Тем интереснее для читателя окажется предварительное  знакомство, нижеследующего содержания, с этим мастером, когда прозвучит: к нам едет Мирослав Ясинский! Да, да, именно так — в апреле ждём художника с Гуцульщины, замечательного и самобытного.

Родился Ясинский в 1956 году. Учился в Косовском училище прикладного и декоративного искусства и Львовском государственном институте прикладного и декоративного искусства. Мирослав — преподаватель на факультете дизайна Коломыйского института и отдела изобразительного искусства Коломыйского педагогического колледжа.

 Сбившись со счёта, о количестве выставок Мирослава умолчу. Первая его персональная выставка  в Европе состоялась в 2005 году в Берлине и имела огромный успех. За ней последовали поездки по миру. Картины увидели в Австрии, Канаде, Италии, Польши, Франции, Румынии, Литве, Латвии. Немалая коллекция  его работ в США.

В художественной среде Мирослав известен не только как живописец, а ещё как один из главных авторов-проектантов и исполнителей знаменитого на весь мир музея Писанки в его родном городе Коломые.

Мирослав – человек непростой судьбы, воспитывающий четверых детей, необыкновенно  чуткий к чужой боли, к боли своей родины, человек, наполненный божественной любовью, ищущий себя в вере к Богу и, вместе с тем, совершенно светский. Он — наш. Инопланетянин с планеты Творчество.

Всё созданное  Мирославом Ясинским действительно выглядит как послание с другой планеты. Планеты ангелов, если угодно. Кто был в моём доме, наверняка, приметил небольшой стильный (авторский) левкас, на котором изображен ангел-хранитель.Это — подарок от Ясинского не то мне, не то моему ангелу-хранителю, как напоминание:  «оберегать и сопровождать на жизненном пути»,-так выразился сам автор.

Почти такой ангел и у меня. Но мой, конечно, лучше)))

 Мастер  из Прикарпатья работает в трех направлениях: живопись на холсте, старых досках (левкас) и стекле. Забытые техники иконописи на стекле и доске Мирослав, сделав поправку на современные материалы, интерпретирует по-своему, открывая для себя и для зрителя новые формы и новое содержание. К сакральной составляющей Ясинский искусно добавляет народные мотивы и многогранную тему женщины. Творчество его лаконично и немногословно.

А теперь слово  предоставим самому имениннику (выдержки из беседы)

— Первое, что возникает в воображении при упоминании о твоих картинах, — это особый образ женского лица… Почему ты обращаешься именно к нему?

«…Женское лицо? Женщина, женщина-мать-основа всего… Особые образы женского лица — это народный примитив, в котором я существую, умышленно отказавшись от реализма… Такие лица убедительны и очень интересны.  Чем уникально народное искусство? Примитивизмом. Тем, что его творцы не имели школы. Это сплошная душа! Когда человек без образования, но с большим чувством пишет писанку, он вкладывает в нее все увиденное и пережитое на эмоциональном уровне. Вы видели космачские писанки? Они такие же оранжево-красные, как и космачская осень. А в суровой Верховине писанки рисуют в сине-фиолетовых тонах. Я тоже пытаюсь углубиться в то народное чувство, и иногда мне хочется забыть, что я умею рисовать. Кстати, европейцы ценят работы украинских художников именно потому, что они отличаются особым духовным наполнением. На выставках европейских художников часто попадаются сугубо формальные абстрактные вещи. Я пытаюсь в каждую работу закладывать определенную идею и, вместе с тем, оставлять пространство для воображения.

 Да, женский образ, невульгарный, полузагадочный и красивый, — одна из основных сюжетных линий в моих картинах.  Вместе с тем, много внимания уделяю духовно-сакральной теме. Канонические иконы я не пишу, поскольку считаю, что этим делом должны заниматься монахи, которые соответственно готовятся к написанию иконы. Но собственное видение на религиозную тему у меня есть. Например, такие работы, как «Благовіщення», «Будьмо уважні», «Хресний шлях», начинал рисовать в Страстную неделю. Одна из последних работ «Таїна тайни» — мое прочтение Тайной Вечери.

… Гуцулы сперва были язычниками, что тоже нашло свое отражение в искусстве и народных традициях.  В горах есть село Криворивня. Однажды я был там на Крещение. Этот праздник гуцулы отмечают очень колоритно — все одеты в национальные одежды, играют трубы, трембиты, но ритм их колядок языческий. В моих работах присутствуют также символы язычества — много писанковых элементов, которые по своей сути не являются христианскими. Вообще на Покутье и в коломыйской Гуцульщине, откуда я родом, намного меньше связей с древними верованиями.

Пробую работать не только на полотне, но и на стекле, и за основу для своих работ  взял именно покутскую народную икону. Вместе с тем я усовершенствовал эту народную технику и рисую на двух листах стекла с оборотной стороны. Так изображение выглядит более объемным.

…Получаю невероятное удовольствие, работая  в технике левкаса и мела. Техника  — очень древняя и использовалась для иконописания на доске. Я работаю в этой технике около 10 лет и изобрел собственную технологию-мой левкас объёмный. Расписываю только старые доски. Мои друзья приносят мне старые австрийские двери, шкафы.

Мой народ, безусловно, гениальный. Многое в нас заложено генетически. А если ребенок растет в такой атмосфере народного искусства, видит вокруг соответствующие вещи ( изделия старинных резчиков есть почти в каждой гуцульской хате. — Авт.), он не нуждается в особом воспитании. Кроме того, на гуцульскую культуру повлияло длительное пребывание в составе европейского государства.

Радует тот факт, что при Львовской национальной академии создан факультет сакрального искусства. В начале 90-х годов на Западной Украине открыли много церквей и возник вопрос их росписи. В результате росписями занимались все, кто только мог. Это было ужасно. Сегодня создана школа. Во Львовской академии искусств больший акцент сделан на византийской традиции иконописания. В Киеве работает много учеников  иконописца Николая Стороженко. Львовская и Киевская школы всегда — в хорошем понимании этого слова — конкурировали друг с другом.»