О том, как согреть ангела, или Вечер одной картины

DSC00499

Я не знала, что ангелы мёрзнут

Как правило, художник работает над картиной неделю, месяц, год, а зритель, пришедший на выставку, видит её среди десятков прочих и очень часто уделяет общению с ней гораздо меньше времени, чем автор её созданию. Для того,  чтобы уровнять шансы сторон, мы решили посвятить целый вечер общению с одной картиной. А именно, с картиной Ирины Проценко «Я не знала, что ангелы мёрзнут».

Состав  присутствующих  представлял собой созвездие имен, хорошо известных в мире культуры. Участники вечера попытались попытались  перевести эмоциональные  ахиохи, возникающие у  созерцающего картину на вербальный уровень, создать  с помощью   аллюзий  и ассоциаций, философских размышлений, притч, эссе,   стихов и песен,   большой  и неглухонемой мир картины.   Каждый выступающий, — поэт ли, музыкант, художник, актёр, — говоря на языке своего искусства, изложил некое индивидуальное видение мироздания, фрагментом которого является картина. В результате индивидуальные восприятия всех, будучи высказанными, сложились  в мощный творческий импульс.

Впрочем, чтобы всё не звучало уж совсем пафосно, скажу, что   картиноведы, несмотря на то, что в подавляющем большинстве они  все известные и харизматичные личности,  почему-то  по ходу своих выступлений сильно волновались, краснели и даже сбивались с мысли. Вероятно, слишком уж нестандартной была ситуация. Одна из участниц даже в этой связи процитировала строчку Высоцкого «…. к нам попал в волненье жутком ….с номерочком на ноге». Ехидное  замечание  насчёт «номерочка»  — это камушек в мой огород.  Я, чтобы  как-то организовать выступающих, попросил  их вытянуть на выбор номер своего выступления. Некоторые, правда, поначалу отказались.  Зато потом прошли вне очереди. Ну,  в общем,  как в жизни.

творческий вечер "Вечер одной картины"

Экскурсоводы и картиноведы.

Пересказывать то, что  конкретно прозвучало,   вероятно, не стоит, потому что это было похоже на  рисунки на песчаном берегу  моря.  Пришла  волна  — нет их.  Остался только акт творчества, ставший  молекулой  в составе  земной ноосферы.  Так и всё  прозвучавшее  на вечере имело и имеет, на мой взгляд,  смысл только в  живом (как замечательно  сказала одна из  выступавших) мире картины.  Оно осталось там  и отныне  «Я не знала, что  ангелы

мёрзнут» уже не просто  произведение   в жанре  живописи, а  уникальная картина,  у которой есть свой индивидуальный творческий космос, возникший как суперпозиция  целого ряда творческих миров. В нём смешались  самые разнообразные сюжеты, сон и явь, реальность и фантазия,  юмор и романтика,  жизнь и смерть, миг и вечность.

Ну а для тех, кто вследствие  каких-либо обстоятельств не смог стать участником события, процитирую, точнее,  перескажу слова ещё одного друга картины, который на само мероприятие не успел,  зато успел  на  последующее чаепитие  и сказал в качестве тоста примерно следующую мысль: «В современном  мире культура в опасности.  И за неё надо бороться. Поэтому такие  встречи,   как «Вечер одной картины»  очень важны и нужны обществу»

И лично я, абсолютно согласен с последним тезисом.

Фотоотчёт с вечера можно посмотреть здесь больше фото
Источник: медиа портал АТС creativpodiya.com

1 балл2 балла3 балла4 балла5 баллов (оценок ещё нет)
Загрузка...

Читайте ещё по теме:


комментариев 6

  1. Ольга Осипова:

    Мне очень нравится творчество художницы Ирины Проценко. Нравятся и ее работы «дачного цикла», наполненные солнцем и ребячьими мордашками, и серии ее картин с романтическими женскими образами и не менее романтическими натюрмортами и пейзажами.
    Но самой интересной я считаю ту серию работ Ирины, к которой относится картина-бенефициантка «Я не знала, что ангелы мерзнут». Этот мистически-мифологический цикл дает нам новое осмысление образа женщины, ее судьбы и ее предназначения. Все работы цикла дополняют друг друга и все вместе работают на ее центральную идею. Почти каждая работа – полемика, переосмысление привычного образа, новое прочтение мифа. Во всех этих картинах Ирина не просто наполняет первоначальный мифологический сюжет своими деталями, она придает ему новый глубоко современный смысл. Именно поэтому, как мне кажется, работа «Я не знала, что ангелы мерзнут» будет лучше понята в контексте всех картин этой серии. И прежде, чем подойти к моему видению этой замечательной работе, я позволю себе кратко остановится возле некоторых ключевых полотен галереи Ирины Проценко (http://iraprotsenko.com/gallery_ru.html).
    Подойдем сначала к полотну «Далеко от дома», иллюстрирующему миф о похищении Европы Зевсом, превратившимся в быка. На мой взгляд это самая «говорящая», просто «кричащая» работа цикла , ярко раскрывающая его центральную идею. Прекрасная дочь финикийского царя Европа предстает перед нами, прежде всего, тоскующей о доме, кусочком которого с ней остался цветок в керамическом горшке. Через эту неожиданную деталь ассоциации современного зрителя неизбежно связывают девушку Европу с яростной беглянкой из к\ф «Леон». И далее более пристальный взгляд отмечает независимую позу героини, держащейся не за похитителя, как за свою единственную надежду в бурном море, а за родной цветок, что служит лишь подтверждением того, что перед нами сильная женщина, которая сумеет противостоять стихии — не только в виде моря, но и в виде быка! Отсюда и ее твердый взгляд прямо на зрителя и прямо по курсу – в будущее, к которому она готова, несмотря ни на что. Цветок приживется на новой почве… Плотные цвета картины, одинаково и без контрастов использованные художницей и для образа героини, и для ее похитителя, и для разбушевавшегося моря подчеркивают, что она – плоть от плоти этого яростного мира. А ярко выделяющаяся на одеянии героини зеленая оборка создает образ молодого побега, находящегося под ее защитой. Так, в одной сцене, прочитывается не только античная легенда и судьба мифологического персонажа, но и идея о предназначении и роли женщины…
    В картине «Рождение Венеры», первой работе галереи, мы, напротив, не видим ни глаз, ни лица новой Венеры, сидящей к нам спиной с изящным изгибом головы вполоборота. Фон, представляющей место ее рождения, в отличие от Ботичелевской «Венеры» предельно скуден и неопределен – может быть, это берег моря, а, может быть, крыша в большом туманном городе… Перламутровые оттенки розового, желтого и сиреневого говорят нам о раннем утре, о нежном восходе, говорят о чем-то сокровенном и трогательном… Эта почти сакральная палитра — и только она! — не позволяет перевести картину в разряд шутливых… Зонт на переднем плане, в котором, как в лужице после прибоя, осталась плескаться рыбка, символизирует морскую раковину и ставит временную метку — внимание, современность! И сразу возникает полемика и с мифом, и с Ботичели. Да, вот так у нас — и моря нет, и раковина – хорошо, что не из санузла… А Венеры продолжают рождаться – прекрасные и непостижимые. Как из пены морской… Или из перламутрового, как раковина, восхода… Сие есть великая тайна!
    Картина «Славное падение Икара» — единственная картина этого цикла, в которой герой – мужчина. Иринин Икар падает не в горы, а в морские воды, и это — момент его спасения, и потому что воды, и потому что не в одиночестве. Аж четырех морских нимф «снарядила» художница на спасение легендарного героя, воздав ему и за смелость, и за страдания первооткрывателя. Поза распятого Христа, но крепко сжатые кулаки непобежденного и напряженная, как тугая струна, фигура – создают образ героя в экстремальной ситуации, но несломленного и сражающегося до конца. Подлинно — единственный мужчина в этой галерее прекрасных женщин оказался их достоин и тем самым внес необходимую краску в собирательный женский образ галереи. У Ирининых женщин должны быть именно такие герои!..
    Через ситуацию падения своего персонажа Ирина создала еще один удивительный художественный образ… Как и положено прекрасным античным женщинам, образ красавицы Данаи был многократно воплощен в творчествах великих художников. Это был призывно-сексуальный типаж обнаженной женщины, томно возлежащей на живописных драпировках. Что случилось с прекрасной Данаей в Иринином полотне? Какой катаклизм потряс и перевернул романтические средневековые декорации обнаженной натуры и придал самой этой натуре позу, естественную скорее для спортивной гимнастки? Может быть, наш бурный век с его сумасшедшими скоростями? А может быть, это изменилось само положение современной женщины, вставшей с вечного ложа любви вровень с мужчиной — добытчиком, защитником и творцом? Думается, что вот так сгруппировавшись в своем кульбите, эта хорошо сложенная и тренированная женщина легко встанет на ноги и вернется к своей активной и интересной жизни…
    Миф о Пигмалионе, который своей любовью вдохнул жизнь в созданную им статую Афродиты, в переложении Ирины также перенесен в современность. Пожалуй, это самая насыщенная современным реквизитом работа. Металлический чайник и кружка с чаем, белая исподняя рубаха на мужчине и ватник на голое тело у женщины, салфетки на ее коленях, видимо, заменяющие им стол, – в какое время и место переносят нас эти детали? Лично мне видится лагерная Россия, свидание заключенного… И тогда неважно, кто кого этим свиданием и всей своей любовью превратил в живого человека из мраморного – окоченевшего до состояния камня! – истукана. Он ли оживил ее своей любовью, или она вдохнула жизнь и веру в него, полумертвого на ветру катаклизмов истории, ломающей судьбы… Оба – друг друга! Потому так одинаково одухотворены их лица, потому так неистово смотрят они, не мигая и не отворачиваясь, на светоч, равный по яркости солнцу, который снизошел на них… Пронзительно живые и почти святые!
    На картине «Я не знала, что ангелы мерзнут» тоже изображены он и она. В момент доверительной беседы. Их лица, обращенные друг к другу, почти соприкасаются. Поза мужчины, подавшегося к женщине, его рука на ее руке – все это жесты его заботы, его тревожной и трепетной любви… О любви ли эта картина? Давайте проанализируем . Колористически фигуры противопоставлены — мужчина изображен в темных тонах и в сугубо земных цветах: коричневый, терракотовый и зеленый. Его фигура резко выделяется на фоне голубых и сиреневых тонов комнаты и контрастирует с фигурой женщины в длинной белой рубашке, как бы слившейся со своей небесно-голубой обителью или, может быть, больничной палатой. .. Так, цветом, обычно выделяют главных героев…, но нет, лица мужчины нам не видно и ничего, кроме заботливой, но вполне земной любви мы не видим в этом образе.
    Прочитав название картины, многие из нас стали искать глазами крылья за спиной у женщины, поскольку явно ей принадлежат эти слова… Я уважаю Ирину Проценко за то, что во всем ее мистическо-мифологическом цикле нет ни одного волшебного атрибута. Как было бы просто и скучно — снабдить одних героев крыльями и нимбами, других – рогами и копытами, или еще проще — прикрепить таблички… Но нет, таблички «ангел» на картине нет, и крыльев не наблюдается даже в сложенном виде… Перед нами люди.. За окном – в голубой дымке – силуэты домов. Сумерки. Он называет ее ангелом и упрекает за то, что она не бережет свое здоровье… Она рада тому, что он ее навестил, ей приятно его внимание… Вот только лучше бы он не заводил разговора о замужестве… «Ты добрый, хороший, ты чудесный, но давай не будем больше об этом говорить, ладно?» Он может бесконечно слушать музыку ее голоса , хоть потом и будет себя ругать за нерешительность и пассивность. Уходя, он погладит ее по золотым волосам, а теплый луч солнца, соскользнув с его щеки, словно так и останется в этой голубой комнате. В машину он сядет так и не дождавшись увидеть ее лицо в высоком окне и с раздражением смахнет с плеча случайного мотылька… А она в этот момент вздохнет почему-то…
    …Этот небольшой фрагментарный очерк – мое, сугубо личное восприятие замечательного творчества Ирины Проценко, с которой мы пока незнакомы. Я буду искренне рада, если мои разгадки ее ребусов-картин совпадут с творческими замыслами автора при их создании.
    C уважением, Осипова Ольга

