Ещё недавно в истории человечества такой цвет, как синий, просто не существовал. Нет слова, определяющего этот цвет, в таких древних языках, как греческий, китайский, японский, иврит. Мало того, что нет слова, есть свидетельства, что древние люди не видели этот цвет вовсе. 

Как мы узнали, что синего цвета не хватает?

Всё началось с древних произведений. В «Одиссее» Гомер сравнивает цвет моря с цветом тёмного вина, но почему не упоминает синий или зелёный?

В 1858 году учёный Уильям Гладстон (William Gladstone) заметил, что это не единственное странное описание цвета в этом произведении. Гомер описывает также детали одежды, вооружения, брони, черты лица, животных, и цвета, которые он присваивает многим вещам, крайне странные. Например, железо и овцы фиолетовые, а мёд зелёный.

Гладстон решил подсчитать, сколько раз встречается упоминание цветов в «Одиссее». Чёрный приблизительно 200 раз, белый около 100, красный 15 раз, а жёлтый и зелёный менее 10 раз.

Тогда он стал изучать другие древнегреческие произведения и заметил интересную закономерность: нигде не упоминался синий цвет. Нет даже намёка на него. Такое ощущение, что греки жили в тёмном и мутном мире, лишённом ярких цветов. Были только белый, чёрный и цвет металла с редкими вкраплениями красного и жёлтого.

Гладстон предположил, что это была какая-то общая черта, присущая только грекам, но филолог Лазарус Гейгер (Lazarus Geiger) продолжил его работу и пришёл к выводу, что это справедливо и для других древних культур.

Он изучил исландские саги, Коран, древнекитайские истории и древнееврейскую версию Библии. Вот, например, что он написал об индуистских ведических гимнах:

Эти гимны состоят из более 10 тысяч строк, где множество раз встречается описание небес. Едва ли что-нибудь описывается чаще, чем небеса. Солнце, закаты, день и ночь, тучи и молнии и много чего ещё. Но есть одна вещь, о которой невозможно узнать из этих описаний. Это то, что небо синего цвета.

Первый появился  «красный»

В древности не было синего цвета, он не отличался от зелёных и тёмных оттенков.

Тогда Гейгер стал копать дальше и выяснять, когда же появился синий цвет. И выявил ещё одну интересную закономерность. В каждом языке сначала были определения для тёмных и светлых оттенков, далее появлялось слово «красный» — цвет крови и вина, а только потом жёлтый и зелёный. И в самом конце, через много лет, наконец-то появился синий.

Единственная древняя культура, которая различала синий цвет, — египетская. У египтян даже была краска синего цвета.

Если так задуматься, то синего цвета не так много в природе. Есть, конечно, небо. Но действительно ли оно синее? Как следует из работ Гейгера, даже священные писания, которые часто описывают небеса, необязательно видят его таковым.

 Такого древние точно не видели: В Сумах открылась выставка флюоресцирующих картин

Один исследователь, Гай Дойчер (Guy Deutscher), автор книги «Сквозь зеркало языка», провёл любопытный эксперимент. Он знал, что один из первых вопросов, который задают многие дети, это «Почему небо голубое?». Так он растил дочь, стараясь при этом не описывать ей цвет неба, и однажды обратился к ней с вопросом, какой цвет она видит, когда смотрит на небо.

Девочка не могла ответить. Небо было для неё сначала бесцветным. Далее она решила, что оно белое. И только спустя некоторое время пришла к выводу, что оно синее.

Синий цвет был для неё не первым, который она увидела. Он был последним. 

Могут ли люди видеть цвета, которым ещё нет определения?

Ответ на этот вопрос дать сложно, потому что мы не знаем, что происходило в голове у Гомера, когда он описывал море цвета тёмного вина и фиолетовых овец. Но мы знаем, что древние греки и представители других древних культур имели такое же биологическое строение и способность воспринимать цвета, как и мы с вами.

Но действительно ли вы можете видеть то, чему ещё нет описания?

Учёный Джули Давидофф (Jules Davidoff) специально ездил в Намибию, чтобы выяснить это. Там он провёл эксперимент в местном племени химба, которое говорит на языке, где нет определения синему цвету и нет различий между голубым и зелёным.

Он показал им круг с 11 зелёными квадратами и одним голубым. Члены племени не смогли показать, какой из них отличается.

Но химба имеют в запасе больше слов, описывающих зелёный цвет, чем мы. Когда они смотрели на круг из зелёных квадратиков, где один немного отличался оттенком, они сразу же указывали на него.

