Ченни ди Пепо (Чимабуэ) Флорентийский живописец (1240-1320). Прозвище Чимабуэ означает «Быкоголовый». Он был последним итальянским художником, работавшим в византийской манере.

Чи-ма-буе! Я такого и не знаю. Он что, негр что ли? Из африканского племени?
Эх, Надежда, Надежда… Веласкес никогда не обманывал своих ближних. А вы?
Вчера не пришли… А я вас ждал. Все бегал и бегал за калитку — высматривал. Обещали же! И не пришли.

«Мастера высокого возрождения никогда не писали канонических образов»

Ой!
Надежда, римский понтифик никогда вам не простит этого заявления. Вы же всей латинянской росписи инкриминировали неканоничность.
Мне остается только радостно согласиться с вами.
Правда, Джотто с Боттичелли и другие Леонарды расстроятся. Да и фиг с ними!

Отчего же Врубеля не вспомнить? Это полезно знать живущим. Плохо он со своими демонами кончил.

О гении Рафаэля можно писать сколько угодно. Вряд ли кто будет возражать. И я не буду возражать.
А что до духовности Рафаэля, так мне от себя неловко писать. Лучше процитирую достойного автора, к мнению которого присоединяюсь полностью:

1. С кого итальянские живописцы писали изображения святейших жен? − со своих любовниц. Знаменитые Мадонны Рафаэля выражают самое утонченное сладострастие. Известно, что Рафаэль был развратный человек, желал выразить идеал, действующий на него наиболее сильно, и нередко кидал кисть, чтоб кинуться в объятия предстоявшей ему натурщицы.
2. Все движения, позы, физиономии на картинах — чувственны, страстны, притворны, театральны; ничего в них нет святого, духовного. Так и видно, что живописцы были люди вполне плотские, не имевшие ни малейшего понятия о состоянии духовном, никакого сочувствия к нему, и потому не имевшие никакой возможности изобразить человека духовного живописью.
3. Не имея понятия о том, какое положение принимают черты лица углубленного в молитву мужа, какое положение принимают его глаза, уста, руки, тело — они сочиняют в воображении своем произвольную мечту, и сообразно ей устанавливают натурщика или натурщицу. В результате отличная кисть изображает на полотне совершенную нелепость.
4. Святых нужно изображать свято − простыми, спокойными, радостными, смиренными, в таких одеждах, какие они носили, в положениях и движениях самых скромных, исполненных благоговения, основательности, страха Божия. Изображению святого должны быть чужды изысканная поза, движение, изображающее восторженность, положение лица романическое, сентиментальное, с открытым ртом, с закинутою кверху головою или с сильно устремленными кверху глазами. Последнее положение, к которому обыкновенно прибегают для изображения молитвенного состояния, именно и воспрещается иметь при молитве святыми Отцами. Также не должно изображать святых жен и дев с опущенными книзу глазами: дева начинает тогда опускать вниз глаза, когда явится в ней ощущение греховное; в невинности своей она глядит прямо.

Что касается работ современных художников на библейскую тему, то практически таковых произведений ооочень мало, потому как люди стоят еще за порогом, а уже хотят выразить себя в этой теме, и получается, к сожалению, ложь. Без стяжания веры, смирения, милосердия, прощения и воцерковления сложно создать или написать высоко духовное. Это большой труд над собой. К примеру современные иконы — сплошное «золото» и блеск, а образа то нет, и тут же старенькая, темная, потертая иконочка, написана простым богомазом в 19- нач. 20 вв., в кот. открывается удивительный образ, цепляет за душу и уже не забудешь. А потому, что писал истинно верующий человек, по благословению, милосердствуя и постясь, это его молитва, писанная душой, а краски и доски это уже подсобный материал.

Но Рублёв же иконы писал, в отличие от Рафаэля…
Относительно трепета и страха согласен. Мне кажется, что в обсуждаемом триптихе страх как раз присутствует…

Конечно, нет запрета на постижение. Для этого и существует катафатический метод в противовес апофатическому. Если бы люди не постигали хоть что-то, они бы слова не могли молвить о Боге. И мы бы с тобой вообще ничего не знали.
Именно уже постигнутое подсказывает художнику, что к этой теме надо относиться с трепетом и страхом. Так, как относился к этому Рублев, но не так, как относился к этому Рафаэль.

Бог неизменен и непостижим.
Лучше этой темы не касаться, чтобы случайно не сморозить чего-нибудь.

Надо бы жизнь Брюллова посмотреть. Изменился ли он после «Последнего дня Помпеи»?
Хотя чего ему меняться? Картина вполне католическая — плотских страстей или, как сейчас говорят — сексуальности там хватает.
Что-то мне вспоминается, что Брюллов вообще был, кажется, другого вероисповедания. Как бы не протестант. Но точно не помню.

Совершенно верно! У художника другой способ и инструмент понимания. Художник — избранный человек. Данный ему талант дает возможность находить особый путь к познанию.
Мне кажется, художник, успешно отобразивший новозаветный сюжет, должен стать немного другим человеком после создания своей картины. Если в нем после работы изменения не произошли, пусть самые малые, то что-то не так он сделал. Тут он сам себе судья.
Причем, речь не об иконописцах — тут будет совсем другой разговор — речь о светском художнике, речь о жанровых работах.
И мне кажется, художник работая в этом направлении должен думать, думать, думать.
Должен постоянно сверяться с Евангелием и по содержанию и по духу.
Должен быть постоянно в страхе впасть в самообольщение.
Должен в некотором смысле отказаться от себя, как от творческой личности, и стать скромным слугой своего таланта, чтобы на картине был не он, а именно то, что на ней изображено. Узнать его индивидуальность — дело искусствоведов и зрителей и они с этим делом справятся.

