Редакция АТС  крайне редко осмеливается что-либо  советовать в  вопросах, касающихся живописи. Однако на выставку  молодого харьковского художника Максима Дудченко  (1990 г. р.), которая 22 октября  открылась в  Сумской городской галерее, по нашему мнению, сходить  стоит.

Первое впечатление, когда входишь в зал, – присутствие  мощной энергетики чужого и  немного даже агрессивного  мира. Спустя некоторое время выясняется, что мир этот не чужой,  а  просто  другой, авторский.  Затем начинаешь рассматривать картины, многие из которых написаны в специфической технике,  крупными фактурными мазками, и понимаешь, что  картины эти вовсе не агрессивны. То, что  показалось  агрессией, –  скорее  шаг  картины  навстречу  зрителю. Обычно   живопись  как бы открывает   дверцу внутрь полотна и зовёт к себе,  как женщина. А тут, наоборот,  дверца распахивается наружу.

 Когда это понимаешь –   начинаешь воспринимать энергетику  работ, их эмоциональность  и мастерство, которое даже  несколько удивляет  в столь молодом авторе. Такое впечатление, что   у него  не только хорошая школа,  но и талант, подобный природной постановке голоса.  Недаром же за плечами Максима Дудченко столько выставок в столицах Украины и даже две в Берлине.

 Постепенно  между зрителем  и картинами начинают устанавливаться отношения. Мысль об отношениях прозвучала из уст самого автора во время его краткой речи  на открытии выставки, когда он сказал, что  не хочет  лишними словами  разрушать эти самые индивидуальные отношения. Надо признать,  что это была единственная стоящая мысль из озвученных  при произнесении  приветственных речей. Выступавшие до этого мэтры сумского художественного  сообщества, в основном,  блистали своими знакомствами в кругах  тех, от кого всё зависит, и  так настойчиво советовали Максиму Дудченко вступать в ряды Союза художников, будто бы он специально приехал  в Сумы из Харькова спросить у них совета по этому поводу.  Собственно, о творчестве   художника от мэтров ничего услышать не удалось. А жаль.

Кроме мэтров, на открытии выставки присутствовало   непривычно много  юных созданий прекрасного пола.    Они с равным восхищением и почтением  смотрели как на работы Максима Дудченко,  так и на самого автора.  

 Возвращаясь  к живописи,   скажем, что в картинах художника  мы нашли много замечательного:  фантазию,  мастерство,  энергетику,   но нам немного не хватило  нюансов, полутонов. Не  то чтобы их совсем нет. Есть  натюрморт  с пышной  веткой  сирени  в стеклянной банке, которая  очаровывает  именно  своей  игрой  полутонами. А рядом  (на фото –  выше и  слева  сирени в банке) –  замечательная, совсем маленькая  картина, которая называется (кажется) «Закат в горах». Там такое солнышко трогательное чуть-чуть  выглядывает из-за горы. Вроде бы и штришок, а на нём всё держится…

Мир  Максима Дудченко  одновременно немного сказочный (при долгом всматривании некоторые натюрморты начинают  превращаться в волшебный лес)   и   сильный, реалистичный,   мужской. Всё это похоже на   музыку в стиле рок.  При том, что  большинство картин – пейзажи и  натюрморты! Такие себе   рок-натюрморты… Отсюда, может  быть,  и предпочтение энергетике перед  полутонами и   эмоциональный заряд, который выносишь с   этой выставки, и такое количество   вышеописанных прекрасных  юных  созданий,  очевидно чувствующих  в авторе  сильное мужское начало.

Отдельно  интересен и замечателен  своей поэтичностью  осенний пейзаж c  одиноким  облетающим деревом на фоне   величественно умирающей природы.  Что-то в нём лермонтовское есть.  И зелёные стога, которые,  в отличие от многих других  работ автора,   прежде всего   зовут к себе и манят  внутрь  перспективы….

Особняком  (они так и вывешены)  стоят две работы. Портрет некрасивого, но симпатичного молодого человека и полотно под названием «Обнажённая со спины». Откровенно говоря, мы эту  картину не  поняли. На ней изображена  злая, некрасивая, неприятная  немолодая  женщина так,  чтобы подчеркнуть именно эти её характеристики. В свете (именно в свете) остальной экспозиции  наличие этой картины  необъяснимо.   Мы  сначала намеревались  расспросить о ней самого автора,  но он всё время был окружён стайкой прекрасных созданий,  и тогда  мы просто решили отнести вышеуказанное полотно к попутным творческим экспериментам молодого художника,  столь необходимых для движения вперёд и расширения творческого диапазона.

Талантливое искусство имеет известное  свойство «заселяться» в  зрителя. Посещение выставки закончилось.  Перед  глазами уже давно были другие виды и пейзажи. Однако  картины  Максима Дудченко,  их светлая энергетика и  бурлящая фантазийная фактура  ещё долго  существовали   внутри, сливаясь  в некий единый образ  и  устанавливая (успешно устанавливая)  те самые отношения  с внутренним миром зрителя, ради которых они  и были созданы.