А вы сможете?Для большинства из нас это сложно. Вот он, другой квадратик.

Джули Давидофф сделал вывод, что без слова, определяющего цвет, без способа его идентификации, нам очень сложно заметить какое-то различие, хотя наши глаза физически их воспринимают.

Итак, прежде чем синий цвет стал общепринятой нормой, люди могли видеть его, но не понимали, что они видят.

Получается, что новые цвета постепенно появляются в нашем мире. Не фактически (они уже существуют в природе), просто с течением времени люди развивают способность видеть и различать их.

Интересно, видите ли вы сейчас что-нибудь, что другие пока не видят? И действительно ли это что-то существует?
Читайте ещё о тайнах синего цвета  Мексиканский Андрей Рублёв, или Несколько удивительных фактов о синем цвете

Каждый, кто испытывал это чувство (а его, наверняка, испытывал каждый) знает,что оно  изменяет реальность вокруг нас и тогда уже не важно —  красив ли на самом деле наш прекрасный избранник, умён ли и прочая. Действие любовного чувства похоже на  действие алкоголя или на приход творческого вдохновения. Его результат – перевод нашего существования в другую реальность.

В последние время вокруг темы любви возникло много политических моментов. В частности, обострилась дискуссия  о принятии обществом однополой любви. Нынче считается, что отношение к ней – чуть ли не главный  критерий  нравственного состояния общества.

В связи с данной дискуссией хотелось бы напомнить  древнегреческую легенду о том, откуда вообще взялась любовь. Легенду, точнее миф этот, донёс до нас Платон в одном из своих диалогов, посвященных Сократу.

Диалог называется «Пир». Действие происходит в доме поэта Агафона, во время симпосия, устроенного хозяином в честь победы, одержанной им на конкурсе трагических поэтов. Одним из участников застолья является ещё один  известный древнегреческий литератор Аристофан, прозванный «отцом комедии». В его уста Платон  вкладывает знаменитый миф про андрогинов. Миф этот в популярных  изложениях пересказывается не полностью. Оно и понятно.

По версии Аристофана, до людей Землю населяли  андрогины —  шарообразные существа  трёх полов: мужского, женского и смешанного – мужско-женского. Все они  имели четыре руки, четыре ноги и по две одинаковых головы на одной шее. Остальные  анатомические подробности мы опустим. Андрогины были сильны и умны и в какой-то момент взбунтовались против богов, за что Зевс, посовещавшись с товарищами, решил их наказать разрезанием напополам.  Таки образом, он сделал их  двуногими и предупредил, что если они и дальше будут грешить, то он и ещё разрежет их надвое и им придётся скакать на одной ноге.

Так возникли современные люди.Но ввиду того, что они всё равно чувствуют свою разделённость,они тянутся друг к другу, ищут свои половинки и жаждут с ними слиться. Как правило, при этом точно свою половинку находят не все, основной  массе приходится  ограничиваться примерным подобием.

А теперь ещё раз обратим внимание на начало мифа. Андрогинов было три рода:  мужской, женский и смешанный. Именно последний, после разделения, породил мужчин и женщин, которые желают воссоединиться в одно существо. Это желание и есть любовь. А бывшие андрогинны женского рода ищут свою пару в формате «женщина-женщина». Соответственно и мужчины.

Приведённый миф, как и весь платоновский  диалог «Пир», свидетельствует,что в Элладе к однополой любви относись как к обыденной и абсолютно нормальной вещи. И это высококультурные древние греки —  поклонники прекрасного, певцы красоты человеческого тела, создатели философии, математики, поэзии и театра. На базе  античной культуры стоит вся нынешняя цивилизация (и европейская, и та, что называет себя «русским миром») и зиждется  вся современная культура.

Это я всё к тому виду, что на свете есть множество такого «что и не снилось нашим мудрецам». Вот китайцы едят кошек, змей и червяков. Причём первую кулинарную книгу в Китае написал Конфуций, которого  мы любим цитировать не меньше, чем Лао-цзы или Канта. А у индусов священное животное – обезьяна.

И кто тут осмелиться утверждать, что наши местные политики мудрее и, тем более, нравственнее китайцев, индусов или эллинов?

Возвращаясь к теме любви, напомним, что Марсель Пруст, влюбленный в своего  шофёра и секретаря Альфреда Агостинелли, в знаменитой эпопее «В поисках утраченного времени» описал свои однополые чувства так, что они прекрасно «наделись» на любовь мужчины к женщине.

