несовершенство существующей системы! Но прислушиваться ни кто не стал. Проще ведь запретить частную собственность, чем поступиться устаревшими принципами.

Вообще-то Высоцкий очень любил быструю езду. За всю его жизнь у него было шесть автомобилей. Первый автомобиль Владимира Высоцкого – «Волга ГАЗ-21» серого цвета, приобретенный им в 1967 году, а затем им же и разбитый. После, были «Жигули»–«копейка», «Renault 16», «BMW», «Мерседес». Он все их благополучно разбивал с завидным постоянством. В конце 1979 года на гастролях в Германии Владимир купил спортивное двухместное купе Mercedes 350 желто-коричневого цвета. Вспоминает Серуш Бабек (В. К. Перевозчикову): «Когда он (Высоцкий) в следующий раз приехал ко мне в ФРГ, то сказал: „Ты должен продать мне свою машину!…“ А у меня был спортивный „Мерседес“, его не так легко купить, надо ждать некоторое время… Этот второй — маленький „Мерседес“ коричневого цвета он купил у меня… У Володи было тогда разрешение на ввоз машины без пошлины, это разрешение было подписано заместителем Министра внешней торговли Журавлевым»

Я не просто так привел эту цитату. Из нее можно очень многое почерпнуть! Например, почему опальный поэт, имел возможность купить автомобиль «Волга»? Ведь такие автомобили могли приобрести только «избранные», как-никак «Лучший автомобиль 1958 года», Гран-При Брюссельского автосалона. Далее, если Высоцкий был так опасен системе, почему он был «выездным»? Со своими гастролями он побывал в разных странах и не однократно. Диски с его песнями выходили во Франции, Германии, США, Японии и др. Хотите сказать, что знаменитый КГБ ничего не мог сделать? Такую величину как Сахарова изолировали так, что о нем стало слышно только к концу 80-х, а простого актера не смогли? И зачем зам. Министра внешней торговли Журавлеву выдавать Высоцкому разрешение на беспошлинный ввоз иномарок из-за границы? Это проявление явной благосклонности власти, далеко не каждый мог получить такую привилегию.

Высоцкий был страшен не Системе! Высоцкий был страшен разложившимся и морально деградировавшим прихлебателям системы! Именно о недопущении таких людей к управлению страной, то есть об отсутствии у них духовной идеологии, нравственности если хотите, были написаны вот эти стихи:

В сон мне — желтые огни, и хриплю во сне я:
«Повремени, повремени — утро мудренее!»
Но и утром все не так, нет того веселья:
Или куришь натощак, или пьешь с похмелья.

В кабаках — зеленый штоф, белые салфетки, —
Рай для нищих и шутов, мне ж — как птице в клетке.
В церкви — смрад и полумрак, дьяки курят ладан…
Нет и в церкви все не так, все не так, как надо!

Я — на гору впопыхах, чтоб чего не вышло, —
На горе стоит ольха, а под горою — вишня.
Хоть бы склон увит плющом — мне б и то отрада,
Хоть бы что-нибудь еще… Все не так, как надо!

Я — по полю вдоль реки: света — тьма, нет Бога!
В чистом поле — васильки, дальняя дорога.
Вдоль дороги — лес густой с бабами-ягами,
А в конце дороги той — плаха с топорами.

Где-то кони пляшут в такт, нехотя и плавно.
Вдоль дороги все не так, а в конце — подавно.
И ни церковь, ни кабак — ничего не свято!
Нет, ребята, все не так! Все не так, ребята…

Поэты  — вообще особая каста. Это люди, которые умеют в каком-либо явлении или событии рассмотреть зерно и в образной форме «прорастить» его на глазах у всех окружающих. Причем зачастую, сознание окружающих на столько «отформатировано», что восхищаясь словосплетениями стиха, они не замечают смысла повествования. Более того, боятся различать эти смыслы в Стихах. Высоцкий, может и подсознательно, но чувствовал, что человек у власти не должен быть далек от народа. В своей балладе «Протопи ты мне баньку по-белому» есть такие строки:

…Ближе к сердцу кололи мы профили
Чтоб он слышал, как рвутся сердца.

Мы же превознося сегодня память о Высоцком, втоптали в грязь смысл его творчества, голосуя на выборах за лицемеров и воров. Мол, он уже и так имеет, воровать больше не будет. У таких людей единственная ценность в жизни – деньги, в любых их ипостасях. Им до лампочки «разрывы наших сердец»!

Высоцкого отформатировать так и не удалось. Загнать его творчество в жесткие рамки классификатора так же невозможно, как поделить советский кинематограф по жанрам: боевик, триллер, мелодрама. Как правило, Высоцкого причисляют к бардовской музыке, однако здесь нужно сделать оговорку. Тематика песен и манера исполнения Высоцкого заметно отличалась от большинства других, «интеллигентных» бардов, кроме того, сам Владимир Семёнович не причислял себя к «бардовскому» движению: «Значит, „Как Вы относитесь к нынешнему менестрелизму и что, по-Вашему, — бардовская песня?“ Во-первых, я эти два слова впервые слышу — слово „менестрелизм“ вот и „бардовская“. Вы знаете, в чём дело — я никак не отношусь. Я никогда к этому никак не относился, никогда себя не считал никаким ни „бардом“, ни „менестрелем“. Вот, и тут, вы понимаете… Я никогда не принимал участия ни в каких „вечерах“ этих, которые организовывались. Сейчас такое дикое количество этих вот так называемых „бардов“ и „менестрелей“, что я к ним не хочу никакого отношения иметь.» (Стенограмма выступления Высоцкого в г. Ворошиловграде 25 января 1978 г.) Сегодня Высоцкого чаще олицетворяют с «шансоном» – согласитесь, это еще смешнее, чем «менестрель».

