Валентина Петровна — женщина в возрасте. Ей вчера восемьдесят пять стукнуло. Сегодня она вышла во двор своего дома, полюбоваться наведённым порядком. Хорошо! Калитка и забор покрашены. Крыльцо и скамеечка отремонтированы. Дрова сложены. Поленница идеальная. Бочка заполнена водой. Двор подметен. Яблоня побелена. Куст черной смородины аккуратно подвязан. Красота, нечего сказать. Душа поет, радуется старушка: «Хорошо поработали тимуровцы!»

Читать другие миниатюры, участвующие в конкурсе «Колибри»

Ровно восемь утра. Дорога до университета занимает около часа. Медлить нельзя – могу опоздать. Надо бы ехать, но… Не могу. Сижу на остановке, задрав голову вверх. Вставать совершенно не хочется. Между прочим, это моя первая осень в Москве. Все в новинку, все в диковинку. Люди странные – вечно куда-то спешат, торопятся, поглядывают на часы, ругаются, когда автобус задерживается. Здания причудливые – высокие, как будто Японские горы! С непривычки опасливо поглядываю на многоэтажки – переживаю: вдруг упадут и придавят меня, такого маленького хиленького студента-первокурсника.

И вроде бы: в чем тут проблема? Заводи суетливых городских друзей, гуляй по крышам новостроек, приспосабливайся к жизни человека нового тысячелетия… А я не могу. Осенние листья мешают. Они у вас тут другие, совсем не похожи на те, что были в моем «поселке». С одной стороны желтые, с другой белые и падают на землю гораздо быстрее своих деревенских собратьев. Может, деревья у вас тут другие, а, возможно, с экологией проблемы, не знаю. Не специалист я в этих делах. Просто непривычно. До боли.

И вот сижу я на остановке. Смотрю на московский листопад. На часах уже десять минут, а я и не думаю садиться в автобус. Мысли дурные в голову лезут. Ощущаю себя подобно этим листочкам, оторвавшимся от могучего дерева и летящих по ветру против своей воли. Куда их этот бродяга занесет, черт его разбери. Одним метеорологам известно, что у него на уме.

Случайно замечаю девушку. На вид лет восемнадцать. Моя ровесница. Так же, как и я уставилась на листопад и думает о чем-то грустном, тоскливом. На часах уже пятнадцать минут. У нее на портфеле наклейка красуется, старая тусклая: «Камчатский край». Неместная. Подхожу к ней. Встаю рядом. Смотрим на дерево вместе. Она растерянно глядит на меня. Испугалась. Думает, будто я что-то плохое затеял. Достаю из рюкзака книжку: «Республика Саха (Якутия)», протягиваю ей.

Улыбается. С интересом страницы перелистывает. Отдает мне обратно. Уже вместе продолжаем смотреть на то, как падают столичные листья…

Читать другие миниатюры, участвующие в конкурсе «Колибри»

Р-раз, и люди промелькнули, да так быстро, что она не успела моргнуть глазом.

Р-раз, и прошмыгнули какие-то мелкие существа вроде сусликов, а она только собиралась зевнуть.

Р-раз, и вихрем пронеслась стайка маленьких рыбок в прозрачной морской воде в то время, когда черепаха делала медленный разворот головы.

И что это все вокруг так носятся? – думала черепаха, — суету разводят, пустой деятельностью занимаются. Одна пыль песочная да брызги фонтаном. Скука, да и только – бестолковая. Что тут поделаешь?

Она стала зевать, но, не успев открыть пасть пошире, одним глазом заметила большую рыбину. И тут мгновенно черепаха поняла, что она жутко хочет есть.

Р-раз, и черепаха оказалась в море.

Р-раз, и нет больше рыбины.

Р-раз, и черепаха опять на своем законном месте на берегу спокойного и очень глубокого моря.

— Больше потопаешь – больше полопаешь? – подумала черепаха.

— Да нет же! — перебила она себя. — Чем дольше сижу, тем лучше угляжу!

И она заснула на солнышке, блаженно причмокивая во сне.

Читать другие миниатюры, участвующие в конкурсе «Колибри» 2015