Иными словами, настоящая любовь – это чувство, которое выше и больше, чем просто стремление к продолжению рода.

Более того, любовь – это  то, с чего должен начинаться любой человеческий контакт. В том числе, и ментальный или душевный. А без неё всё теряет смысл и превращается в тот кошмар, который  мы видим сейчас вокруг.

P.S. По просьбе главного редактора, в связи с эмоциональным восприятием многими данной темы, в качестве резюме скажу,что в публикации говориться о том, что любовь первична и возникает она между людьми. А далее уже вторым числом идут вопросы физиологии полов.

А ещё, мы все разные. И с этим лучше смириться,чем доказывать обратное с помощью оружия.

Исключением может быть только случай, когда ты – автор гениального романа, начинающегося  со строк

«Тьма, пришедшая со Средиземного моря, накрыла ненавидимый прокуратором город…»

Но прежде чем приступить непосредственно к  рассказу о правильной уборке, я бы вот что осмелился посоветовать неженатым коллегам-мужчинам (хотя советы давать стараюсь крайне редко, ибо знаю о  жизни не больше Сократа.) И всё же рискну. Не пропадать же наблюдению. Есть у меня одна знакомая, по имени Маша. Она рекомендует незамужним подругам выбирать спутников жизни, анализируя их рвение и фантазию, проявленные при приготовлении завтрака. В качестве алаверды от мужчин предлагаю следующий рецепт.

Друг! Попробуй внезапно нагрянуть домой к той, кому собираешься сделать предложение руки и сердца. Нет-нет! Дело не в потенциальных конкурентах. Тут другое. Если вещи леди в беспорядке разбросаны по диванам и креслам, колготки и бюстгалтеры свалены на стиральной машинке, обувь по всей комнате, а косметика на всём, что выше пола – смело оставайся и женись — уживётесь.

А вот если у неё даже без ожидания визита посторонних в доме идеальный порядок – быстро убегай, иначе она всю оставшуюся жизнь будет пилить тебя за всякую несущественную мелочь вроде случайно забытого на телевизоре носка.

Теперь перейдём непосредственно к процессу, а правильнее сказать – к ритуалу уборки. Дам прошу временно удалиться в гинекей. Древние греки, которые сегодня будут с нами до хэппи-энда, так называли женскую половину дома. Если представить нынешний мир как дом, то гинекей, похоже, сейчас везде. Поэтому сходите туда, где вам точно будет хорошо. Например, на борщ к Фулерову.          

Вечер накануне

Лейтмотивом и локомотивом для всего последующего действа будет цитата из Александра Блока:

«Что такое поэт? Человек, который пишет стихами? Нет, конечно. Он называется поэтом не потому, что он пишет стихами; но он пишет стихами, то есть приводит в гармонию слова и звуки, потому что он – сын гармонии…»

Поэтическое настроение делает из нас детей гармонии и вдохновляет на борьбу с хаосом. Более того, именно настроение, а не результаты уборки запомнятся нам в качестве действительно по-настоящему прожитых моментов жизни. Создаём его на протяжении всего вечера. Для чтения выбираем кого-то из энергичных поэтов-мотиваторов.

В лидерах – Маяковский и Евтушенко. Блок –  наш, но не весь. «Да, скифы мы! Да, азиаты мы с раскосыми и жадными очами!» — принимается. А вот там, где: «Лениво и тяжко плывут облака…»  — накануне уборки читать не следует. Пойдёт поздняя Цветаева.

Заболоцкий  — вряд ли. Разве что ранний. Мандельштам –  ни в коем случае, там уборка в текстах никогда не делалась.

Заканчиваем вечер мытьём посуды и наведением блеска на кухне. И фокус даже не в том, что это существенно облегчит завтрашние труды. Текущая вода успокаивает и наводит на философские размышления. В сочетании с последней порцией дневной усталости вся процедура обеспечит крепкий ночной сон.

Джентльмены удачи 

Утро. Лёгкая зарядка, чай с бутербродами. Три минуты медитации. Теперь главное – преодолеть лень и начать. И поможет нам музыка.

По пути вопрос: «А где ты вообще слушаешь музыку?  В машине? На работе? А читаешь стихи? Не читаешь?  Некогда?»  Как вариант, предлагаю включить общение с музыкой в ритуал уборки.

