В нашем городе есть красивые здания, старые и новые. Есть интересные фонтаны. Есть красивые клумбы. Есть даже специальное агентство по созданию положительного

отношения к городу. Но увидишь такой вот декоративный фонарь, облепленный объявлениями, и сразу становится ясно: все эти красоты здесь чужие. Так сказать, не в коня корм. Не нужно это тем, кто лепит на фонарь объявления: купите, купите, купите! Эти бумажные цветы растут из семян густо посеянного индивидуализма и отчуждения города от своих граждан.

Есть отдельное «наше» владельцев «царских» сел и дворцов, есть «мы» властей города и страны, есть даже особая сумская общность, создаваемая агентством промоции, – и есть жизнь огромного числа горожан, проходящая в тесноте своих личных интересов и своей неизбывной нужды в экстерьере чужого города.

Известный советский киносценарист Анатолий Гребнев, познакомившийся в ГДР на съемках фильма «Карл Маркс. Молодые годы» с обустроенной жизнью немцев, писал:

«При всем том, что они были благополучны, а мы беспорядочны и сумбурны, с вечно неустроенным нашим бытом, что-то все-таки точило их и влекло к нам в Москву, и почему-то все они, и не только немцы, страсть как любили к нам ездить и жить в наших гостиницах, где с утра под дверью галдит персонал, и жрать сосиски в целлофановых шкурках, выстояв очередь в буфете, а вечером ходить в гости, а потом ловить такси. Что-то во всем этом было для них привлекательное».

Было. И дело не в сосисках и очередях. Немцев в нас привлекало залихватское пренебрежение телесной жизнью ради жизни духовной. А духовная жизнь по сути своей – жизнь коллективная. Но это было и ушло. Теперь ум прислуживает индивидуалисту-желудку. И надо сказать, получается у него это плохо. Может, навыков нет?