    • Ирина Проценко:

      … в полном смятении… Оля, я понимаю, что Вы востребованный специалист… что Вы из Москвы… что Вы подруга моей Иры из Томска… Но кто Вы??? Во время написания картин, рядом, как-будто бы никто не присутствовал…
      Вы-мой зритель и прочитатель…. прочувствователь. Спасибо. С Икаром немного ошиблись, но пусть будет так…
      За Данаю!!! и Пигмалиона-низкий сестринский поклон. Значит, писала для Вас smile
      Мы с Иришкой приедем… После Томска ;) Хочется с Вами иногда общаться. Мой контакт на сайте. Я знаю, Вы заняты, но всё же… когда выпадут минутки-напишите *IN LOVE*

  2. Надежда Юрченко:

    Очень хороший очерк. Написано блестяще о картинах Иры. Мне всегда казалось, что о реалистических полотнах сложно писать, ведь там уже все сказано. Ан нет. Сколько людей, столько же и мнений. Спасибо Ольге за ее теплое восприятие творчества Ирины Проценко. Настоящих художников всегда надо поддерживать, ведь они как дети. Ирины картины — это ее отношение к жизни, восприятию действительности, они красивые и гражданственные. Она покоряет искренностью, открытостью, иносказанием и образным мышлением. Очень просто копировать природу, а вот создать картину — это намного сложнее. Она мастер рисунка, композиции и удивительного колорита. Ее картины светятся, они изящны и, в тоже время, сложны. Истинным художникам подвластны сложны *BRAVO* е, глобальные темы, которые волнуют как автора, так и зрителя. Сейчас уже редкий случай, чтобы художник писал картины на мифологические темы. И каждый выход ее картин на выставках это праздник. Особенно в нашем маленьком провинциальном городе, где много завистников. Зритель всегда останавливается возле них и равнодушных нет. И это прекрасно.

  3. Анна Кожевникова:

    Великолепный очерк о гениальных картинах!

  4. Игорь Касьяненко:

    А вечер одной картины? Почему никто не хвалит меня — автора такой гениальной идеи? *BRAVO*

    • Ирина Проценко:

      *KISSED* ……………….как так?? А я…? smile а мы? А повторить??

      вооот… разбаловал своим местоимением в творческой среде smile

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


7 + 4 =