Если к такому напряжению ума и к такому самоотречению художник не готов, то не стоит ему браться за библейские сюжеты. Пусть его прекрасная кисть остается на земле и радует тем, чем может. Да хоть бы «Кормилицей». В ней, по крайней мере, совершенно правильно отображено, что у коровы 4 рабочих соска.

Ну, вот! Доболтался! Теперь меня к ответу. Деваться некуда.

1. Я не знаю, что такое вера. Не дорос еще до этого понятия.

2. Могу лишь сослаться на то, что читал у человеков, которым было доступно духовное видение. Хотя и здесь сомневаюсь, хватило ли у меня ума понять то, о чем они писали.

2.1. Понялось мне, что вера — не совсем «чувство» и не совсем «внутреннее состояние, лишённое чувственности».
2.1.1. Не совсем чувство, потому что чувственность — явление душевное, а не духовное. А в душевных проявлениях можно забрести куда угодно, вплоть до дьявольских сетей.
2.1.2. Не совсем «внутреннее состояние, лишённое чувственности», потому что ощущение и знание веры вроде бы должны быть. Тут же к самому себе вопрос: «чувство знания» может быть или «чувство» и «знание» — это взаимоисключающие слова?
2.1.3. Вера ближе к истинному знанию.

2.2. Точно можно сказать, что вера — это дело. Это действие. Это не чувство, а жизнь в действии.
Вера без дел мертва, — сказал Апостол. Речь шла не о добрых делах вообще, а о делах веры.
Самый яркий пример веры, веры как дела — это принесение жертвы Авраамом.
Чем он руководствовался? Чувствами? Вряд ли. Не стал бы он тогда отправлять на заклание родного сына.
Но разве можно сказать, что он был лишен чувств и делал жертвоприношение с холодностию? Тоже вряд ли. Сердце его не могло не трепетать.
У него было знание. Он производил действие, действие веры. Он верил.

Думаю, что если осознать и понять и принять поступок Авраама, то тогда можно приблизиться и к пониманию «Веры».
Сознаюсь, мне это пока не совсем под силу.

1. Об этих событиях нельзя говорить, как о библейских. Хотя формально возражений быть не может, поскольку Евангелие − составная часть Библии. Однако говоря о страданиях Спасителя, как о библейской теме, мы косвенно уравниваем Ветхий и Новый Заветы. Но Ветхий завет уже исполнен, все прообразования совершились и потеряли свою значимость с приходом Спасителя. Христианин живет только в свете Нового Завета. Соответственно и тема должна обозначаться более конкретно − не как библейская, а как евангелистическая.

2. Библейские темы не могут трактоваться как-то по-своему. Это воспрещено! Какое может быть уважение к Писанию, если кто как хочет, в зависимости от уровня своей порочности, сам его трактует? Написано Святым Духом и прочтено должно быть Святым Духом. Для этого существует святоотеческие толкования. «Божьего никто не знает, кроме Духа Божия» − послание к Коринфянам.

3. Художнику надо попадать не в адекват со всеми, а в адекват со священным Писанием.

Полностью согласен с тем, что ты написал: «настоящий художник должен всегда пытаться дотянуться до неба, то есть касаться высоких тем».
А вот с тем, «что автор сознательно обрекал себя на критику» не согласен. Думаю, что здесь тот случай, когда автор недодумано отнесся к своей работе.

Ну, и, между прочим, для справки. Во время снятия Иисуса с креста жен-мироносиц не было. Они стояли поодаль. Святые жены были свидетельницами Его страданий, присутствовали при Его погребении, но с креста не снимали.
1. От Марка: Были тут и женщины, которые смотрели издали: между ними была и Мария Магдалина, и Мария, мать Иакова меньшего и Иосии, и Саломия.
2. От Матфея: Там были также и смотрели издали многие женщины, которые следовали за Иисусом из Галилеи.
3. От Луки: Все же, знавшие Его, и женщины, следовавшие за Ним из Галилеи, стояли вдали и смотрели на это.
4. Иоанн о них в этом событии вообще не упоминает.

Тоже согласен.Но тут такая дилемма возникает. С одной стороны, вроде бы в голове у каждого библейская тема трактуется как -то по своему и редко художнику удаётся попасть в адекват со всеми.
А с другой стороны, настоящий художник должен всегда пытаться дотянуться до неба, то есть касаться высоких тем. В этой связи мне кажется, что автор сознательно обрекал себя на критику, дотрагиваясь до такого огромного, что заведомо не объять …

И еще один вопрос? Ради чего были страдания?- Ради воскресения!
Для меня приемлемы и «Поцелуй» и «Крестный ход» и «Снятие», но как отдельные картины. Но, если речь о триптихе, то он не может завершиться одними страданиями. Нужен квадриптих с Воскресением. Иначе художника можно сопричесть к тем, которые поставили печать на камне гроба, которые хотели утаить от нас Воскресение — главный смысл и суть всего произошедшего. Но это моя субъективная точка зрения.