Фабрицио Корнели – безусловный виртуоз в создании оптических эффектов. В темноте или полумраке его творения выглядят как беспорядочный набор металлических деталей, без всякой логики закреплённых на стене. Однако только возникнет поток света, как хаос обретает форму и на стене начинает проступать картина, задуманная художником.
Фабрицио Корнели родился в 1958 году, ныне живет и творит во Флоренции, городе где родился Данте, где жили и работали Макиавелли, Микеланджело и Галилей. Произведения художника не только экспонируются на престижных выставках, но и украшают здания в Риме, Париже, Брюсселе, Барселоне, Берлине…

Автор постоянно находится в процессе поиска новых технических средств и совершенствования своего художественного метода, который заключается в том, чтобы детали, отлитые в особых формах, так располагались в пространстве, чтобы отбрасываемые ими тени складывались в заданное изображение.

Ранее мы писали: Скульптор из Шотландии населил окрестный лес креативными «страшилками» 

Фабрицио Корнели не без основания считает, что свет – это энергия, создающая формы. В общем, ничего нового в этом не было бы, если бы не мастерство, с которым художник подчиняет своим творческим замыслам эту стихийную энергию природы.

Особенно впечатляюще выглядят его работы на внешних стенах зданий. Ведь расположение солнечных лучей в течение дня всё время меняется и, соответственно, другим становится изображение, возникшее в результате игры теней. А по вечерам, когда свет солнца сменяется на искусственный свет, на инсталляциях Фабрицио Корнели проявляются иные, отличные от дневных формы и смыслы.

 Ранее мы писали: Художник из Франции использует вместо холста небо.

На официальном сайте художника сказано: «Художественные исследования Корнели представляют собой синтез геометрических вычислений и философских размышлений о восприятии, детально разработанных при помощи инструментов и эстетического языка современности. Приняв за основу принципы анаморфоза, трансформации и деформации, появившиеся в эпоху Ренессанса и совершенствуемые в маньеризме, автор переводит их на язык двадцать первого столетия. Больше нет необходимости в определенной точке зрения, с которой зрители могут увидеть изображение: все зависит от правильно выставленного источника света»