Кстати, к слову «музыка» не так много рифм. Самую смелую придумал известный бард Вадим Егоров: «музыка» — «мусорка». Наш человек… Ах да, вчера ещё Анну Андреевну забыли: «Когда б вы знали, из какого сора растут стихи, не ведая стыда…»

Заводим что-то опять же энергичное, со словами, но «понятноязычное»  — англорок и прочий французский шансон пока отдыхают. Мысли должны  постепенно активизироваться вместе с мышцами. Идеально для старта подходит Высоцкий – сам или в исполнении Григория Лепса. Как вариант – Юрия Шевчука. Но только пусть они своё не поют. Только Высоцкого. Это позволит нам удержаться на высочайшем уровне поэтического восприятия мира и не превратиться в одомашненный вариант школьной технички. Я, как правило, начинаю с песенки «Баллада о юнге» Высоцкого в исполнении Лепса. В ней замечательно актуальный рефрен: «Мы – джентльмены, если есть удача. А нет удачи – джентльменов нет».

С первых тактов перед глазами расплёскивается флибустьерское синее море, в комнату вплывают пышнопарусные бригантины, под потолок, расталкивая крыльями моль, взмывают чайки… так в дом входит пространство. Как Одиссей из гениального стихотворения  Мандельштама. Да. Простите, дорогой Осип Эмильевич. Я там выше ошибся. Каюсь. Без Вас и тут никак.

Для усиления эффекта «Юнгу» Высоцкого пусть продолжает  «Песня-танец  новоявленного матроса» Виктора Луферова:

 «Все окна в доме океаном выбиты, хоть далеко-далёко отсюда океан.»

N.B. Друг! Если вышеперечисленные авторы и исполнители тебе не по душе и ты не боишься лишнего пафоса, тогда твоя музыка для старта творческой уборки – «Болеро» Мориса Равеля. Или Пятая симфония Бетховена. Но это уж если ты совсем эстет.

В любом случае пора начинать самое трудное: пытаться привести в порядок, распихать по шкафам и чуланам вещи. И снова вспоминаем Блока: «Порядок мира тревожен, он – родное дитя беспорядка…» – убирая вещи важно помнить, что уборка в шкафу – это отдельное мероприятие. Как там у Окуджавы: «Любовь такая штука, в ней так легко пропасть, зарыться, закружиться, затеряться….» С уборкой в шкафу аналогичная история. Пока туда, ради порядка в комнате, помещаем всё лишнее, даже если что-то придётся впихивать плечом или ногами.

Примерно так пытались строить в нашей стране коммунизм. И так не успели дойти до порядка в  шкафах, то есть головах. А может, просто жалко было с хламом родным расставаться? Может, расставание с ним грозило потерей самоидентификации? Кто его знает. Мы люди перед историей маленькие. Даже  в своём шкафу толком  разобраться не можем…                             

Любовь и помидоры

Вещи убраны. Приступаем  к подметанию. Я категорически не приемлю пылесосов. Они вытягивают из человека остатки древнего грека. Греки же не зря, при своём высочайшем математическом уровне, избегали конструирования машин и вообще занятий ремёслами. Машины изменили мир, внесли в него суету, уничтожили античность и заслонили от человека красоту мироздания.

Поэтому – только веник. Под веник я, как правило, музыку выключаю и разрешаю помидору творчества вовсю использовать меня в качестве огорода. К слову, помидоры, как и всё томатное, крайне полезны мужчинам в качестве профилактики проблем с простатой, которая, как известно, есть второе сердце мужчины. Помидоры и регулярная женская любовь…

В отличие от предыдущего этапа, когда надо было каждый раз решать логическую задачу – куда приткнуть ту или иную вещь, здесь все ясно, а значит, можно спокойно отдаться на волю ритма (это я уже опять про уборку). Шшшшш –Шшшшшш.  Шшшшш-Шшшшшш…И не забываем смачивать веник. А то будет как в не понравившейся нам цитате: «Лениво и тяжко плывут облака…»

Вторая часть моих лучших поэтических строк пришла ко мне именно в эти моменты выстраивания гармонии на базе чистого во всех смыслах ритма. А первая – во время мытья посуды. Под говорок текущей из крана воды.

Завершив подметание, переходим к мокрым процедурам. Вытираем пыль – везде, куда не лень достать. Тут важно не быть максималистом. Мир изначально несовершенен. Даже у Бога не получилось достать везде. Если рука с тряпкой не дотягивается за телевизор, значит, там  останется та доля энтропии, которая делает творение гениальным.