Гений Высоцкого, а также и проблема мерзавцев, преследовавших его, еще и в том, что он не просто предупреждал общество от проникновения в управление «злотолюбцев». В своей песне «Охота  на волков» он дает оружие борьбы с ними… впрочем, читайте сами:

Рвусь из сил и из всех сухожилий,
Но сегодня — опять, как вчера, —
Обложили меня, обложили!
Гонят весело на номера!
Из-за елей хлопочут двустволки —
Там охотники прячутся в тень.
На снегу кувыркаются волки,
Превратившись в живую мишень.

Идет охота на волков. Идет охота!
На серых хищников — матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Не на равных играют с волками
Егеря, но не дрогнет рука!
Оградив нам свободу флажками,
Бьют уверенно, наверняка.
Волк не может нарушить традиций.
Видно, в детстве — слепые щенки —
Мы, волчата, сосали волчицу
И всосали: «нельзя за флажки!»

………………………………………………
Наши ноги и челюсти быстры.
Почему же — вожак, дай ответ —
Мы затравленно мчимся на выстрел
И не пробуем через запрет?
Волк не может, не должен иначе.
Вот кончается время мое.
Тот, которому я предназначен,
Улыбнулся — и поднял ружье…
…………………………………………………

Я из повиновения вышел —
За флажки — жажда жизни сильней!
Только сзади я радостно слышал
Удивленные крики людей.
Рвусь из сил и из всех сухожилий,
Но сегодня — не так, как вчера!
Обложили меня! Обложили!
Но остались ни с чем егеря!

Идет охота на волков. Идет охота!
На серых хищников — матерых и щенков.
Кричат загонщики, и лают псы до рвоты.
Кровь на снегу и пятна красные флажков.

…не кидаться на «охотников» – сильных-мира-сего, как крысы, загнанные в угол, а «уходить под флажки»! Не позволять ограждать себя «липовыми» рамками субкультур и сообществ. Расширять «свою территорию» – свое понимание Мира, чтобы не давать возможности на себя охотится! Иначе, нас с улыбкой «перестреляют в пьяной потехе».

Высоцкий остается быть «опасным» и сегодня, поскольку методы програмирования сознания остаются прежними. Заставить несколько поколений забыть такое культурное наследие невозможно. Поэтому используются проверенные технологии. Например, вписать творчество Высоцкого в жанр «шансон», и три четверти слушателей сразу же отвернуться от его песен. Или снять фильм про Высоцкого-наркомана – еще часть аудитории долой. Затем размещать его песни в водопаде однодневной попсы и количество интересующихся творчеством гения упадет до критической отметки – ниже 5% . Дело сделано – оставшимся нужно давать только, лишенные второго смысла, песни о любви или о животных.

Как говорил на своих концертах сам автор, представляя «Песню о Жирафе»: «…под нее хорошо маршировать в детских садах и санаториях». Не стану приводить ее полный текст, она достаточно известна. Большой, высокий и мудрый Жираф создает семью с Антилопой. Вся Африка в шоке и только какой-то «попка» из ветвей попугайским голосом кричит: «Жираф большой, ему видней!» Ничего не напоминает? Сколько таких «Попок» было во всех созывах нашей Верховной Рады! А вину в конце каждой пятилетки сбрасываем на очередного «Жирафа».

…пусть Жираф был не прав, но виновен не Жираф,

А тот, кто крикнул из ветвей: «Жираф большо-о-ой, ему видней!»

Сегодня в интернете можно найти информацию об образовании – «Высоцковедения» – молодая и перспективная комплексная наука, требующая всё новых и новых усилий от биографов, театроведов, киноведов, музыковедов, эстетиков, социологов…(конец цитаты) Подсчитывают его автомобили, гитары, жен, детей, количество потребленного морфия. Но никто даже не заикается о том настоящем наследии, которое он после себя оставил. Свои мысли, свои чувства, свои надежды и тревоги Высоцкий вложил в более чем 600 песен, 200 стихов, снялся в 29 фильмах, не считая работ в театре, и это все лишь за 42 года жизни. Читайте Высоцкого, слушайте Высоцкого! Ему и сегодня есть что сказать! Его «Песня о напарнике», «Песенка о переселении душ», баллады «О любви» и «О борьбе», песня о себе «Я не люблю» — да разве все перечислишь. В них мудрость человеческая, свобода и честь. Он писал свои песни не для веселья, он старался сделать этот мир лучше. Последний стих, который он написал перед смертью:

Мне есть что спеть, представ перед Всевышним,

Мне есть чем оправдаться перед Ним!