Кстати, наукой установлено, что в любом шедевре доля энтропии – хаоса, доселе неведомого – составляет 20% от всего содержания. Остальное – доля порядка. А вот как достичь этих пропорций, наука пока, к счастью, не знает. Так что будем полагаться на коллективную творческую интуицию. Не зря же мы стольких служителей муз подключили к процессу. Что? Ах, да! К ритуалу…                                 

Лентяйка 

В Википедии написано: «Швабра (от нем. Schwabber), или русскоязычный синоним «лентяйка»». Я предпочитаю всем новомодным веяниям классическую деревянную «лентяйку». Только деревянную, аутентичную! Как гениально заметила Тамара Кубракова, пластмасса и пластик –  попса. А мы в душе рокеры и неформалы. Это стало понятно уже в момент нашего отказа от пылесоса.

И хотя память настаивает на дискретности бытия, именно соприкосновение ладони со шваброй (у меня – липовая) связывает взрослого человека с детством и делает жизнь непрерывной. Держась за швабру, ты, как герой Пруста, надкусивший  пирожное «мадленку», вспоминаешь себя прежнего и физически ощущаешь присутствие мира, который при всех своих  недостатках имел одно неоспоримое достоинство. Он был сказочным.

И отдельно. Швабра состоит из палки, которая тоже оружие. Тяга к оружию таится в каждом мужчине. Даже в гипермирном. Тем более, что она – первое оружие. Фактически со швабры, то есть с палки, начался путь человека к ракете и дальше – к звёздам. Космическое очарование швабры не должно нас оставлять в момент мытья полов ни на миг. В музыкальном же плане хорошо вернуться к чему-нибудь морскому и энергичному. И тут я опять, кроме Высоцкого, никого предложить не могу. Пробовал Бориса Гребенщикова, но БГ –  не море. БГ —   аквариум…                                  

Лицо хозяйки

Мытьё ванной и туалета оставляем на десерт. Музыка – энергичная, иноязычная, желательно знакомая: все равно будет много шумного движения воды и текст не услышишь.

Но голос нужен. Голос другого. Иначе есть риск незаметно оказаться в ситуации онтологического одиночества, кайфового и самодостаточного, из  которого можно и не выйти. На фоне усталости сам бог велел подкачаться энергией рока. А участок крайне ответственный. Когда моя будущая жена с гитарой на плече и томиком Евтушенко в сумке впервые вошла в наш дом, незабвенная моя бабушка Нила с порога объявила ей: «Унитаз –  лицо хозяйки». Иначе говоря – отмывая с помощью различных косметических средств сантехнику, мы делаем комплимент красоте любимой.

Кстати, моя красавица-бабушка Нила в 1945 году была чемпионом области по плаванию с гранатой. И ныряла с Харьковского моста. А по национальности она была чистокровная гречанка из Мариуполя. И как после этого я, на одну четверть потомственный эллин, могу взять в руки пылесос?                               

 Otium postnegotium

Уборка закончена. Не забываем, что последние два-три часа мы находились в согнутом положении. Ложимся на пол (он уже и так чистый, но можно использовать керамзитовый туристский коврик) и расслабляемся, давая позвоночнику выровняться самостоятельно.

В качестве музыкального фона лучше всего сейчас подойдут Моцарт или Бах. На любителя – Шопен. Они создавали музыку для богатых, для тех, кому не надо работать. Мы в данной ситуации – как раз тот случай. Мы уже своё на сегодня поработали и имеем право чувствовать себя богатыми.

Завариваем зелёный чай –  и на диван, с книгой стихов. Для завершения круга поэзии. Тут идеальны нигилисты: Бродский, например, очень  хорош. Или кто-нибудь из зарубежных философов периода завершения философии. Под них быстрее засыпаешь.

А проснувшись, обнаруживаешь себя свежим в практически совершенном мире. Впрочем, спустя некоторое время начинает настигать чувство, что в доме слишком много порядка и это похоже на  предсказанную вторым началом термодинамики тепловую смерть вселенной.

И тогда в дом возвращается женщина и снова начинает разбрасывать вещи…

P.S. В качестве вдохновляющего  музыкального фона при написании данного текста использовалась джазовая музыка в исполнении Стефана Граппелли, Увеса Монтгомери, Джорджа Бенсона и трио Оскара Петерсона. Спасибо вам, мужики!

Ещё на тему мужской жизни: Гол как сокол, или Вкус футбола